Чтение онлайн

На словах изложенный маршрут движения на практике упирался во вполне конкретную речку (уже не Рубикон, а обыкновенная Вонючка, мешающаяся на пути), которую надо как-то преодолеть. Схему проезда мне пересказали, но забыли уточнить, что она была адаптирована для автомобилистов! И какой бы сухой погода не была, но весеннюю распутицу, превратившую обочины в непролазное болото, никто не отменял. Москва закончилась вместе с тротуарами, парниша!

И снова "перекрёсток судьбы", правда, местный, малозначимый. Но, зато, вполне конкретный и труднопроходимый на местности! Долго я там топтался… Наконец, решил, что если идти по условной обочине МКАД, то изгваздаюсь в грязюке меньше. Главное, не потерять общее направление движения и не заплутать в строящемся микрорайоне, маячившем на горизонте в нужной мне стороне.

– Мужик! Не подскажешь, как выйти к птицефабрике? – спросил я у аборигена, смело бороздившего в болотных сапогах местную царь – лужу.

– Там уже давно нет никакой птицефабрики! Одна сплошная барахолка. А здесь можно пройти только летом, когда немного подсохнет и половодье закончится. Надо идти по МКАДу, – подтвердил мои опасения словоохотливый болотоход.

– Спасибо на добром слове…

– До барахолки километра два… Маршрутка останавливается по другую сторону моста, – продолжал выдавать полезную информацию мужик.

– Буду знать…

Пикантность моего положения состояла в том, что если я заблужусь, то не смогу словами объяснить куда мне, собственно, нужно. Узнав из телефонного разговора, что контора расположена на территории хорошо знакомой мне фабрики, где мы в детстве играли на плотине, я на радостях не уточнил официальный и фактический адрес. Перезванивать и уточнять адрес посчитал делом неправильным и не увеличивающим мой и без того неважный рейтинг. Все надежды только на внутренний компас, так как визуальных ориентиров с моего детства не осталось никаких. Какие, к чёрту, ориентиры, если МКАД уже давно не перейдёшь по проезжей части, как раньше!

Дорога в обход оказалась не такой уж страшной и долгой. Вывела она меня к окраинам микрорайона, сохраняющим признаки присутствия строителей, но уже вполне готовым к принятию первых жильцов.

Я выбрался из зарослей придорожной растительности на широкую асфальтированную дорожку и направился к непонятному клубу пыли, который преграждал моё триумфальное шествие к складу. Чем ближе я подходил, тем отчётливей понимал, что это не только клубы пыли, но ещё и эпицентр какого-то локального катаклизма, разрастающегося с каждой секундой. И он не просто разрастался, но и неуклонно приближался ко мне с неплохой скоростью. Я уже отчётливо мог различить не только заполошные крики какого-то мужика, отвратительное трещание непонятного механизма, но и множественный собачий лай. Я остановился в недоумении и не понимал, в какую сторону мне податься, чтобы не оказаться в самом эпицентре надвигающегося шторма.

Наконец, из-за угла выскочил источник шума – дурацкое и непонятное изобретение извращённого человеческого ума. Микромотоцикл высотой ниже колена оседлал плотный чувак, в десять раз, превышающий свой аппарат по объёму, с красным и потным лицом, разукрашенным грязными потёками от оседающей пыли. От меня не ускользнул сумасшедший взгляд выпученных от ужаса глаз "микромотоциклиста". Оглушающий треск двигателя и клубы отработанных газов только усиливали отчаянное положение седока. Чувствовался настоящий, без художественных прикрас, трагизм ситуации.

– А-а-а-а-а-а-а!!! – визжал поросячьим фальцетом владелец своего пыточного приспособления на колёсиках.

Среди всей этой кутерьмы, выпрыгнувшей на меня из-за угла, проглядывался не только вцепившийся в рулик своего средства передвижения силуэт дяди, но и окружившая его свора из трёх собак. Собаки плотно обложили свою жертву и всячески стремились её остановить, повалить на асфальт и разорвать. Грозный лай, переходящий в кровожадный вой, перекрывает только истошный визг "байкера" и треск мотора. Всё очень громко и истерично.

В клубах дыма на переднем плане суетится огромная псина, стремящаяся откусить голову этому дураку. Из её пасти выпадают жуткие хлопья пены. Сам человек на своём агрегате с отчаянно вращающимися колёсиками старается увернуться от страшной пасти своего преследователя. Он полностью виден за мощными ногами собаки под её брюхом. Мужик вжался в сидушку таким образом, что его колени расположены гораздо выше головы. Я оказался в двух шагах от сцены, вызывающей и ужас и, одновременно, истерический хохот.

– Очешуеть!!! – со странным смешением самых сильных эмоций я закричал в полный голос, не пытаясь подбирать слова.

В эту же секунду на сцене появляется мужик в форме охранника с каким-то дрыном наперевес. Отважный гладиатор уверенно направляется к "клубку страха" с явным намерением прекратить расправу. Размахивающий ломом (это оказался покрашенный в красную краску лом с пожарного щита) охранник врезается в "клубок" и начинает манипулировать своим оружием направо и налево, грозя зацепить и спасаемого. Мелькают собачьи хвосты, уже хрипит любитель смешных покатушек и над всем этим гвалтом свистит красный джедайский лом охранника.

Собаки побеждены и всей троицей убегают, наверное, на поиски очередной жертвы.

– Не хотел бы я оказаться на его месте… Круто тут у вас, однако… – я не нашёлся, как выразить своё ошеломление от увиденного побоища, едва – едва предотвратившее собачье пиршество.

– Надо думать, где катаешься – ещё не отошедший от горячки боя, воскликнул охранник.

– Но, собаки… Они же совершенно дикие… Этого эквилибриста чуть не сожрали!

– Бывает…

– И часто? Я, почему спрашиваю…

– Тут их целая стая. Теперь точно будут ловить, – местный джедай положил лом на плечо и, посчитав наш разговор оконченным, удалился.

Весь в соплях и грязи, превратившись под ударами судьбы в натуральную свинью, в лохмотьях вместо одежды, микромотоциклист продолжает валяться на спине в дорожной пыли вместе со своим драндулетом. Чисто по-человечески его жалко.

– а-а-о-о-и-и-е-е-у-у-ё-ё-ы-ы – нечленораздельное мычание, вперемешку со всхлипами, выражают весь пережитый им ужас.

Для себя я сделал вывод, что, наверное, стоит поискать более спокойный маршрут. Или таскать с собой лом, что совсем не практично… Кое-как пострадавший встал на ноги, присел разок для разминки и, не переставая лить горючие слёзы, поднял свою машинку. Я покинул место происшествия, когда он добрался до лавочки и закурил выпадающую из дрожащих рук сигарету.