Чтение онлайн

– Есть кое-что, о чем я должна доложить, – произнесла она.

– Вот как?

– От стимулятора у Перуджа произошло помутнение сознания, и в один из моментов ему показалось, будто я задаю вопросы, хотя я этого не делала. Но потом, поняв, что с ним, я действительно стала спрашивать. Он был как в отключке, но на вопросы реагировал. Поэтому, полагаю, Перудж говорил правду.

– Что он сказал? Ну, быстрее!

– Перудж хочет заключить с вами сделку. Они изучили наши бумаги про Проект-40 и решили, что мы разрабатываем новый способ обработки металлов. Стали прежде всего. Перудж заявил, что это настоящий прорыв в металлургии, и цена ему – миллиарды долларов. То, что он говорил, не всегда было понятно, но в общих чертах – это так.

Услышав слова Фэнси, Хеллстром так обрадовался, что ему захотелось обнять ее. Получилось, что она исполняла волю Термитника.

Пока он размышлял над этим, в комнату вошел Сальдо, и Хеллстром объяснил ему сложившуюся ситуацию. Теперь у них есть выход. Интерес Агентства к Проекту-40 – чисто коммерческий. Он лишний раз убедился в даре безошибочной коллективной интуиции, которой владел Термитник. Нужно немедленно известить лабораторию, работающую над Проектом. Вмешательство чужаков поможет им продвинуться в исследованиях. Все-таки у этих диких порой бывают озарения.

– Я действительно помогла? – спросила Фэнси.

– Еще как! – воскликнул Хеллстром.

Сальдо, остановившийся у консоли пообщаться с одним из дежурных, посмотрел на Хеллстрома и покачал головой. Значит, Перудж пока не выехал. У Сальдо был приказ – сообщить об этом, как только появится возможность.

Хеллстром хотел, чтобы чужак прибыл как можно скорее.

Металлургия! Изобретения! Все это теперь обретало смысл – серьезный и глубокий.

Фэнси все еще стояла около стола, глядя на Хеллстрома.

– Перудж говорил что-нибудь еще? – спросил он.

– Нет.

– Про Агентство, которое его послало? Правительственное агентство?

– Он сказал что-то про человека – шефа. Перудж ненавидит его. Ругал ужасно.

– Ты очень помогла всем нам, – произнес Хеллстром. – Но тебе нужно хорошенько спрятаться.

– Спрятаться?

– Да. Термитник тебе многим обязан. Я даже не буду винить тебя за то, что ты взяла препарат из фармакологической лаборатории. Ты нам напомнила, что с людьми Внешнего мира мы идентичны по химическому составу. За более чем триста лет мы изменились, поскольку целенаправленно этим занимались, но… – Он улыбнулся. – Фэнси, ты не должна ничего предпринимать, не посоветовавшись с нами.

– Разумеется.

– Мимека проделывала те же фокусы, что и ты?

– Да.

– Отлично. Я хочу, чтобы ты…

Хеллстром колебался, глядя на ее бледное лицо, выражавшее ожидание.

– Какова вероятность, что твоя ночная эскапада было успешной? – наконец спросил он. – Ты думаешь, ты беременна?

– Вероятность очень большая, – ответила Фэнси, просияв. – Я на пике фертильности. И легко это определяю.

– Пусть гинекологическая лаборатория подтвердит это. – Если все так, как ты говоришь, то прятаться тебе будет приятно и радостно. Отправишься в Центр вынашивания и скажешь им, что действуешь по моим указаниям. Но пока не ложись. Я пришлю кого-нибудь, и тебя подробно расспросят по поводу того, как ты использовала стимулятор с этим чужаком.

– Да, Нилс. Я иду в лабораторию прямо сейчас.

Фэнси повернулась и зашагала к дверям, провожаемая внимательными взглядами работников, которые на мгновение оторвались от своих мониторов, – очевидно, она еще источала гормоны, свидетельствующие о пике фертильности. Впрочем, Хеллстром был слишком занят, чтобы заметить это. А она действительно странное создание, подумал он. И кого они только вывели в этой линии ФЭНСИ?

Когда Фэнси покинула комнату, Сальдо подошел к Хеллстрому, размышлявшему над тем, о чем он только что узнал. Тот поглаживал подбородок. Он постоянно прибегал к помощи антикатализатора роста волос, но теперь его борода стала отрастать. Перед встречей с Перуджем Хеллстром должен побриться. Люди из Внешнего мира ценят приличный внешний вид.

Итак, металлургия и инновационные изобретения!

– Что ты хочешь? – спросил Хеллстром.

– Я слышал ваш разговор с Фэнси, – произнес Сальдо.

– И то, что она говорила про Перуджа?

– Да.

– Ты все еще считаешь, что, позволив ей улизнуть из Термитника, мы совершили ошибку?

– Я…

– Ею управлял Термитник, желали мы с тобой этого или нет. Весь Термитник способен реагировать как единый организм, но может действовать и посредством одного из нас.

– Если вы это говорите, значит, так оно и есть, – отозвался Сальдо, хотя в его голосе звучало сомнение.

– И еще. Когда будешь допрашивать Фэнси, веди себя вежливо.

– Но она же подставила…

– Нет. Фэнси нашла для нас выход. Спасение. Поэтому будь с ней любезным. Как и с другими женщинами, чьи имена она назовет.

– Хорошо, Нилс.

Сальдо чувствовал, что приказы Хеллстрома противоречат здравому смыслу, но ослушаться не мог.

Хеллстром встал и направился к выходу из Центрального поста обеспечения безопасности.

– Если вы понадобитесь, вас можно будет найти в вашей соте? – спросил Сальдо.

Хеллстром кивнул и вышел.

Вместо того чтобы отправиться домой, Хеллстром повернул налево в главную галерею, потом по боковому спуску добрался до лифтовой площадки и, дождавшись, когда дверь откроется, вошел в скоростной лифт. На пятьдесят первом уровне он вышел из лифта в очередную галерею, где было не так людно, как наверху. Несмотря на то что и здесь кипела работа, звуки ее были приглушены. Даже работники, попадавшиеся навстречу Хеллстрому, ступали мягко, по-кошачьи, чтобы не нарушить царившую тут тишину.

Хеллстром прошел через галерею и, когда впереди показалась арка входа в лабораторию, где работали над Проектом-40, стал размышлять, что скажет сидевшим там специалистам.

Чужаки думают, будто это изобретение способно плавить и формовать такие металлы, как сталь. Это представление они получили, штудируя страницы с семнадцатой по сорок первую доклада TRZ-88a. Они поняли, что речь идет о высоких температурах, но это лишь незначительная часть проблематики проекта.

Этого хватит. Достаточно кратко, чтобы не раздражать специалистов, которые не любят, если их надолго отвлекают от работы, и весьма информативно, чтобы они осознали важность проблемы.