Чтение онлайн

— Ладно, что может потребоваться для починки корабля?

— Запуск полной диагностики и расчёта материалов… Критическая ошибка… — сообщил гул в моей голове и всю вокруг погрузилось во тьму.

— Вот же ж бъ… — скрипнув зубами в бессильной злобе на собственную тупость, я присел у стеночки.

Теперь только ждать и верить в лучшее.

Время тянется невыносимо медленно. Из развлечений только сон, да размышления обо всём подряд. Стараюсь спать как можно больше, для экономии сил, но это непросто — на твёрдом полу очень сложно устроиться удобно.

В этот раз отключение длится явно дольше предыдущего. Не знаю, сколько прошло времени — телефон разрядился окончательно, но, по субъективной оценке, несколько дней точно.

Постоянно просыпаюсь из-за затёкшего тела и снова засыпаю через силу, но это сложно, организм требует движения, а ещё еды и воды.

Температура воздуха стабильна, поэтому раздеваюсь и делаю подобие постели из одежды, чтобы было чуть удобнее, но ситуацию это спасает не сильно. Зато теперь засыпать всё проще с каждым разом, и я начинаю бояться, что однажды не проснусь.

Воду экономил, как мог. Даже разбавил её дистиллятом из копии своей головы, но она всё равно быстро закончилась. Теперь меня терзает постоянная жажда, и бодрствование приносит невыносимые страдания.

Я уже настолько истощён, что даже думать нет сил.

Чтобы хоть чем-то заполнить желудок — в качестве развлечения, да и просто от безысходности, пробую грызть копию уха и кончик носа. На вкус отвратительно. Как копчёное свиное ухо или пятак, только не копчёное и без специй.

Перезагрузки всё не происходит. Стало душно и дышать всё тяжелее, невыносимо воняет застарелой мочой, несмотря на то, что я специально ходил в дальний конец коридора, пока были силы.

Стараюсь не делать лишних движений, дышу неглубоко и всё больше времени провожу в полузабытье. Мыслей не осталось совсем. Двигаться нет сил, хожу под себя, но не много — попросту нечем.

Осознаю себя всё хуже, сознание меркнет.

Наступает очередной краткий момент ясности, видимо последний. Лежу в позе эмбриона на твёрдом полу, тяжело вдыхая последние крохи кислорода с непередаваемой смесью запахов отходов жизнедеятельности и гниющей копии головы. Сердце бьётся всё медленнее, я растворяюсь в темноте…

« Активирован аварийный протокол…» — гул в голове вырвал меня из бездны небытия.

— Включи освещение и создай питательную смесь, необходимую для полноценного функционирования моего организма. Смесь помести в мягкую ёмкость объёмом равным четвёртой части моего тела, из неорганического материала, с узким выходным отверстием, диаметром втрое меньшим моего рта и закрытым винтовой пробкой, — одними губами шепчу я давно заготовленную фразу, одновременно с докладом сеятеля.

Возле меня появляется большой бурдюк, но руки не слушаются. На одной силе воли я кое-как подтягиваю себя поближе. Теряю сознание.

Очнулся.

Не с первого раза и прикладывая титанические усилия, откручиваю крышку, почему-то с левой резьбой. Мутная, белая жижа расплёскивается во все стороны, и я попросту жадно лакаю этот жиденький кисель с пола. Вкус настолько ужасный, что ухо кажется деликатесом, но у меня нет выбора.

Наконец, сумев подтянуть горлышко к губам, безостановочно пью.

Заполнив желудок, кое-как закручиваю крышку и вырубаюсь, но уже с реальным шансом открыть глаза. Я не веду счёт времени — просыпаюсь, пью бурду и снова вырубаюсь. Всё то же самое, что и до этого, но теперь организм идёт в плюс.

Вскоре заставляю себя двигаться и иду в соседний коридор, где воздух почище. Это тяжело — мышцы будто атрофировались, нужно срочно уходить на поверхность, иначе рискую бездарно просрать не только второй шанс на жизнь, но и такие уникальные технологии. Сеятеля пока ни о чём просить не хочу, слишком высок риск.

Когда питательная жижа закончилась, я рискнул приказать вновь наполнить бурдюк и перебрался в следующий незагаженный коридор. Там я уже почти окончательно пришёл в норму — чудо жижа оказалась настолько же питательной, насколько и мерзотной.

Помылся дистиллятом, оттёр одежду и жить стало приятнее.

— Сеятель, хватит ли ресурсов на создание защитного снаряжения от высокого давления и температур? — осторожно спрашиваю я, рискуя опять отправить систему в перезагрузку.

— Требуется уточнение параметров давления и температуры.

— Сними параметры снаружи отсека, в который я упал, — быстро сориентировался я.

— Нет информации о падении автора.

Подобный ответ меня не удивил — я уже догадался, что жесткие диски, или нечто подобное, повреждены и сеятель явно страдает потерей памяти.

— Собери данные с внешней обшивки, возьми максимумы, умножь их на два и, исходя из этих параметров, рассчитай защитное снаряжение и его систему жизнеобеспечения, а также варианты передвижения в жидкой среде, — с умным видом произношу я и понимаю, что уже считаю корабль своим и очень не хочу его терять. И уж тем более передавать его в руки любого правительства.

Сеятель молчит, но свет не тухнет. Я терпеливо жду и обдумываю следующие шаги. По-хорошему бы нужен тоннель, чтобы беспрепятственно перемещаться между кораблём и поверхностью, но рыть его снизу не вариант — можно выйти в океане и…

— А, чёрт! Отмени расчёты и сбор данных! — стопорю я исследование, ввиду рождения более рациональной идеи.

Тут, блин, вроде целый производственный комплекс с невероятными возможностями, а я собрался в лаву нырять. В супертехнологичном костюме, ага…