Террорист
Шрифт:
— Как я уже докладывал, по пути из аэропорта мы заехали купить ей одежду. У нее с собой были только плащ и сумка.
— Да, тут она окажется на мели, это уж точно. Придется нам влезть в денежный фонд. Ну, в тот, созданный на случай непредвиденных оказий с нашими людьми.
— Думаю, этого не придется делать, сэр. Видимо, у Ворониной на счетах приличные деньги от продажи пластинок с ее записями. Уж прокормить-то себя она сможет легко. Как только станет известно, что она здесь, все импрессарио толпами будут за ней ходить.
— С этим придется пока подождать. Ее пребывание должно оставаться в тайне до моего разрешения. Как она выглядит?
— Милая девушка, сэр. Я поместил ее в комнату для гостей, чтобы она приняла с дороги ванну.
— Ей нельзя расслабляться, Гарри. Необходимо продвижение в деле. Девлин мне сообщил, что еще один человек Мак-Гиннеса, тот, которого поставили присматривать за Черным, найден убитым в реке. Похоже, наш друг даром времени не теряет.
— Ясно, сэр. Ваши предложения.
— Мы доставим ее Девлину прямо сегодня. Ты это сделаешь. Передашь девушку в аэропорту и сразу же вернешься в Лондон.
— Может, ей пока лучше отдохнуть, отдышаться после всех переживаний, — нетвердо возразил Фокс.
— Всем нам нужен отдых, Гарри. А если ты намекаешь на свое собственное состояние, тогда тебе надо было идти на службу в коммерческий банк своего дядюшки. К десяти — на работу, в четыре — домой.
— Но ведь это скучно, сэр. Смертельно скучно.
Ким открыл дверь, в комнату вошла Татьяна Воронина. Под глазами у нее темнели круги, но в целом девушка в кашемировом свитере и изящной вязаной твидовой юбке выглядела на удивление хорошо. Фокс представил их друг другу.
— Рад вас видеть, мисс Воронина, — сказал Фергюсон. — Нелегкие испытания выпали на вашу долю. Присаживайтесь, пожалуйста.
Татьяна села на кушетку у камина.
— У вас есть какие-либо сведения о том, что происходит в Париже?
— Пока нет, — ответил Фокс. — В конце концов мы все выясним. Позвольте высказать предположение: КГБ во все времена без излишнего шума реагировал на провалы. Но если принять во внимание особый интерес вашего приемного отца, то… — Фокс пожал плечами. — Во всяком случае я бы не хотел оказаться на месте Туркина или Шепилова.
— Думаю, даже старый опытный боец Николай Белов вряд ли переживет этот прокол, — вставил Фергюсон.
— А что делать мне? Надо встретиться с профессором Девлином?
— Да, но для этого придется полететь в Дублин. Знаю, что вам необходим отдых, но время не терпит. Я бы попросил вас вылететь сегодня. Капитан Фокс будет сопровождать вас, а в аэропорту Дублина встретит Девлин.
— Первый вечерний самолет? — переспросил Девлин. — Конечно, я буду в аэропорту. Не сомневайтесь.
— Наверное, вы сами договоритесь о встрече Ворониной с Мак-Гиннесом, где она просмотрела бы фотографии и другие материалы?
— Да, я позабочусь об этом.
— Вам лучше поторопиться, — жестко сказал Фергюсон.
— Слушаюсь и повинуюсь, о джинн из лампы. Но сейчас я хочу переговорить с Татьяной.
Фергюсон передал трубку девушке.
— Профессор Девлин? Что случилось?
— Мне только что передали из Парижа — Мона Лиза улыбается во все лицо. Пока, до встречи.
Этим же утром в Москве Юрий Владимирович Андропов, шеф КГБ с 1967 года, работал в своем старом кабинете в центральном здании КГБ на площади Дзержинского. Именно туда он вызвал генерала Масловского.
Генерал стоял перед массивным столом всемогущего председателя полный недобрых предчувствий, потому что Андропов был единственным человеком, перед которым Масловский испытывал животный страх. Юрий Владимирович что-то писал, скребя пером по бумаге. Какое-то время он вообще не обращал внимания на присутствие генерала, затем заговорил, не отрывая глаз от стола:
— Нет смысла возвращаться к преступной халатности, проявленной вашим Управлением в деле с Кухулином.
— Но, товарищ председатель… — Масловский даже не пытался оправдываться.
— Вы отдали приказ, чтобы его ликвидировали вместе с Черным?
— Так точно.
— Чем быстрее, тем лучше. — Андропов замолчал, снял очки и провел рукой по глазам. — Теперь ситуация с вашей приемной дочерью. Она благополучно добралась до Лондона и находится там в безопасности из-за нерасторопности ваших людей. Бригадир Фергюсон направляет Воронину самолетом в Дублин, где ИРА собирается ее использовать для идентификации Кухулина, так?
— Да, все к этому идет.
— ИРА — это террористическая организация, неразрывно связанная с католической церковью. А Татьяна Воронина — предатель Родины, партии и класса. Немедленно пошлите шифрограмму Любову в Дублин. Прикажите ему ликвидировать ее вместе с Кухулином и Черным.
Председатель КГБ надел очки и снова стал писать. Хриплым голосом Масловский произнес:
— Товарищ председатель, ну, пожалуйста… Может быть…
Андропов с удивлением взглянул на генерала.
— Вам непонятен мой приказ, генерал?
Под взглядом пристальных, холодных глаз Масловский мгновенно сник.
— Нет, мне все ясно.
Он повернулся и вышел, чувствуя дрожь во всем теле.
В советском посольстве в Дублине Любов уже получил сообщение из Парижа о том, что Татьяна Воронина выскользнула из рук КГБ. Он все еще был в комнате шифровальщиков, переваривая неприятную новость, когда поступило второе сообщение, на этот раз от Масловского из Москвы. Оператор записала его на пленку, вставила в портативное устройство, и Любов расшифровал персональным ключом. Прочитав его, он весь похолодел.