Чтение онлайн

Саске всё же попытался подняться и продолжить бой, однако нормально стоять на пострадавшей ноге не мог, видимо, трещина, если не перелом. Необходимости превозмогать в тренировочном бою не было, потому учитель завершил поединок, присвоив победу мне.

Зрители не аплодировали и никак себя не проявляли. Просто молча проводили уходящего меня взглядом.

Дальше поединки шли не особенно интересно: дети дрались, кто-то выигрывал, кто-то проигрывал. Смотреть на всё это было пустой тратой времени, потому я предавался созерцанию красоты природы — пялился на небо.

В высоте величественно плыли белые гиганты облаков в голубом море атмосферы, светило солнце, пели птицы. Я почувствовал, как тёплый ветерок треплет волосы, и прикрыл глаза. Сейчас было действительно хорошо.

Насладиться моментом не дали. Рядом раздались шорохи шагов по земле, застучали по деревянному настилу и на скамейку рядом со мной кто-то сел.

Лениво приоткрыл один глаз и заметил башку Шикамару. Тот наблюдал за поединком двух девчонок, имена которых я не запомнил, по причине полного отсутствия интереса к их персонам.

— Ты ведь Наруто? — спросил шиноби-ленивец.

— А ты Шикамару.

Он хмыкнул.

— Сегодня на редкость хорошая погода, ты так не думаешь?

Понятно, налаживает контакт. Вопрос только в том, что ему от меня нужно.

— Тучи особенно хороши, — поддержал я беседу.

Тут так принято. В восточной традиции вообще много разговоров про погоду или здоровье родственников. Несмотря на то, что профессионалом в области культурных традиций я никогда не являлся, однако всё же у меня сложилось кое-какое впечатление от увиденного и подслушанного.

Парень поднял голову, уставившись в те самые тучи, и задумчиво произнес:

— Да, но есть по-настоящему особенные, которых не заметить никак нельзя.

— И тебя интересует, почему они такие?

Шикамару покосился на меня, потом снова хмыкнул.

— Ну, да. Ведь это странно, когда вокруг все тучи как тучи, но есть те, которые выделяются из общей массы. Почему так?

Я пожал плечами. Рассказывать ничего не планировал.

— Это ненормально, и поэтому мне интересно, — продолжил он.

— Мне тоже многое интересно, но часто найти ответ своими силами не выходит. А тучи, они ведь сами по себе, и слишком далеки, чтобы нам разбираться в их особенностях, — всё же ответил. Мне нравилось, что можно с кем-то поговорить, хоть и в форме ленивого допроса.

Не знаю, что понял из моей речи Шикамару, но он ушёл, пребывая в глубокой задумчивости и смотря в никуда. Что было ему по-настоящему нужно, я так и не понял. Могли ли его подослать родители, прознав про мою непобедимость на тренировочных поединках? А, может, просто интересно, что за фрукт этот — джинчурики? Само собой, родителям парня: сам он явно не в курсе моего особенного статуса в деревне.

Занятия закончились, и я поплелся к себе домой через парковый квартал. В принципе, он так не назывался, но там было мало домов, в основном детские площадки, а также площадки с полосами препятствий, редкие магазины с оружием и амуницией. Сказывалась близость к администрации деревни, куда часто наведывались ниндзя.

Дойти не успел. Отвлёкся, когда заметил за собой хвост, причём не тот, что постоянно незримо следует за мной в виде тройки АНБУ, которых я уже как месяц могу замечать без проблем.

Заинтригованный необычностью ситуации, выбрался на первую попавшуюся игровую площадку и занял качели.

Черноволосая макушка показалась из-за живой изгороди, окружающей игровое поле, уже через десяток секунд. Судя по длине волос, явно девчонка. По какой причине она решила за мной следить, было непонятно. Может, желает узнать мои слабости, может, влюбилась… Хотя это вряд ли. Всё же репутация у меня среди учеников мрачного типа, с которым не о чем поговорить, ещё и особенно жестоким. Вообще, разговоров вокруг моей молчаливой персоны очень много, как и много всяких небылиц, слушать которые без смеха было нельзя. Правда, мне почему-то было не смешно. Может, виной тому Система? Или я просто в депрессии.

— Выходи, — попросил я.

Девчонка сдерживалась недолго. Поняв, что её раскрыли, она почти уверенно вышла на площадку и подошла ко мне. Подбоченилась и приподняла подбородок. Узнаю породу… Учиха.

— Моё имя ты знаешь, — высокомерно произнесла она.

Черноволосая, в простой тёмно синей майке со стилизованным белым цветком в районе сердца, короткие черные шорты, простые ботинки. Почему-то был уверен, что на спине у неё комон её клана. Глаза карие или, скорее, чёрные, черты лица породистые правильные, тело угловато-детское, но заметно, что уже начинает приобретать очертания будущая фигура девушки. Экстраполяция в будущее не давала особых надежд на её красоту. Нет, лицо привлекательное и волевое, но она узка в талии, а это для меня жирный минус. Короче, её будущая внешность не в моем вкусе.

— Правда? — усомнился я, после чего посмотрел чуть выше её головы.

Учиха Джун, 4 уровень. Для кланового ребёнка её лет она довольно слаба. Если сравнивать с флагманом подрастающего поколения Учиха, то у него — девятый. Вроде, каких-то пять уровней не очень и много, но этот, считай, в два раза слабее. Если смотреть по среднему уровню учеников первого года, то выходит, что она не выбивается из нормы: они все примерно третьего или четвёртого уровня. Подозреваю, что по окончании академии, они будут примерно, как Саске сейчас, конечно, за исключением его школы рукопашного боя и умений в техниках. Думаю, надменный павлин будет уровня пятнадцатого или двадцатого. Хотя могу также легко ошибаться, всё же не так много шиноби в разрезе возраста наблюдал. Но если суммировать то, что известно сейчас, можно сделать предварительный вывод о разбивке по уровням и рангу ниндзя в конохе.

Ученик начинает чаще всего со второго уровня и представляет из себя личинку будущего убийцы, хорошим задатком которого является его способность манипулировать чакрой.

Генины получаются уровня седьмого-десятого. Ребят серьёзно гоняют по площадкам и полигонам, так что даже из неумехи делают подобие воина.

Чунины — ребята куда серьёзнее, которые обретают не только уровни, но и навыки в техниках, опыт кровавых боёв, потому их средний уровень в двадцать-двадцать пять выглядит более менее нормально.