Tier
Шрифт:
— Мы же отдыхать приехали, Флаке, старина, — пробасил Тилль, качая головой.
— Ну, да, не работать. Но что нам мешает сходить в кафе, послушать рок и поглазеть на девчонок? — поддержал старого приятеля Пауль.
— Девчонки, говоришь? — потер подбородок Тилльхен. — Ладно, ваша взяла. Так где это лаунж кафе?
И, переговариваясь, раммы в кои веки отправились на концерт не работать, а отдохнуть, побыть зрителями. Редкое зрелище, ничего не скажешь!
========== У Rammstein женское лицо ==========
В лаунж-кафе народу было немерено, и ребятам едва удалось найти себе свободное место за угловым столиком. Конечно, они могли открыться, и им предоставили бы лучшие места в зале, но, по вполне понятным причинам, раммы отказались от этой идеи. Усевшись полукругом бок о бок, музыканты стали терпеливо ждать официанта.
Помещение кафе внутри было полутемным, озаряемым лишь тусклыми напольными да настенными светильниками-таблетками, напоминающими луну. Пол был натерт до зеркального блеска, по нему то и дело скользили цветные блики установленной у сцены цветомузыки. Под потолком на едва заметных веревочках висели объемные звезды из фосфора, сияющие призрачным желто-зеленым светом. У дальней стены разместилась небольшая сцена, на которой стояла барабанная установка (у Кристофа так и зачесались руки сыграть что-нибудь залихватское) и старый синтезатор. Прямо посередине сцены возвышался пилон, тускло поблескивающий никелевым покрытием.
На столе, прямо перед музыкантами, лежали рекламные флаера, на которых было подробно расписано, какая программа ожидает сегодня посетителей «Night Florida». В первой части программы ожидалось выступление четырех гёрлз-бэндов: «Mirielle», «Loon-Moon», «Cadence Nash», а также секстет «5 Seconds to University».
— О, ребята, вы только гляньте, на название группы последних выступающих. Никак пародия на «марсиан», — хохотнул Пауль, суя всем под нос листовку.
— Небось, школьницы играют, — отмахнулся Тилль и подал знак проходившему мимо официанту.
Посовещавшись, музыканты заказали две больших пиццы и шесть литров пива. Ожидая начала представления, Флаке нервно притоптывал ногой, оглядываясь по сторонам. Ему было явно неудобно сидеть между мощным Линдеманном и непоседливым Ландерсом, который то и дело отпускал шуточки в адрес других посетителей.
Наконец фоновая инструментальная музыка утихла, и на сцену выскочил ведущий — всклокоченный парень в красной цветной рубашке с попугаями и в песочного цвета шортах:
— Добрый вечер, добрый вечер, уважаемые посетители! Меня зовут Адам Роули, и сегодня я буду вашим ведущим.
Парень поднял вверх руки, и зал разразился аплодисментами, приветствуя его:
— Сегодня наш вечер пройдет в компании женских рок-групп нашего гостеприимного Палм-Бич. Поприветствуем их: «Mirielle»! «Loon-Moon»! «5 Seconds to University»!
Каждое представление Адама встречалось бурными аплодисментами со стороны зала. Было заметно, что завсегдатаи лаунж-кафе знают все эти группы не понаслышке.
— Ну, а пока вы наслаждаетесь своими заказами, давайте поприветствуем очаровательных девчонок — группу «Cadence Nash»!
Ведущий поспешил укрыться за импровизированными кулисами, а на сцену выскочили панковатые девчонки в драных капроновых колготках и принялись орать в микрофон что-то из «Papa Roach».
Рихард даже поежился немного от их визгов.
— Как-то немузыкально, — заметил Оливер, поддевая очередной кусок пиццы.
— Угу, — ответил Тилль с набитым ртом.
Шнайдер горестно вздохнул:
— Если и остальные будут так визжать, нам тут делать нечего.
— Да ладно, Шнай, расслабься, — похлопал друга по плечу Пауль. — Зато ноги у них во какие!
— Лучше бы они в модели с такими ногами шли, а не на музыкальное поприще.
— Да ладно тебе! Не гунди. Глянь, как стараются!
И правда, девчонки из кожи вон лезли, чтобы угодить посетителям, доказать, что они что-то могут. Гитаристка с фиолетовым ирокезом безжалостно терзала гитару, и Рихард снова поежился.
— Ты чего? — спросил Олли, заметив это.
— Гитару жалко. И дорогая ведь…
— Ну не твоя же!
— Спасибо, ты меня утешил, — съязвил Цвен.
Наконец «Cadence Nash» освободили сцену, уступив место ведущему Роули:
— Разогрелись? Тогда погнали дальше! Что может быль лучше слоу-рока? Чувства, выраженные по-мужски, гитарный рифф, передающий сердечную боль и терзания… И вокал. Итак, перед вами группа «Mirielle» с хитом группы Nazareth «Love Hurts»! Встречаем!
— О, это уже что-то! — потер руки Кристиан и сделал глоток пива.
На сцену вышли три брюнетки в белом. Одна уселась за барабаны, другая — за клавиши, а третья стала у микрофона и тронула струны своей гитары, выводя первые аккорды.
Мужчины некоторое время молчали, а затем Пауль аккуратно осведомился:
— Эй, ребятки… А вам не кажется, что они все-таки «фанеру» используют?
— Тебе тоже кажется?
Тилль и Ландерс переглянулись.
— Значит, у меня не глюки, — констатировал Пауль и снова принялся за пиццу.
— А обещали «живую» музыку, — вздохнул Оливер.
Все промолчали, единогласно соглашаясь с гитаристом.
Вскоре на сцене снова появился Роули, и раммы восприняли его появление без особого энтузиазма. Кристофу было уже откровенно скучно, и он уже было собрался уходить, как последние слова ведущего пригвоздили его к стулу:
— … к выступлению очень тщательно, ведь и песни, и музыка индастриал-группы Rammstein не из легких. Итак, давайте поприветствуем моих любимиц, девчонок из группы «5 Seconds to University»!
— ЧТО?! — Тилль аж со стула приподнялся, и Кристиан едва-едва уговорил его сесть на место.
— Эх, было бы тут окно, я бы в него вышел, честно, — с оскорбленным видом, положа руку на сердце, произнес Пауль.
— Так не честно, даже на отдыхе меня преследует работа, да еще и в таком сопливо-девчачьем виде! — фыркнул Оливер и отвернулся.