Чтение онлайн

– Привет, Делл. Как дела?

– Отлично, мистер Манн. Вам ваш обычный столик?

– Да. Шоу уже идет?

– Нет. Но скоро начнется. Вы пришли вовремя.

Мы спустились вниз, и передо мной открылась привычная картина этого клуба, как будто взятая напрокат из «Тысяча и одной ночи»: белые бурнусы официантов – арабов и позвякивающие бубенчики на ногах девушек.

Зал был громадным. В центре находилось свободное пространство для выступлений, а вокруг располагались столики. Публика была разношерстная – от респектабельных пар в вечерних туалетах до лохматых битников. Вдоль стен тянулись ложи с тяжелыми занавесями. Однако в столь экзотическом заведении была современная климатическая установка, и в свежем воздухе реял тонкий аромат духов.

Я указал Грэтхен на дверь дамского туалета и попросил не задерживаться. Когда она исчезла за портьерой, я подозвал управляющего.

– Делл, я ищу здесь одного человека.

– Я так и понял.

– Его единственная примета – не сгибающийся указательный палец. Возможно, говорит с акцентом, но я не уверен. Есть вероятность, что он будет со спутником. Примета того – круглый рот, хотя не совсем ясно представляю себе, что это значит.

– Они никогда здесь не бывали.

– Я так и думал. Передай эти сведения дальше.

– Награда обычная?

– На этот раз еще и премия. Делл улыбнулся.

– Всегда рад служить вам. Он кивнул в сторону коридора.

– Вот идет ваша дама. Эффектная женщина. У таких всегда изысканный вкус. А как поживает та высокая рыжая?

– Ее застрелили в Мехико.

– О, как жаль. А что стало с тем злодеем, который это сделал?

– Я утопил его в умывальнике.

– Прекрасно.

Делл подозвал бородатого официанта, и тот провел нас в ложу. Я заказал виски и отдернул занавеску, чтобы видеть происходящее внизу.

Грэтхен была в восторге.

– И это в центре Нью-Йорка! А я считала, что меня уже ничто не может удивить.

– Детка, есть множество вещей, которые вас удивят.

– Но этот клуб…

– Он называется «Погребок двух сестер». Еда здесь настоящая и, кроме того, можно заказать все, что угодно – от убийства до спутника на вечеринку с наркотиками. Однако учтите, сюда допускаются только посвященные. Сегодня вы пришли со мной, а это достаточная рекомендация. Но не вздумайте выдать никого из присутствующих, иначе получите пузырек с соляной кислотой в лицо.

– Как? А полиция…

– Полиция обходит такие заведения стороной. Это хорошие источники информации и их предпочитают сохранять. Запомните, что я вам сказал.

– А вы не из полиции?

– Нет, – ответил я, – но моя профессия помогает мне многое видеть и знать.

– Что же это за профессия? Я пожал плечами.

– Короче говоря – агент. Мы ходим непроторенными тронами, разведываем недра. Последние пять лет я занимался каучуком, потом цинком и вольфрамом, а теперь – красным деревом.

– Вам нравится ваша работа?

– Да, если бы не жара и холод, не москиты и змеи, и не бандиты. А вам нравится ваша профессия?

– О, я довольна.

– Почему вы не занимаетесь только живописью?

– Это приносит мало денег. Кроме того, меня интересует работа в ООН. По-моему, там делаются дела мирового значения.

– Вы так считаете?

Она не успела ответить, как раздались протяжные звуки цимбал. Вслед за ними вступили флейты и барабаны. В центре зала появились шесть смуглых темноволосых танцовщиц и закружились под протяжную восточную мелодию. На них были только прозрачные покрывала.

Музыканты постепенно убыстряли темп и девушки кружились все стремительнее. Покрывала обвивали их спиралями, лица зрителей побледнели и покрылись испариной. Я заметил, что Грэтхен дрожит как в лихорадке. Сжав руки, она наклонилась вперед, как будто в любое мгновение готова была вскочить, сорвать с себя платье и броситься на сцену.

В центре круга танцовщиц появился араб в белом бурнусе и с длинным хлыстом. Время от времени он обвивал им талию той или иной танцовщицы и привлекал ее к себе.

С ударом литавр девушки исчезли, и в луче прожектора появилась женщина необычайной красоты, вероятно, евразийка. На ней не было ничего, кроме звенящих колец на руках и ногах. Угольно – черные волосы свисали до пояса и при каждом движении открывали ее юную грудь.

На лице араба отразилось желание. Он щелкнул хлыстом и обвил его вокруг талии девушки, как будто хотел перерезать ее пополам. На ее коже хлыст не оставил никакого следа. Она освободилась и продолжала танцевать.

Одна женщина привстала со своего места, судорожно вцепившись в край стола. Позади нее стоял наготове официант, чтобы успеть удержать, если она бросится на сцену. По-видимому, такие вещи здесь случались.

В конце концов, араб схватил танцовщицу и притянул ее к себе. Ритм музыки стал яростным. Он распахнул бурнус и окутал им девушку. Зазвенели цимбалы, пара опустилась на пол и прожекторы погасли.

Зажгли обычное освещение. Сцена была пустой.

– О, боже! – простонала Грэтхен.

– Понравилось?

Она с недоумением посмотрела на меня.

– И вы можете оставаться спокойным?

– Я видел это уже не раз. А вы чуть было не спрыгнули вниз на сцену.

Она покраснела.

– Это действует как гипноз.

– В этом цель номера.

– Все-то вам известно… хищник.

Официант принес заказ и исчез.

– Сколько языков вы знаете? – спросила она.

– Еду, питье и женщину могу потребовать почти на всех языках, но обычно предпочитаю английский. – Я замолчал, а потом как можно небрежней спросил: – Вы давно знакомы с Эдит Кен?

– С начала ее работы в ООН.

– Вы близкие подруги?

– Довольно. Кстати, почему вы не взяли ее с собой сегодня? Мне кажется, вы все – таки поссорились.