Чтение онлайн

Тот факт, что он, кажется, знал Грэма, был удивительным. Кэт не ожидала этого.

— Тебе не следовало приводить его сюда, — прорычал Грэм. — Клянусь, ты пожалеешь об этой ошибке.

Взглянув через дверь на Рэймонда, который лежал на спине и стонал так, словно его разрезали, а не просто бросили, Линк устало покачал головой.

— Я уже сожалею об этом, — тихо сказал он. — И я прошу прощения за это.

Затем он покинул дом. На этот раз вздрогнулаКэт, когда Грэм хлопнул дверью с силой, которая едва не сотрясла маленький дом.

— Ну, это было действительно по-взрослому, не так ли? — усмехнулась она, скрестив руки на груди во второй раз за утро. — Думаешь, ты впечатлил их всей той силой Породы, которая выбила дверь Лобо?

Полосы внезапно затенили его лицо. Темные, неровные следы под его плотью, простирающиеся на один глаз, на его высокомерный нос и противоположную щеку. Острая точка кончилась в углу другого глаза. Другие обвились вокруг его шеи.

Кэт осторожно отступила назад, когда зеленые глаза, обычно янтарного цвета, превратились в янтарные пятна зеленого цвета, наполняя белки его глаз и уничтожая зрачки.

— Теперь, Грэм, вся эта ярость просто неуместна, — сообщила она ему с гораздо большей бравадой, чем чувствовала. — Сейчас самое время, чтобы расслабиться и успокоиться.

Она не знала эту Породу. Даже его аромат был окрашен чем-то другим, чем-то неуловимым и таким диким, что выходил далеко за рамки первоначального.

— Успокоиться? — прорычал он, глубже и грубее, заставляя ее задуматься, а не стоит ли ей просто замолчать.

— Да, успокойся. — Раз идти, так до конца. Правильно? — У меня все было под контролем, и Линк никогда бы не позволил ему попытаться что-либо сделать.

— Линк? — его взгляд сузился. Хищный взгляд был почти страшным. — Теперь, пара, что это за запах любви, который я чувствую, исходящий от тебя?

О, он действительно не собирался снова заводить эту песню. И какое ему дело, кого она любит, а кого нет? Что касается этой чуши про пару…

— «Пара»? — Положив руки на бедра, она позволила гневу одолеть настороженность. — Ты совсем спятивший…

— Готов поспорить, что так и есть. — Он двинулся раньше, чем она смогла предвидеть это, прежде чем она смогла отскочить от него.

Кэт обнаружила себя прижатой спиной к стене, приподнятой, с раздвинутыми бедрами и обхватывающими его, ощущая прямое доказательство его возбуждения, которое напрягало его джинсы, прижатые к чувствительной плоти между ее бедрами.

Возбужденный?

— Неужели ты на самом деле прикасаешься ко мне?

Сжав пальцы на его плечах, она удивилась, почему, черт возьми, не пытается разорвать его на части когтями, появившимися, чтобы удерживать твердую плоть под его рубашкой.

Потому что он так хорош.

Такой обворожительный и сильный, его руки обхватывали ее бедра, его мускулистые бедра раздвинули ее, держа их открытыми, пока его бедра сдвигались, чтобы сильнее упереться прикрытой тканью эрекцией к ней.

— Это действительно заводит меня, — прорычал он. — Это делает мой член таким твердым, что я могу трахаться часами.

Внезапно ей стало больно. Чувствительные складки между бедер были влажными, ее клитор пульсировал, лоно ныло. Она пробуждалась там, где никогда не была. Нервные окончания стремились приблизиться к нему, части ее тела покалывало там, где никогда не покалывало прежде. Ее грудь опухла, соски затвердели.

— Тогда начни жить, — выдохнула она. — Найди кого-нибудь другого, с кем ты будешь развлекаться. — Если бы он это сделал, она бы убила его.

— Ты моя. — Кэт удивленно моргнула, увидев перед своим носом острые резцы. — Позволь этому ублюдку нечто большее нежели погладить твою щеку, и я срежу…

— Мясо с его костей? — однажды ей придется научиться держать рот на замке. — Это устарело, Грэм. Тебе действительно нужно выучить что-то новое.

Ее когти согнулись на его плечах, полностью вопреки ее желанию, но его бедра снова сдвинулись, вдавливая материал джинсов на шелк ее трусиков, который в свою очередь наткнулся на ее раздутый клитор. И это было чертовски хорошо.

— Это сгодится для чего-то нового? Давай посмотрим, что это с тобой сделает, — выдавил Ги, но не гневно. Полоски отступали, когда он опустил голову, его губы двигались к голой плоти, обнаженной под тонкими лямками ее топа с бахромой.

Он не целовал ее плоть. Не кусал. Он сделал что-то среднее. Прямо над тяжелой веной, пульсирующей в ее шее, его зубы сжались, покачались над ней как раз перед тем, как его язык набросился на раскаленную плоть.

— Боже мой. Просто убей меня сейчас, — хныкнула она, когда молниеносные следы изысканных ощущений мчались от ее шеи к эрогенным зонам, которые она не знала, что у нее есть. Все они объединились, чтобы создать одну горячую боль между ее бедрами, когда почувствовала, как горячая влага льется из ее тела.

Это было серьезной проблемой. Проблемой огромного масштаба, потому что это была слабость, и Грэм всегда использовал любую обнаруженную им слабость.

— Убить тебя? — прорычал он, его губы двигались вдоль линии ее шеи, когда она обнаружила, что не в силах ничего сделать, кроме как наклонить голову в сторону и дать ему доступ. — Твое убийство не стоит на повестке дня, котенок. А вот трахать — да.

Почему ее матка сжималась от такого внезапного удовольствия от угрозы, что у нее перехватило дыхание?

В его заявлении не было ничего романтического. Это была чистая жажда, чистый голод.

— Не очень хорошая идея, — выдохнула она, хотя ее ресницы сомкнулись, и она выгнулась ближе, ощущение его губ на ключице, сорвали с ее губ непроизвольный стон.

— Плевать.

Одна рука переместилась к ее затылку, и на следующем вдохе это был кусок разорванного материала, летящего на пол.

Он сорвал с нее рубашку?

Кэт посмотрела на него, не зная, была ли она возмущена или полностью возбуждена.