Тихие сказки

Центр гуманитарных инициатив Москва — Санкт-Петербург 2013

ББК 84(2Рос=Рус) М63

Миркина З.А.

М63 Тихие сказки. — М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2013. — 240 с.

I8BN 978-5-98712-121-4

Зинаида Александровна Миркина — известный поэт, переводчик, исследователь, эссеист. Сказки Зинаиды Миркиной написаны и для детей, и для взрослых. Некоторые понятны даже самым маленьким, но говорят что-то такое, о чем и взрослые не всегда задумывались. В этих сказках отразилась жизнь автора и жизнь ее друзей; но иногда новые слушатели вдруг находят в сказке свое собственное, о чем сказочница и не думала. Может быть, и вы найдете что-то свое.

Сказки Зинаиды Миркиной написаны и для детей, и для взрослых. Некоторые понятны даже самым маленьким, но говорят что-то такое, о чем и взрослые не всегда задумывались. Так получилось со сказкой о Белом Зайце. Однажды Зинаиде Александровне позвонила пятилетняя девочка и сказала: «Я заразилась от Иисуса Христа любовью к врагам. По телевизору показывали мультик, и мне стало жалко волков, тонущих в озере». Зинаида Александровна спросила: «А зайцев тебе не жалко?» Девочка задумалась. Зинаида Александровна тоже задумалась и написала то, что вы можете прочесть. Написала давно, лет 20 или 25 назад, и никаких мыслей о федералах и чеченцах у нее не было. Еще при Брежневе написала. Но в октябре 1999 года мне пришло в голову, что некоторые уроки сказки хорошо бы сформулировать для руководителей кавказской политики России. Зинаида Александровна согласилась со мной, и мы с ней дважды выступали, сперва в узком кругу, в Москве и Питере, читая сказку и комментируя ее. Потом комментарии к сказке были напечатаны в газетах и текст был дважды передан по Российскому радио. Мне хочется подчеркнуть один из уроков Белого Зайца: «злорадные зайцы сами становятся волками… И неизвестно, что с ними делать».

Эго один из пластов смысла, неожиданно для нас самих выплывший на поверхность. Но в сказке есть гораздо более глубокие пласты. Тысячи лет людей волнует вопрос, почему в мире, созданном Любовью, так много зла? И в сказке этот вопрос ставится со всей детской серьезностью. Если «все хорошо, все очень-очень хорошо», как говорит скрипка Белого Зайца, то почему волки терзают свою добычу? Этот вопрос волновал Зинаиду Александровну еще тогда, когда она сама была девочкой. И постепенно, от сказки к сказке, вырастает ответ: все хорошо, если главное в нас — не мы сами, а что-то высшее в нас, если мы сходим на нет перед этим высшим, прорастающим в нас, если это высшее нам дороже счастья в обычном понимании слова и даже самой жизни на клочке пространства и времени. Тема всех сказок — выход к целостному и вечному. И здесь на помощь приходят ее стихи:

В сказке о Белом Зайце девочка-волшебница выходит к волкам, готовая на жертву, и один из волков становится ее другом. Невозможно победить все зло — говорит сказка — но свет во тьме светит и не сдается злу. Неразрешимые вопросы, с которыми веками бьются люди, в сказке становятся разрешимыми, концы сходятся с концами. Это очень нужно в наш век, век науки, которая быстро решает все проблемы и каждым своим решением создает 2–3 новью проблемы. И только в сказке сохраняется чувство жизни как духовного и нравственного целого.

Многие сказки Зинаиды Миркиной связаны с ёлочными спектаклями в нашем доме. На ёлке есть глубины, которые высвечиваются изнутри, и есть поверхность, где действуют темные силы: Крокодилиссимус, Баба Яга, Кот в сапогах и Гусыня. Игрушке-герою приходится бороться с ними, решать, как вернуть исчезнувший свет, воскресать и прорываться через время к вечности. Каждое представление — кукольная мистерия дель арте; сперва она импровизируется, а потом, по воспоминаниям о ёлке, становится рассказом о Томе и Старой Девочке. В этих сказках отразилась наша жизнь и жизнь наших друзей; но иногда новые слушатели вдруг находят в сказке свое собственное, о чем сказочница и не думала. Может быть, и вы найдете что-то свое.

16 июня 2000

Григорий Померанц

Здравствуйте! Здравствуйте! Здравствуйте! Здравствуй, сосна, здравствуй, подснежник, здравствуйте, снегири! Я фея Перели. У меня полное лукошко солнечных лучей, а звезды я прячу под шапкой. Подождите, это после я сниму шапку, тряхну волосами и закину на ветки звезды. Вам меня не поймать! Я розовая, синяя, голубая, зеленая, золотистая, — я фея Перели. Пе-ре-ли! Захочу, побегу по веткам наперегонки с белкой и буду сбрасывать вам сверху солнечных зайчиков. Вам весело? Ну, конечно, всем весело, когда я смеюсь — ведь сейчас утро!

Может быть, вечером я сама сяду на ветку, стану серебряно-синей. Волосы мои повиснут между деревьями, а платье заструится, точно сизый дым. И тогда мы вместе о чем-нибудь задумаемся. Я сама не знаю, о чем. Может быть, о моем будущем муже. А? Говорят, что феи не выходят замуж… Может быть, и не выходят, а может быть, и выходят… Вот мы уже и задумались. Как незаметно настал вечер…

Все это говорила маленькая фея Перели в большом, большом лесу. Она действительно задумалась, сев на ветку. Шапка у нее сползла, волосы рассыпались и повисли между деревьями, и целая пригоршня звезд зацепилась за сучки и листья. А глаза у феи стали до того синие, до того глубокие, что заглянешь — не выйдешь…

Птицы уснули, звоны умолкли, только шорохи проснулись и стали блуждать по лесу.

— Что задумалась, дочка? — сказал старый Пан. — Не холодно ли в сыром лесу ночью? Идем ко мне в пещеру. Я расстелю тебе постель на звериной шкуре, разожгу костер, обогрею, нашепчу про старое, про древнее, про бывалое… У меня в глазах только и осталась еще светлинка — последний отсвет зари. Люди говорят, что глаза у меня выцветшие, как небо поздним вечером. Много они знают — у меня беззакатные глаза.

— Спасибо, отец, я не хочу к тебе в пещеру. Иди сам.

— Неужто всю ночь на ветке просидишь? Уж очень ты много стала мечтать. Ну смотри, замерзнешь, приходи.

И старик ушел, а с ним вместе и шорохи. Совсем недвижным стал лес. И тогда фея Перели уснула на ветке, как лесная птица.

Почему-то ей приснились синие капли. Синие, прозрачные капли стекали с неба и повисали на какой-то узорной резьбе, которая раньше была невидимой, но вот вдруг стала видна. И перед ней раскрылся прозрачный дворец, молчаливый дворец, и на нем узор из синих капель.

Она проснулась очень рано и несколько минут все еще жила среди синего мира, точно никак не могла выйти из заколдованного царства. Утро было сизое, прохладное. Березка стояла сонная, вся в тумане, ветки у нее запутались, сплелись с туманом. Надо было ее разбудить да причесать. Сосна все еще разговаривала с самой собой про что-то такое важное, такое важное, что утром и понять нельзя. Надо было просто подойти, прислониться щекой к коре и помолчать немножко. Тогда она совсем проснется, вздохнет глубоко-глубоко и улыбнется со своей высоты. И тут-то и начнется утро, пахучее, радостное. Надо будет скорей брать лукошко с солнечными лучами, бегать, подносить лучики к росинкам и поджигать их. Это занятие фея Перели очень любила. Но сегодня она с самого утра была задумчивой, и вот приснились же ей почему-то не разноцветные, а синие капли…