Чтение онлайн

Иерокл

Ну, если так, самому управляться придется мне, видно!

Тригей

Вот – возлияние, вот – возлияние!

Иерокл

Вот – возлияю и я!

Тригей

Берегись! Получай к возлиянью!

Иерокл

Живо язык мне подай!

Тригей

Со своим убирайся подальше! О Тишина, ненаглядная! С нами навеки останься!

Иерокл

Кто ж поднесет мне жаркого?

Тригей

Никак поднести невозможно! Нет тебе потрохов, прежде чем волк обручится с овцою.

Иерокл

Вот я коснулся колен твоих!

Тригей

Молишь напрасно, бедняга! Знаешь, ежа никогда нам не сделать колючего мягким.

(Обращается к собравшемуся в театре народу.)

Эй, зрители, сюда! Здесь угощенье вам Готово.

Иерокл

Как же я?

Тригей

А ты – Сивиллу жуй!

Иерокл

Клянусь Землею, вам не пировать одним! И я урву жаркого! Дело общее!

(Пытается утащить кусок.)

Тригей бьет его.

Тригей

Лупи Бакида!

Иерокл

(зрителям)

Вас зову в свидетели!

Тригей

И я. Ты – вор, обжора и дрянной бахвал!

(Рабу.)

Лупи его! Дубась бахвала палкою!

Раб

Сам колоти! Я вышелушу подлого, Как луковицу из кожур, которые У нас украл святоша! Раздевайся, эй! Слыхал, ворона мерзкая орейская! Лети назад, в Элимний! [42] Торопись! Эй-ей!

Тригей и раб бьют Иерокла. Тот убегает. Они его преследуют и оставляют орхестру.

Первое полухорие

Ода

Хорошо, хорошо! Шлемов больше не видать! Лука нет и сыра нет! Не любитель я войны. То ли дело у огня С тем, кто мил, с тем, кто друг и сосед, Проводить вечерок, наколов Жарких и сухих дровец, За лето прогревшихся. Греть у угольков орешки И поджаривать жгуточек. И служанку целовать, Благо дома нет жены.

Предводитель первого полухория

Эпиррема

Что милей всего на свете? Если славно кончен сев, Небо дождик посылает и сосед нам говорит: «Чем бы нам таким заняться, друг Комархид, отвечай!» [43] Выпить хочется мне, вот что! С неба шлет ненастье бог! Женка, эй, бобов отсыпь нам полные пригоршни три, И муки прибавь пшеничной, и маслин не пожалей! И Манета пусть покличет Сира с улицы домой. [44] Все равно ведь невозможно нынче лозы подрезать И окапывать напрасно: землю дождик промочил. Пусть пошлют за перепелкой, двух тетерок принесут! Дома есть хмельная брага и зайчины три куска, Если только прошлой ночью не стащила кошка их: Что-то очень уж стучало, колобродило в сенях. Два куска неси нам, мальчик, третий дедушке оставь! Ветку мирт у Эсхинада попроси, да чтоб в цвету! Заодно и Харимеда по дороге пригласи! С нами пусть он нынче выпьет! Посылает бог удачу Нашим нивам и садам.

Второе полухорие

Антода

В дни, когда луг звенит Песней милою цикад, Я разглядывать люблю, Не налились ли уже Грозди лоз с Лемноса. Прежде всех зреет плод этих лоз. А потом горстку фиг с ветки рву, Спелость пробую на вкус, Фиги тают, так сочны! «Оры милые» пою я, И настоечку хлебаю, И за лето становлюсь Жирен, гладок и лоснист.

Предводитель второго полухория

Антэпиррема

Это лучше, чем военным любоваться (чтоб он сдох!), С гребнями тремя на шлеме, в алом пламенном плаще: «Крашен плащ, – бахвал клянется, – в сардский пурпур, в чистый цвет». [45] Но когда придется драться в этой пурпурной красе, Тут окрасится накидка в самый подлый рыжий цвет. Первым франт несется с поля, словно рыжий конь-петух, Я, как птицелов, глазею. Все три гребня враз дрожат, А когда домой вернутся, шутки дикие творят. В список призывной внесут нас, после вычеркнут опять, Впишут снова, дважды, трижды. Тут кричат: в поход идем! А еды не закупили. Ведь не знали ни про что. К Пандионовой колонне [46] подлетишь и тут себя В призывном увидев списке, с горькой злобою уйдешь. Так-то нас они терзают, сельский люд и городской. Эти трусы – щитобросы – людям и богам враги. С ними, если Зевс позволит, расквитаемся за все! Нам от них беда и слезы, Львы они в кругу домашнем, Хитролисы на войне!

Хор пляшет.

Тригей выходит из дверей дома, за ним – слуги.

Тригей

Ну, ну! На свадьбу, на пирушку привалил народ. Возьми султаны эти, обмети столы, А ни на что другое не годны они. Перепелов неси сюда и рябчиков, Тащи зайчины, кулебяку пшенную!

Собирается народ. Входят кузнец и горшечник.