Чтение онлайн

Это упражнение великолепно выполняла новенькая — Женя Каретникова.

Леша был в другой группе. Издалека он смотрел на Женю зачарованно.

Элегантный гость вел себя, как богатый коллекционер, которого может заинтересовать только чрезвычайно редкий экземпляр. Но тут он вытащил блокнот.

— Фамилия?

В это время, по всем правилам проделав отход от снаряда, Женя взяла у одной из девочек свои очки и надела их.

Лицо гостя вытянулось.

— Кроме того, боремся с последствиями ревмокардита, — сказал дядя Костя ехидно.

Гость спрятал блокнот.

— Слушай, — сказал учитель, — скажи откровенно, за кем пришел? Тебя ведь старшеклассники никогда не интересовали.

Канат, перекладина и кольца были размещены рядом. Поэтому и группы общались между собой. На кольцах и канате занимались мальчики, на перекладине — девочки.

Леша стоял в очереди на кольца, как приговоренный к казни через повешение.

— Жильцов, на канат! — скомандовал учитель. — Да, да, сначала на канат.

Леша молча перешел в другую группу. Ею руководил старший пионервожатый Саша. Турнисток страховал Вахтанг.

Работали на перекладине девочки лихо.

Гость смотрел на турнисток доброжелательно, но без особого восхищения.

Уже выполнившие упражнения Зиночка и Галя Вишнякова о чем-то оживленно болтали.

— Крючкова! — сделал замечание Зиночке Вахтанг Турманидзе. — На физике ты сегодня молчала как рыба.

— Потому что я ни бум-бум, — гордо ответила Зиночка.

Галя Вишнякова погладила подругу по голове и сказала Вахтангу:

— Вот за это я Зиночку люблю. Ни бум-бум, и все. В этом есть какая-то широта. Ты отличник, а она ни бум-бум. У меня Зиночка — личность.

И Галя даже поцеловала Зиночку. Красивые девочки любят это делать публично.

— А я? — спросил Вадим Костров, подставляя голову, чтобы и его погладила Галя.

— Ты тоже личность! — И Галя погладила Вадима по голове. — У тебя юмор есть. А вот у кого юмора нет, те для меня пустое место.

Старшего пионервожатого Сашу так заинтересовал этот разговор, что он забыл об очередном гимнасте своей группы.

Спохватившись, Саша увидел, что это Леша Жильцов.

— Может, тебе не надо без ног? Давай в три приема, — сказал он Леше тихо.

— Без ног! — твердо сказал Леша. Он видел, что Женя Каретникова отделилась от своей группы и смотрит на него.

Саша щелкнул секундомером.

Никогда в жизни Леша не сумел бы повторить то, что он проделал на канате в этот раз. Ни о каких приемах не могло быть и речи. Леша их не знал. Вместо того чтобы держать ноги вместе, он болтал ими, выделывая замысловатые коленца. Но руками он работал как мог, и невероятное напряжение всех сил позволило ему буквально взвиться по канату.

Внизу Леша очутился неизвестно как. Это произошло в одно мгновение, и оно оставило багровый след на Лешиных ладонях.

Во всех группах раздался смех. Кто-то зааплодировал, кто-то свистнул, случайные зрители, проходившие по двору, тоже смеялись.

— А с такими что делать? — кивнув на Лешу, спросил гостя учитель.

— Бесперспективный, — ответил гость. — Кураж есть, но… рост ни то ни се… и потом, он уже старик…

Дядя Костя засвистел.

— Группы, поменялись местами!

— А Жильцов — личность? — спросил Саша у Гали Вишняковой.

— Жильцов? — удивилась Галя и, сообразив, что Саша слышал ее недавние изречения, усмехнулась, но ответила категорично: — Он вне игры!

И тут же прицепилась к Жене:

— Каретникова, у вас в Краснодаре все такие оригинальные: на олимпиадах первые места занимаем, а что такое электрический ток — ах, ах, нам неизвестно.

Женя не успела ответить.

— Один знаменитый ученый, — сказал Вахтанг Турманидзе, — утверждал, что квантовую механику, например, никто не понимает. Вообще «понять» так, как этого хочет Жильцов, в физике нельзя очень многое.

— Ого! У тебя, Каретникова, уже защитники нашлись. Быстро…

— Просто я за справедливость, — ответил Вахтанг весело. — Женя на порядок выше всех нас.

— Слыхал? — сказала Галя Леше очень многозначительно и в обнимку с Зиночкой направилась к брусьям.

Теперь Женя была в очереди у каната, а Леша — у турника.

— Показываю упражнение, — обратился к группе Вахтанг.

То, как работал на перекладине Турманидзе, было чудом. Вокруг площадки собрались зрители — останавливались все проходившие по двору.

Участники гимнастической секции тоже смотрели на работу Вахтанга, который делал упражнение, называя его элементы таким спокойным голосом, словно сидел в кресле:

— Махом одной и толчком другой перемах, согнув ногу в вис завесой…

Неожиданно он проделал на турнике нечто такое, чего и в цирке не увидишь.

— Этого, конечно, можете не делать… Это я увлекся… — сказал Вахтанг виновато.

— Ну? — спросил учитель своего гостя. — За ним пришел?

— Чудо! — ответил гость.

Леша смотрел не на Вахтанга, а на зрителей. Одно за другим проплывали перед его глазами восторженные лица…

А когда Леша обернулся к подошедшей Жене, она только и смогла сказать:

— Да-а, такого я в Краснодаре не видела…

— Начали! — скомандовал учитель.

Одной из первых на канате оказалась Женя. Она быстро достигла самого верха и оттуда, с высоты, увидела, что по дороге от спортивной площадки к зданию школы, сильно сутулясь, идет Леша.

— Женя, ты что?! — кричали ей девочки снизу. — Слезай, Каретникова!

Но Женя не спускалась до тех пор, пока Леша не вошел в здание школы.

И сразу возникла планка для прыжков, установленная на высоте школьного рекорда.