Чтение онлайн

— Он не мог, что ли, прислать сюда одного из своих холуев? Почему он приперся сам? Вы тут резвились с ним, а, детка?

— Ну ты даешь, Тони. Ты думаешь, я не сообразила, куда ты подевался? После того, как ты вел себя по возвращении, последняя дурочка поняла бы. Ты поехал к своей девке, кем бы она ни была!

— Не к “своей девке”, а к Бетти, золотце. — Тони снова рассмеялся. — Мы с тобой великолепная парочка. Пока я беседовал с девушкой, едва выбравшейся из колыбели, ты резвилась в койке с недоноском Анджело.

— Не резвилась я с ним ни в какой койке.

— Ну что ж, сегодня ночью вам это не удалось, — презрительно отозвался Тони. — Не успели.

— Да тебе плевать, если даже я пересплю с конем. Даже не знаю, что сказать. Ты перестал быть Тони Ромеро. Ты сам не свой. И таким ты мне совсем не нравишься.

— Я себе нравлюсь, а ты заткнись.

Тони направился к бару и налил себе солидную порцию.

Мария подошла к нему:

—Тони, послушай меня. Я давно уже предупреждала тебя, что ты увязаешь слишком глубоко, что ты не сможешь выбраться из дерьма, если будешь продолжать в том же духе. А теперь в дело ввязывается Синдикат. Боюсь, тебе придется несладко, гадать трудно. Но тебе следует поубавить пылу. А так разговаривать с Анджело... Ты не можешь себе этого позволить, Тони. Тебе нужно вести себя потише, особенно с появлением тех людей.

— Я велел тебе заткнуться. У меня все о’кей, и я добьюсь, чего желаю. А твой Анджело меня совершенно не колышет.

— Он, наверное, встретится сегодня ночью с людьми Синдиката. Тебя это тоже не колышет? С ними шутки плохи.

— Ну что ж, я тоже пообщаюсь с ними. Не только Анджело может толковать с приезжими, верно? А может мне вообще побеседовать с ними вместо него?

Мария, изумленная, глянула на него:

— Что ты мелешь? Не болтай глупостей, Тони. Да что с тобой? Ты сходишь с ума или у тебя просто крыша поехала? Попомни меня, ты зашел слишком далеко.

Тони сделал большой глоток из стакана, не обращая внимания на Марию. Все, она его уже достала, постоянно придираясь и отчитывая, как сварливая жена.

— Тони, еще не все потеряно, — заговорила с надеждой Мария. — Мы можем уехать куда-нибудь и...

Тони взревел:

— Хватит трепаться об отъезде. Я часть этого дела и остаюсь здесь.

Мария, легко прикоснувшись к его руке, принялась упрашивать его остановиться, пока с ним ничего не случилось, пока он еще жив. Тони не слушал, отдавшись нарастающей ярости, молча следил за ее шевелящимся ртом. Она говорила примерно то же самое, что и Бетти, — рассусоливала бабские глупости, дурацкие попытки повлиять на него, сделать его таким, каким он никогда не станет. Глядя, как открывается и закрывается рот Марии, Тони едва слышал, что она говорит, но чувствовал, как все в нем дрожит от нарастающего бешенства.

— Я пыталась объяснить тебе, — говорила тем временем Мария. — Но боюсь, ты ведешь себя как невменяемый, как если бы...

Тони размахнулся и ударил ее тыльной стороной сжатой в кулак руки по губам. Мария пошатнулась, рухнула на пол, на ее губах выступила кровь. Тони шагнул к ней и громко крикнул:

— Я велел тебе закрыть рот! Я запретил тебе вякать! Теперь ты замолчишь, наконец?

Мария провела ладонью по губам, не спуская с него глаз, медленно поднялась на ноги и проронила:

— Все кончено, Тони. Спасибо. Я ухожу.

— Вот и прекрасно. Убирайся. Катись колбаской. Может, еще догонишь Анджело. Этого гребаного выродка. Я должен был проучить и его. Ничего, доберусь и до его морды.

Мария открыла шкаф и принялась лихорадочно снимать одежду с вешалок. Тони подошел к ней, рявкнул:

— Если уходишь, то немедленно, сейчас же! Как есть, детка. Давай, давай, вали отсюда!

Она уронила одежду на ковер, заторопилась к двери и ушла.

Тони подошел к бару и допил свой бурбон, затем швырнул стакан через всю комнату в дальнюю стену — брызнувшие осколки отозвались похоронным звоном — и в отчаянии обхватил голову руками. Забористо выругавшись, он оглядел опустевшую квартиру.

Все полетело к чертям собачьим, вроде этого стакана. И ему еще предстояла встреча с Анджело — какая-то там чертова заваруха с этим чертовым Синдикатом. Тони прошел в спальню и приладил сбрую с “магнумом”. В баре нацедил себе еще стаканчик, опрокинул его и вышел из квартиры.

Анджело срезал сигару и вставил ее в свой кривой рот.

Глянув на Тони, он чиркнул спичкой и подержал ее у другого конца сигары. Между двумя затяжками миролюбиво обронил:

—Нам ни к чему ссориться, Тони. Я понимаю, у человека иной раз нервы сдают. Бывает, этого и следовало ожидать.

Анджело вынул сигару изо рта и угрюмо уставился на нее.

Тони бросил взгляд на Фрейма и Рока, сидевших на креслах у дальней стены, — Фрейм закинул ногу на подлокотник, а более грузный Рок развалился с удобствами, вытянув во всю длину ноги.

Анджело глянул на Тони, сухо кивнул:

—Садись.

Тони сел в “свое” кресло и подождал, что еще скажет Анджело. Тот был внешне приветлив, словно и не таил на него зла за сцену, которую Тони устроил в своей квартире. Тони почувствовал облегчение. Он был тогда на таком взводе, в такой ярости, в таком раздражении чувств, что действительно позволил себе говорить с Анджело недопустимо дерзко, но вроде бы все обошлось.

— Ты — мой помощник номер один, Тони, — заговорил Анджело. — Мы просто не можем позволить себе бить горшки и рвать отношения между нами. Согласен?

— Конечно же. У меня были кое-какие неприятности, Анджело. Сорвался. Теперь вроде бы все улажено.

— Рад слышать. Я понимаю, ты испытал чрезмерное напряжение, Тони. Мало что ускользает от моего внимания.

Что-то уж больно приторно сладкий у него голос, встревожился Тони. Слишком ласковый и вкрадчивый. Анджело, казалось, начисто выбросил из головы стычку у Тони дома.

А босс тем временем продолжал:

— Вскоре, Тони, здесь появятся два мужика из Чикаго. Они примут участие в операции. Это обусловит некоторые перемены, но и освободит нас от части забот.

— В каком смысле?

— Дело будет расширено — сеть их публичных домов охватывает всю страну, так что нам будет обеспечен регулярный приток новых кадров. Этой стороной дела займутся они. Увеличатся и наши общие доходы, и, значит, наши интересы не пострадают.

— В том числе и мои?

— Разумеется, Тони.