Шрифт:
«Едва ли найдётся в военной истории побоище, – утверждал в начале ХХ века авторитетный русский историк В.О. Ключевский, – которое вывело бы из строя больше бойцов, чем сколько легло рабочих в Петербурге и Кронштадте. Пётр называл новую столицу своим “парадизом”, но она стала великим кладбищем для народа».
Добавьте к этому ужас блокады города на Неве, и вы поверите, даже если являетесь махровым атеистом, в существование призраков, барабашек и не упокоенных душ, обитающих в Петербургских домах.
Эта подлинная история, начала 80-х годов 20-го века (мною слегка обработанная), была рассказана мне обитателями питерской коммуналки людьми, пережившими блокаду и непривыкшими врать даже по мелочам. В то время подобная мистика, мягко говоря, не поощрялась и за подобные рассказы можно было запросто угодить в дурку на неопределённое время. По понятным причинам имена и место действия изменены.
Питерские коммуналки, такие похожие несмотря на всё своё разнообразие, как правило с двойными входными дверями и хаотично расположенными на них неработающими квартирными звонками и разбитыми почтовыми ящиками. За дверями начинается иной, понятный лишь его обитателям мир – прямой и длинный коридор, как будто разрезающий пространство, врезается в холодные стены и исчезает в темноте, где-то там, под высоченными четырёхметровыми потолками. Планировка коммунальной квартиры нехитрая и коридор, если пройти по нему до конца, всегда оканчивался кухней, местом сбора всех обитателей коммуналки. Это можно назвать мистикой или совпадением, но состав проживающих в ней всегда был строго один и тот же.
Иваныч
На каждой кухне вы обязательно увидите Михалыча, Иваныча, а может быть даже Юрьича – вне зависимости от возраста к нему всегда обращались по отчеству. Мужик с золотыми руками (когда не пил), про таких ещё говорят: «Кабы не водка, да луженая глотка в золоте бы ходил». Работал Иваныч в шараге за грошовый оклад, репутацию имел скверную, так как в любой момент мог запить на неделю, а то и на две. Его, конечно, увольняли – статья 33 КЗОТ звучит просто – прогул или пьянство на рабочем месте, а через неделю брали обратно. Сдерживавшей силой, не дававшей Иванычу запить до белки (белая горячка) был участковый Аркадий, коего Иваныч побаивался. Аркадий, проводивший профилактические беседы, всякий раз сводил их к ЛТП (таже зона плюсом бесплатное принудительное лечение от алкоголизма).
– И зона твой дом родной.
– А на зону-то за что Аркадий?
– А за тунеядство, вот и заявление от соседей, что пьешь и не работаешь…
Славик
Другие обитатели кухни – это Машка и Юрик, Славик, а может быть Толик или Вадик. Значение имеет не имя, а прототип описываемого человека. В отличии от Иваныча в любом возрасте всегда назывался по имени и был просто – Славик…
Конец ознакомительного фрагмента.