Чтение онлайн

Никто не обратил на вошедшего внимания, но наконец мисс Порт увидев оцепеневшую Фанни, обернулась и застыла от неожиданности.

– Тетушка, король! – прошептала она.

Мисс Делани направилась к гостю с приветствием, а потом Фанни показалось, что все вокруг исчезли, кроме нее самой, короля и миссис Делани.

Фанни стояла, прижавшись к стене, надеясь, что останется незамеченной, пока миссис Делани со спокойной уверенностью, но с глубоким почтением и радостью, которую ей доставил этот визит, присела в реверансе и заговорила с королем, осведомившись о его здоровье и рассказав о своем.

Но Георг смотрел поверх головы миссис Делани на ее гостью. Он уже слышал о Фанни Берни. А кто о ней не слышал? Весь Лондон строил догадки о том, кто она такая. Фанни была другом великого доктора Джонсона. Королева читала «Эвелину» и говорила королю, что этот роман весьма достоин похвалы. Она слышала, что этот роман, появившийся после «Клариссы» Ричардсона, гораздо нравоучительнее того. Как только королевская чета вернулась в Виндзор, им сразу же сообщили, что у миссис Делани гостит мисс Фанни Берни.

– Это та самая мисс Берни, а? – спросил король девушку.

– Да, Ваше Величество, – ответила Фанни, приседая в реверансе.

Несколько секунд король пристально смотрел на нее.

– Вы довольны своим пребываем здесь, у моего дорогого друга, миссис Делани, а?

– Да, сир, очень.

– Это хорошо, а? Что? – Он кивнул Фанни и повернулся к миссис Делани. – Вы меня только что спросили, как себя чувствует принцесса Элизабет. Меня беспокоит ее здоровье. Особенно с тех пор, как я потерял своих сыновей.

Миссис Делани сочувственно вздохнула.

– Да, – продолжал король, – я пришел, чтобы рассказать вам, дорогая миссис Делани, что за последние две недели у принцессы двенадцать раз было кровотечение. Она потеряла семьдесят пять унций крови. Это много, а? Что? Что вы думаете, а? Что?

Миссис Делани ответила, что это действительно слишком много.

– Ее одолели волдыри. Я беспокоюсь, очень беспокоюсь. – Внезапно он вспомнил о Фанни. – Скажите, а мисс Берни тоже рисует? – спросил он.

– Полагаю, что нет, сир, – ответила миссис Делани. – По крайней мере, даже если и умеет, то не говорила мне об этом.

Король лукаво засмеялся.

– О, это ничего не значит. Она не любит рассказывать. Она никогда ничего не рассказывает, вы же знаете это.

Георг направился к Фанни и пристально оглядел ее.

– Ну что? Что? Расскажите, как все было? – продолжал он.

Он говорил так быстро, что Фанни, не привыкшая к его речи, не поняла вопроса.

– Как это случилось, а? Что? – повторил король.

– Я написала книгу ради собственного удовольствия, сир.

– Но опубликовать это… напечатать… а? Что? Как это у вас получилось, а? Что?

– Видите ли, сир, я решилась на это потому… Хоть убей, Фанни не придумает ответа на этот вопрос. Но король был не из тех, кто отступает. Его интересовали малейшие подробности, он хотел знать, почему Фанни опубликовала книгу, если написала ее исключительно ради собственного удовольствия, так же как до этого он пожелал узнать, как миссис Делани делает свои мозаичные панно.

– Я подумала, сир, что… э-э… в напечатанном виде мой роман будет выглядеть довольно мило.

Король рассмеялся и направился к миссис Делани.

– Честное признание, – сказал он, – честное и откровенное.

Он стоял в стороне, глядя на Фанни, все время посмеиваясь и повторяя: «Да, честно и откровенно».

Пришла королева, чтобы навестить дорогую миссис Делани и рассказала ей о том, как лечат принцессу Элизабет.

Она тоже была рада познакомиться со знаменитой мисс Берни и весьма доброжелательно приветствовала ее, когда Фанни была ей представлена. Король сообщил Шарлотте, что мисс Берни напечатала свою книгу потому, что решила, что в напечатанном виде книга будет выглядеть лучше. Они снова все вместе посмеялись.

Чтобы угодить Фанни, Георг говорил о литературе и вел себя с такой учтивостью по отношению к ней, что она была им просто очарована. Фанни начала постепенно привыкать к необычной манере разговора короля, легче стала понимать его и узнавать, когда на его «а? что?» требуется ответ.

– Шекспир, Шекспир! – воскликнул король. – А разве у Шекспира мало всякого вздора? Только об этом не принято говорить. А что вы думаете, а? Что? Разве это не печально? Что?

Бедная Фанни. Ну разве могла она, как писатель, отвергнуть величайшего из своих собратьев по перу. Но ведь не поспоришь с королем. К сожалению, это был один из его вопросов, на который требовался ответ.

– О, да, сир, – сказала она, – хотя наряду с этим у него есть такие шедевры, что…

Король расхохотался. Он находил Фанни весьма забавной.

– Конечно, никто не говорит об этом. Но это правда, а? Только ведь Шекспира никто не смеет ругать. А каковы некоторые его герои? Тьфу! Чепуха! Ужасная чепуха! Но за такие слова еще побьют камнями.

Все, по-видимому, были счастливы, и Фанни нашла общество королевской четы совсем не таким уж страшным, как ей представлялось.

Королева проявила необычайную любезность и сердечность, да и король явно старался быть приятным.

Когда король и королева удалились, миссис Делани заявила, что Фанни несомненно, понравилась им. Это подтвердилось во время последующих посещений королевской четы маленькой гостиной миссис Делани.

Вскоре после этого Фанни было предложено место второй камеристки при королеве. Ей предоставлялась гостиная в Куинз-лодж в Виндзоре, с прилегающей к ней спальней, собственный лакей и содержание в двести фунтов в год.

Фанни чувствовала себя неловко. В ее планы не входило становиться королевской прислужницей, но ей было очень трудно отказаться после того, как она познакомилась с королем и королевой в такой дружеской обстановке, в гостиной миссис Делани.