Чтение онлайн

Заперто.

Тогда, недолго думая, я перемахнул через забор рядом с проходной — там, где он был пониже, — и приземлился на территорию базы.

Только ветер сейчас гулял по нынешней территории базы наёмников. Он гнал рыжую пыль, заметал следы в проходах между постройками.

Стоял у проходной и осматривался.

База наёмников Бари — вернее, то, что от неё осталось.

Стальные ворота гаражей были выломаны — не аккуратно вскрыты, а именно выломаны или вырваны, варварским методом. Сейчас они висели на одних петлях, время от времени скрипя под напором ветра, издавая тот тоскливый звук, какой бывает у всего брошенного и забытого.

Немного приоткрыв один из гаражных боксов, я сразу понял: здесь всё вывезли до меня. Голый пол в разводах масляных пятен, пара ржавых болтов в углу — вот и всё, что осталось от имущества наёмников, которых я знал.

Но меня интересовала оружейка Бари.

Оружейная комната располагалась в торце первого этажа, за двойной дверью с кодовым замком. Вернее, когда-то располагалась. Дверь — массивная, стальная, которую я помнил всегда запертой, — теперь открыта нараспашку, слегка перекошенная, с вырванной напрочь петлёй. Кто-то явно не утруждал себя сложностью взлома — просто взял и вырвал.

Большой железный шкаф, в котором Бари хранил оружие, с наклейками от каких-то давних рекламных кампаний, стоял открытым настежь. На полу валялось то, что не сочли нужным забирать: треснувший пластиковый приклад от дробовика, несколько пустых магазинов, моток ржавой проволоки, инструкции к оружию, которого здесь больше не было. Всего остального больше не было. Кто-то здесь побывал до меня и знал, что брать.

Вышел из оружейки и остановился на улице у двери. Встал, прислонившись к стене, и задумался.

И тут нахлынуло: парни сидели здесь — кто на бордюре, кто прямо на земле, — гоняли друг другу байки, ждали выезда. Галдели, ругались, смеялись. Они тогда приняли меня с Ори нормально, без лишних вопросов.

А теперь все они там, в песках. Остались там навсегда. Из всей той компании сюда вернулся только я. Ну и Ори — но его я вытащил, и, если бы не вытащил, он бы тоже там остался.

Мне стало грустно.

К Бари у меня было много вопросов. К остальным — нет. Они просто выполняли работу.

Злость проснулась быстро. Я вскинул винтовку, нашёл взглядом камеру у соседей — ту самую, в которую Бари когда-то просил меня попасть, проверяя меня. Один выстрел — почти не целясь. Камера разлетелась. А я даже не почувствовал удовлетворения.

После этого направился на второй этаж — в офис, где никогда прежде не бывал.

На втором этаже тоже побывали. Вынесли практически всё. Остались лишь два старых дивана, потёртых до основания, с торчащими пружинами, и полукруглый столик между ними, весь истыканный ножами — чьё-то развлечение. Обошёл весь этаж. Пустые комнаты — двери открыты, в каждой только пыль. Здесь когда-то обитал Крит, которого я в глаза ни разу не видел.

Ничего от него не осталось. Ни запаха, ни следа.

Прошёлся по периметру, заглядывая в окна. Двор внизу был пуст. Только ветер гонял песок по бетону.

«Место неплохое, — решил для себя. — Можно здесь перекантоваться какое-то время. А может, и дольше».

Остановился у окна. База была заброшена, но не разрушена. Электричество работало — лампы в коридоре горели. Водопровод тоже был исправен. И главное: кто будет искать беглеца в месте, которое уже обыскали и разграбили? Иногда самое безопасное место — это то, где уже побывали.

Устроившись на одном из диванов, я достал планшет. Уведомление от Ори пришло полчаса назад. Я смотрел на его имя в списке контактов несколько секунд, прежде чем открыть.

«Клим, если получишь это — не пытайся связываться. Эвакуируемся с базы. Финира арестовало СБ флота. Твоя напарница поёт в Мидланде как соловей, сдала всех. За тебя полмиллионная награда. Будь осторожен. — Ори»

— Вот дерьмо, — пробормотал я, перечитывая сообщение во второй раз. Потом в третий. Потом отложил планшет на колено и уставился в потолок.

Финира арестовали? Поёт как соловей?

По большому счёту, это само по себе ничего не значило: с начальником СБ флота они были старые друзья, и арест, скорее всего, прикрывал его от ненужных вопросов — всего лишь. Это означало одно: идёт расследование, и вся корпорация под подозрением. Вопрос только в том, кто именно это расследование проводит. А ещё — что меня теперь ищет не только Мидланд, но и половина планеты. За полмиллиона кредов люди начинают смотреть на соседей другими глазами.

Вариантов у меня было немного: сидеть здесь и ждать, пока меня найдут; или бежать куда глаза глядят; или думать. Сначала думать, потом действовать.

В одной из комнат второго этажа я задержался. Угловая, два окна: одно смотрело на дорогу, другое — во двор. Хороший обзор. Видно далеко. Я притащил и поставил диван так, чтобы сидеть у окна и видеть оба направления одновременно, прислонил к стене винтовку.

Достал сухпай, вскрыл упаковку. Жевал медленно, без аппетита, глядя на дорогу. Пыль. Горизонт. Марево от жары — и никакого движения.

Сколько здесь можно просидеть? Еды — дней на десять, может, чуть больше, если экономить. Вода — не проблема. Боеприпасы в порядке. Но рано или поздно кто-нибудь появится: охотники за головами, полиция, просто любопытные. Нужно думать о долгосрочной перспективе.

Пока мне вначале стоит отдохнуть, прийти в себя.

Лёг на диван. Сон был чутким, поверхностным. Не сон даже, а что-то между дрёмой и бодрствованием, когда слышишь каждый звук и каждый шорох заставляет открыть глаза. Ветер за окном. Скрип одной из гаражных дверей. Где-то далеко — звук двигателя, проехавшего и утихшего.