Чтение онлайн

Наконец зазвонил телефон.

— Да.

— Система Ф. Ваш номер?

Он повторил свой зашифрованный номер.

— Линия чиста. Мы можем безопасно разговаривать две минуты двадцать секунд. Меня попросили передать вам следующие инструкции. Помните, где останавливались в последний раз, когда были в Париже?

— Да.

— Вас ждут там. Воспользуйтесь обычными средствами передвижения. Дальнейшие инструкции и машина будут ждать на месте.

— Хорошо.

— Меня также попросили сказать вам… — на какую-то долю секунды в голосе послышались человеческие нотки, — …что в Париже не удалось найти «мерседес спайдер». Надеюсь, вы знаете, что это означает. Лично для меня это галиматья.

Джефф Саундерс повесил трубку и вышел. В такси, направляющемся в «Орли Хилтон», он успокоился и вспомнил недоумение агента, когда тот рассказывал про «мерседес спайдер».

В «Орли Хилтоне» Саундерса ждала теплая встреча.

— Да, месье Саундерс, мы получили вашу телеграмму. Мы оставили для вас комнату 712.

Комната 712 оказалась не комнатой, а апартаментами. Носильщик поставил его чемоданы в прихожей и исчез, прежде чем Саундерс успел сунуть ему чаевые. Джефф открыл дверь во вторую комнату и изумленно остановился.

Около маленького бара у окна стоял Хал Ричардс и разливал виски. Не отрываясь от своего занятия, Ричардс поинтересовался:

— Сколько тебе льда, Джефф?

Джефф Саундерс глубоко вздохнул, достал из кармана металлическую табакерку, вытащил из нее одну из своих бесконечных панателл и закурил. Ему очень хотелось вести себя так же спокойно, как босс.

— Два кубика, пожалуйста, — невозмутимо ответил он.

Джефф взял у Ричардса стакан и погрузился в безобразное современное кресло.

— Что я натворил, чтобы заслужить личное внимание самого большого босса?

Ричардс пропустил иронию мимо ушей и улыбнулся.

— Да вот проезжал мимо. Дай, думаю, заеду к Джеффу Саундерсу. Выпьем по стаканчику виски…

— Все эти детские фокусы в аэропорту понадобились только для того, чтобы выпить по стаканчику виски?

— Честно говоря, не совсем.

Ричардс подошел к окну, раздвинул шторы и рассеянно посмотрел на поток машин, мчащихся по Южной автостраде в аэропорт «Орли» и исчезающих в тоннеле.

— Я так и думал, что тебе все это покажется глупым и детским. В конце концов мы ведь в Париже, наверное, думаешь ты. Все правильно, Джефф, мы в Париже. Но ни в одном другом городе мира нет столько китайских агентов, как в столице дружественной Франции. Стоит только взглянуть на колоссальное здание китайского посольства на авеню Монтень и сразу становится ясно, что оно предназначено не только для укрепления культурных связей с загнивающим Западом. Китайцы больше всех на свете заинтересованы в том, чтобы убийство Пономарева осталось нераскрытым. Кроме маоистов, в Париже в последнее время значительно активизировала свою деятельность и русская военная разведка. У меня есть сведения, правда, еще не подтвержденные, что ГРУ тоже пытается совать нос в это дело. КГБ и другие русские секретные службы могут поверить нам, но ГРУ всегда следует своей дорогой. Поэтому я и не хотел, чтобы кто-то увидел нас вместе и начал за тобой следить. Хочу, чтобы у них исчезли малейшие подозрения относительно твоего участия в расследовании убийства Пономарева.

— И вы рассказываете мне все это в номере отеля?

Ричардс спокойно огляделся по сторонам.

— Здесь можно говорить безопасно. Отель чист.

— Что вы хотите знать, сэр?

— Что ты думаешь о деле. — Хал Ричардс посмотрел на часы. — Мой самолет улетает через полтора часа. Так что у нас много времени.

Саундерс рассказал директору ЦРУ о своих действиях, начиная с вылета из Майами Бич и кончая ночным походом в «Централштелле». Его немного тревожило происшествие в архиве. Он внимательно наблюдал за начальником, когда рассказывал о стороже, надеясь заметить хоть какую-то реакцию, но никакой реакции не нашел. Напряженное бледное лицо директора оставалось таким же спокойным, как всегда. Одного не мог понять Саундер, что для Ричардса эта маска являлась достаточным ответом.

Когда Джефф закончил свой рассказ, Ричардс спросил напрямик:

— И к каким выводам ты пришел?

— Около тридцати лет назад что-то произошло в 13-м бараке концентрационного лагеря Дахау. Думаю, восемь заключенных, напротив которых в списке стоят красные крестики, и немец Иоаким Мюллер приняли в нем участие. Из этих восьми двое относительно недавно умерли, еще двое: Аркадий Слободин и Степан Драгунский, были убиты в этом месяце. Значит, у нас остаются четыре человека, адреса которых нам известны. Эти люди должны знать ответ. Может, кто-то из них заговорит. Параллельно мы должны попытаться найти Жана-Марка Люко и узнать, почему его так интересуют эти люди. Действует ли он по приказу директора издательства «Фонтеной» или по собственной инициативе? И какую роль во всем этом играет рукопись под названием «Письма, написанные кровью»?

Я приехал в Париж найти Люко, рукопись и встретиться с директором издательства «Фонтеной». Мне бы хотелось, чтобы наши агенты нашли четырех оставшихся в живых людей из списка и допросили их. Думаю, все это можно сделать в следующие двадцать четыре часа.

Хал Ричардс помолчал несколько секунд, потом кивнул.

— По-моему, логично. Я могу дать тебе еще два-три дня от силы, но не больше. Похоже, русские настроены решительно. Если мы не узнаем правду в ближайшие дни, события в Москве, боюсь, могут выйти из-под контроля.

Директор ЦРУ поставил стакан на столик.

— А сейчас перейдем к текущим делам. Штаб этой операции будет находиться здесь, в нашем посольстве. Во главе я поставил Джима Салливана. — Он весело рассмеялся. — Думаю, ты не откажешься пару дней покомандовать Джимом. Он выбрал несколько самых лучших людей. Они будут заниматься связью, телеграммами, выполнять твои задания. Запомни, ты не должен и на пушечный выстрел приближаться к посольству. Если появятся какие-нибудь новости, они найдут тебя здесь.

Ричардс вновь посмотрел на часы.

— Джефф, ты прекрасно поработал. Не снижай темпов, продолжай в том же духе!

С этими словами директор ЦРУ взял портфель, направился к двери, но неожиданно остановился и оглянулся.

— Джефф, надеюсь, ты не возражаешь, что мы записали этот разговор и передадим его русским. Только так мы можем попытаться убедить их в нашей доброй воле. Я даже не исключаю возможности того, что тебе может придется докладывать о результатах расследования объединенной комиссии, в состав которой будут входить и русские… О, Господи! Кто бы мог подумать, что наступит день, когда ЦРУ придется сотрудничать с КГБ? Не иначе, как приближается день Страшного Суда!