Чтение онлайн

Как же я устал от этих снов. Как же утомляют меня эти участившиеся воспоминания. Сколько не убеждал я себя, что это было давно, в «прошлой жизни», организм все равно настойчиво возвращает обратно. Туда, где я был нужен. Где у меня было важное дело. Неужели только поэтому? Неужели мирное и беззаботное время сейчас настолько чуждо мне? Я не знаю. Я привык быть вечно готовым к трудностям и опасностям, и, возможно, сейчас из-за этого и вечной паранойи мое кресло подо мной так зашаталось. Все слишком привыкли к безбедной жизни, как-то перестроились, и только такие, как я, все еще ищут опасностей на свою голову, лишь бы испытать то опьяняющее чувство борьбы с агрессивным миром.

Говорят нас можно вылечить. Если завести семью, попасть на хорошую должность, выбраться повыше из Старого Полиса, да только вранье это. Самообман, не более. Меня уже ничто не спасет, ни работа, ни небоскребные леса, о которых я мечтал, будучи мальчишкой, налюбовавшись фотографиями.

Позади от кровати послышался легкий шорох одеяла о простыню, и я тихо провел пальцем по электронному стеклу, затемняя щелку обратно. Извини, дорогая, сегодня я снова уеду раньше. Просто потому, что не хочу вновь расстраивать тебя своими глазами грустного волка, поселившегося в золотой клетке.

Светловолосый парень в зеленой ветровке брел по пустому хайвею, а сильные порывы ветра закручивали пыль маленькими смерчами.

Опухоль на шишке недельной давности уже успела пройти, но юноша по привычке еще трогал затылок, будто надеясь, что в какой-то день она вдруг перестанет болеть.

На плече его висел простой мешковатый рюкзак, под распахнутой курткой виднелась тонкая серая водолазка. Потрепанные джинсы и видавшие виды кроссовки тоже нельзя было назвать идеальными для путешествия, однако шел парень вдоль обочины очень целенаправленно. Правда, уверенность в удачности идеи у него падала с каждой минутой, проведенной под палящим солнцем на абсолютной пустой трассе.

«Наверное, я все же конченый идиот, — размышлял юноша. — С чего вдруг я решил, что смогу дойти туда пешком? Да здесь на ближайшие десять километров вперед оказывается сплошной пыльный пустырь».

Действительно, пейзаж вокруг был прямо-таки образцово пустынным. Позади мерцал стеклянными небоскребами Полис, впереди — ровная лента дороги, стелящаяся по невысоким холмам. Далеко справа небольшой горный хребет, говорят, образовавшийся из насыпи, когда раскапывали Старый Полис. И всё. И тишина. Только ветер катал сухой кустарник и пыль по дороге, да миражи обманчиво блестели «озерами» на горизонте.

«В такое время по хайвею никто не ездит. Разве только грузовики и спасательный транспорт. Глупо было надеяться поймать хоть кого-нибудь».

Парень остановился, повернулся к Полису и пригляделся вдаль. Что-то высокое с нарастающим гулом ехало навстречу по дороге, и юноша в надежде поднял руку.

«Вдруг мне все же повезет».

Массивный транспортник с отполированной до блеска цистерной, не сбавляя скорости пронесся по хайвею, отбросив парня с обочины воздушной волной.

— Эй! Осторожней! — проорал юноша вслед, и лишь потом понял, что скорее всего такой тягач мог быть и вовсе на автопилоте.

«Да, даже надеяться было глупо, — ругался себя парень. — Еще глупее было надеяться встретить попутчика на легковушке. А все потому, что из Полиса не уезжают».

Юноша плотнее запахнул куртку и уныло побрел дальше прочь от Полиса, когда позади вдруг раздался сигнал автомобиля.

— Что?.. — изумился парень, оглядываясь через плечо и щурясь от солнечного блика.

Сбавляя скорость и хрустя колесами по пыли, возле юноши остановился темно-стальной автомобиль, который в обиходе принято было обзывать «суперкар». «Хищные» обтекаемые формы, светоотражающие темные стекла, колеса со светящимися энергоусилителями, и ни единой лишней детали, которая бы портила идеальную аэродинамику. Стильная и безумно дорогая машина.

Парень, не сдержавшись, присвистнул.

Переднее стекло с пассажирской стороны мягко, будто с шепотом, опустилось, и из кабины послышался бодрый мужской голос:

— Тебе ведь на Базу, верно.

Даже не вопрос. Утверждение прозвучало в голосе.

— Да! — отходя от удивления, радостно воскликнул парень. — Как вы… ай, не важно!

Он очень хотел спросить, как водитель догадался, но потом подумал, что без этого уже выглядит слишком большим идиотом, идущим по пустыне черт знает куда.

— Садись, — коротко донеслось из кабины.

На короткое неприятное мгновение парню почудилась насмешка в самой интонации водителя, но он раздражённо повёл плечами, отгоняя ощущение, и решительно прыгнул в машину. Выбора у него всё равно не было.

Как только дверь за ним опустилась и закрылась с легким хлопком, водитель, нацепив наиболее дружелюбную улыбку, протянул руку и произнес:

— Позволь представиться. Джейкоб.

Он выглядел непримечательно — одетый в черную куртку на молнии, простую рубашку неброского коричневого цвета. С аккуратной бородкой и усами, выдающей приверженца старой моды двадцатилетней давности. Короткие каштановые волосы, с проседью на висках, слегка падали челкой на лоб. И лишь единственная деталь была неожиданна во всем облике — это угольно-черные стильные очки, в которых, на первый взгляд, не было никакой нужды в салоне автомобиля с затемненными стеклами.

Парень поморгал несколько раз, привыкая к полумраку, и тут же пожал руку:

— Майрис. А как вы догадались, что мне надо на Базу?!

— Из Полиса не уезжают, — иронично улыбаясь и по-прежнему скрывая глаза за темными солнечными очками, ответил водитель. — А к Базе путь только один. Плюс, ты не похож на одинокого странствующего самоубийцу. Во всяком случае, эти кадры не берут с собой припасов в дорогу.

— А вы сами? — спросил Майрис, пристегиваясь и все еще пытаясь объяснить себе столь альтруистический поступок Джейкоба.

— А нам с тобой по пути, — бодро ответил водитель, включая передачу и лихо трогаясь с места.

Парня втопило в обтекаемое кресло и мотнуло в сторону, так что он едва успел схватить свой рюкзак и удобнее уместить его на коленях. К поездкам на автомобилях Майрис был не привычный, а уж к скоростным поездкам — тем более.

И все же, когда первый испуг миновал, юноша с трудом заставил себя сглотнуть. Майрис наивно полагал, что больше его ничто не удивит за сегодняшний день, однако когда он внимательней пригляделся к салону автомобиля, его челюсть вновь отпала от изумления.