Чтение онлайн

Сразу за стальным покрытием начиналась пустота, абсолютный вакуум космоса со всем его коварством и опасностями. Не так страшна была постоянная угроза смерти, изматывавшая нервы мужчин. Куда страшнее было безотрадное, чужое окружение, серп раскаленного до бела солнца и нагромождение кратерных валов меж холодных, изрезанных глубокими трещинами, равнин.

Бескрайние пустыни Земли казались по сравнению с этим приветливыми и прекрасными.

Все эти факты оказывали на мужчин психологическое давление. Это были те опасности для ума и души, с которыми здесь приходилось мириться. Их нужно было или принять и преодолеть, или погибнуть под их тяжестью. Против угрожающего воздействия окружающей среды не было лекарства.

Родан прервал эти размышления в корабле Кларка Дж. Флиппера и доктора Маноли. Не взирая на то, что у «Стардаста» должно оставаться не менее двух человек, командир корабля считал, что ни у Флиппера, ни у Маноли, нервы достаточно крепкие.

Флиппер получил приказ осуществить запуск «Стардаста» по собственным расчетам и доставить его в диапазон телеуправления космической станции, в случае, если он, Родан, не вернется назад в течение 18 дней по земному исчислению времени.

Капитан Флиппер молча кивнул. Он, без сомнения, был в состоянии вывести полностью автоматически управляемую ракету в космос и осуществить необходимые переключения.

Для ремонта поломанной посадочной опоры им требовалось всего пять дней. Остальные 24 часа были нужны для монтажа и оборудования лунохода.

После продолжительного сна под действием психонаркотина Родан и Реджинальд Булль отправились в путь. Гусеничная машина была испытана в самых трудных условиях. Она не могла дать сбоя. Каждая отдельная деталь была много раз опробована и проверена специалистами.

Луноход представлял собой невооруженное транспортное средство повышенной проходимости с просторной четырехместной кабиной, купол которой из стального пластика можно было по желанию затемнить. На малых грузовых платформах позади напорного купола были сейчас только предметы оборудования и запасные части. Родан не собирался выполнять во время этой поездки ни одной из многочисленных исследовательских задач.

Сейчас речь шла всего лишь о жизни, а в первую очередь об извещении наземной станции. Передатчик лунохода мог работать на полную мощь двигателя. С передающей силой в 12 кВ они должны без помех пробиться к космической станции.

И вот уже 24 часа они были в пути. Из них только пять часов они спали. Потом Перри Родан направил машину с взревевшим мотором через следующую возвышенность.

Серп солнца уже заметно округлился. До полюса было недалеко. Таким образом, они должны были выйти на прямую визирную линию Земли.

На них были их космические костюмы, но шлемы они отбросили на плечи. Напорный купол машины был так же надежен, как центральный пост управления «Стардаста». Специальный пластик можно было разрушить только силой.

Реджинальд Булль смотрел вперед из-под полусомкнутых век. Он снова и снова изучал специальную карту.

«Никакого сомнения, это горы Лейбница, — сказал он. — Остановимся, ладно?»

Родан перевел коммутатор тока на нуль. Тихое гудение обоих электронных моторов в передних ведущих колесах стихло. Генератор под сильным экраном радиационной защиты установил расщепление ядра на минимум.

Родан вытер пот со лба. Без единого слова он начал протирать темные стекла солнечных очков. Ультрафиолетовое излучение становилось неприятным.

Он тоже смотрел в сторону гор. Кончиком языка провел по пересохшим губам.

«Еще всего восемь километров, не больше. Здесь здорово обманываешься при оценке расстояний. Перед нами лежит кратер Хасмана, еще не видимый с Земли. После следующих пятнадцати километров мы должны бы пересечь полюс, но не по этому курсу. Нам нужно уклониться влево, на восток, или же мы придем к отрогу гор Лейбница. Удовольствие маленькое».

Булли ткнул указательным пальцем в карту. Его широкое лицо под однодневной щетиной выглядело усталым и одутловатым. Поездка стала мукой. Если бы они могли выдерживать верный курс, то уже давно были в области полюса. А так они вынуждены снова и снова огибать бесчисленные препятствия. Нанесенная на карту линия выглядела, как каракуля сумасшедшего.

Родан хрипло откашлялся. Молча протянул Булли фляжку с водой.

«Надо огибать. Лейбница так просто не возьмешь. Я не желаю попасть в ущелье. Мы находимся перед восточными отрогами. Весь массив простирается далеко на запад. Мы хорошо пройдем».

Булли пил большими глотками. В кабине висела давящая тишина, которую Родан еще усилил складной зеркальной фольгой. Они не должны были поглощать слишком много тепла. Проблема состояла в том, чтобы избавиться от жары. Наконец, Булли мрачно произнес:

«Что-то случится! Я чувствую это нутром. Что-то должно случиться. Вот, смотри!»

Он снова ткнул в карту. Новый курс должен был проходить точно у кольца, который обозначил Кларк Дж. Флиппер.

«Да, я знаю!» — протянул Родан.

Булли уставился на него. Его губы были сухими и потрескавшимися, в некоторых местах лопнувшими.

«Мы должны были далеко обойти эту точку и заботиться только о том, чтобы наше радиосообщение поступило на Землю. Потом можно смотреть дальше. Что ты об этом думаешь?»

Несколько мгновений Родан смотрел в даль. Потом Булль увидел лицо с глубоко прорезанными складками.

«Проблемы на то и существуют, чтобы их решать. Нам не поможет, если мы будем отодвигать их от себя. Мы должны это делать, хотим мы того или нет. Я предпочитаю быструю операцию. Так что пойдем кратчайшим путем. Все будет зависеть от того, кто быстрее. Другая сторона тоже страдает от окружающих условий, может быть, даже больше, чем мы».

«Ну да, мы герои! — пробормотал Булли. — С этой минуты я буду заботиться об инфракрасном зонде. При появлении малейшего импульса ты должен будешь ехать, как сам сатана».

Его рука непроизвольно схватилась за оружие. Теперь они несли еще и тяжелую полную автоматику. Она работала по тому же принципу, что и большое автоматическое оружие.

Родан включил мотор. Луноход тронулся с места. Объехав вал кратера, они очутились на широком, ровном участке окатанных обломков горных пород. Вслед за гусеничными цепями клубилась пыль. Отдельные частицы оставались неподвижно висеть над грунтом, а потом снова медленно опускались вниз.