Третья власть
Шрифт:
Вспомогательная лодка арконидов с бешеной скоростью мчалась внутрь самых предельных участков действия взрыва. Родан потом уже не мог вспомнить, что он думал или чувствовал во время длящегося секунды прорыва сквозь горящий ад.
Он знал только, что все реакторы корабля с помощью невероятно быстро реагирующей позитроники были настроены на энергетический заслон.
Лодку вырвало с орбиты и швырнуло в космос. Только там она была принята и стабилизирована автоматическими устройствами.
Через десять минут после нападения шар неподвижно висел в пустом космосе. Тора была странно спокойна. Потухшими глазами она смотрела на энергетические экраны, ясно говорящие о катастрофе. Внутри этого сущего бурлящего ада лежали останки исследовательского крейсера.
Подождав несколько минут, Родан тихо спросил:
«Предполагаю, Выдумаете теперь о мести? Это похоже на Вас».
«Я думаю, что совершила ошибку», — спокойно ответила она.
Родан почувствовал, что наступил момент, когда он может приблизиться к этой женщине.
«Вы должны были бы лучше защитить корабль», — сказал он.
«Я недооценила людей, вот и все, — возразила она. — Не думайте, что командиршу Великой империи можно сломить уничтожением одного космического корабля. Что Вы предлагаете?»
Этот вопрос относился не только к сиюминутной ситуации. Так же, как и Родан, арконидка знала, что означало уничтожение материнского корабля.
Оба арконида, Тора и Крэст, были теперь окончательно отрезаны от Великой империи. Для них уже не существовало обратного пути. Поэтому Родан серьезно сказал:
«Давайте сначала приземлимся. Я попытаюсь добиться признания „Третьей власти“ как суверенного государства. Его существование должно быть гарантом мира».
Тора была внутренне подавлена. Родан догадывался об этом. Всего час спустя шаровидный корабль вновь сел на каменистой земле Гоби.
Снаружи в космосе, пока еще далеко от Земли, двенадцать мужчин облегченно вздохнули. Это были экипажи трех возвращающихся ракет.
«Неужели все позади! — прошептал подполковник Фрейт, взглянув на энергетические экраны. — Вы видели этот летящий призрак? С такими кораблями мы сможем пробиться в Галактику».
22.
Примерно через двадцать шесть часов после приземления вспомогательной лодки арконидов часть осадных войск была вновь собрана и снова открыла огонь по ставшему больше и стабильнее защитному экрану. Однако, около полудня командиры, кажется, поняли, что таким путем они ничего не добьются, и обстрел стал менее интенсивным.
Булли, игравший в шахматы с доктором Маноли, снял с головы шумозащитные наушники и улыбнулся своему партнеру.
«Сдавайся, Эрик, — предложил он. — Эту партию ты проиграл».
Маноли откинулся в кресле.
«А что ты думаешь? — осведомился Булли у Перри Родана, стоявшего позади врача и наблюдавшего за игрой.
«Я думаю, что будет ничья, — принял Родан Соломоново решение и занялся роботами арконидов, которые принесли уйму вещей из вспомогательной лодки.
Родан выглядел озабоченным.
«С этим добром Тора за несколько дней совершит революцию в мировой экономике», — сказал он задумчиво.
«Замечательная женщина, — заметил доктор Хаггард и посмотрел в сторону грузового отсека, где была арконидка. — Мне кажется, она развивает слишком бурную деятельность».
«Крэст и она — единственные оставшиеся в живых участники экспедиции арконидов, — напомнил доктор Маноли. — Аркон удален от нас на расстояние 34000 световых лет. Радиус действия вспомогательной лодки составляет по данным Крэста 500 световых лет. Ты понимаешь, что это означает, Перри».
Родан вышел из палатки. Рядом с кораблем арконидов «Стардаст» казался крошечным.
«С их совершенной техникой они могли бы подчинить себе всю Землю, — тихо сказал он Хаггарду, вышедшему вслед за ним.
Хаггард кивнул в сторону шарообразного космического корабля.
«Она обустраивается на Земле, Перри. Как они собираются строить здесь, в пустыне, отрезанные от всего мира, звездный корабль?»
«Я пока не знаю, но начинаю догадываться, — ответил командир. — Во всяком случае, мы теперь находимся под энергетическим куполом диаметром десять километров. Это большая площадь. Вам не кажется, что на ней можно построить завод?»
«Завод? — Хаггард вытаращил глаза. — Вы хотите сказать…»
«Я только предполагаю такую возможность, — сказал Перри мягко. — Я не знаю точно планов Крэста, но убежден, что ему требуется наша помощь в техническом плане. Посмотрим».
В этот момент вышел и Булли. Он зевал.
«Должен заметить, что эта передышка в стрельбе меня беспокоит. Пока китайцы стреляют, они не могут предпринять ничего другого».
Перри вдруг нахмурился.
«Предпринять ничего другого? Мой дорогой друг, ты навел меня на неприятную мысль. Что, если они действительно предпримут что-то такое, о чем мы не подозреваем?»
Родан снова посмотрел в сторону корабля арконидов. Инопланетянка знаком повелительно подозвала его к себе.
«Тора хочет поговорить со мной», — сказал он.
Булли смотрел ему вслед. Тора вышла из грузового отсека. Она стояла спокойно-выжидающе. Ее гордость не позволяла ей сделать хотя бы шаг навстречу человеку.
Родан не мог бы сказать, что привлекало его в этой женщине. Никогда еще в своей жизни он не встречал более недружелюбного и гордого создания. Никогда он чувствовал по отношению к себе такой антипатии и презрения, такого недоверия и недоброжелательности. Казалось, у этой женщины из другого мира не было души, но по человеческим меркам она была сама красота.
Но притягивала Родана не эта красота, а именно ее недоступность. Сначала ему казалось важным убедить ее в том, что люди тоже разумные существа, но он понял, что переубедить такую женщину, как Тора, может только железная логика. Он должен был доказать ей, что человек не только достаточно умен, но и необходим ей для осуществления ее планов.
Она неподвижно стояла и ждала, пока он не подошел к ней.
«Они прекратили огонь, — сказала она озабоченно. — Почему?»
Перри посмотрел в ее холодные глаза. Она выдержала этот взгляд, а потом ее бездонные, красно-золотистые глаза вспыхнули. Всего на мгновение, и она снова взяла себя в руки.