Чтение онлайн

— Конечно, — кивнул Жернаков.

— Отдельно выделите, с кем именно сотрудничал раньше Кобахидзе в органах КГБ, — продолжал Дронго.

Жернаков недовольно посмотрел на Савельева. Это они обязаны были выяснить в первую очередь, не дожидаясь подсказки нового эксперта.

— Где они встречаются? — продолжал Дронго, будто не замечая недовольного взгляда генерала.

— Обычно в Германии, — ответил Савельев, — туда приезжают люди Матюхина и встречаются с кем-нибудь из людей Груодиса. Те отвечают за безопасность грузов.

Хотя точно мы ничего не знаем. По некоторым данным, встречи происходят в разных городах Германии. Мы собираемся в этот раз тщательно проконтролировать весь путь связного от Москвы до Германии. И выяснить, где они собираются встречаться. Во всяком случае, у Матюхина есть свой канал связи с Пэуппой Груодиса. Это не вызывает никаких сомнений.

— Какие-нибудь данные по группе Груодиса у вас есть? — поинтересовался Дронго.

— Да, — кивнул Савельев, — некоторых членов его группы мы знаем. Вот их фотографии. Он передал еще несколько снимков.

— Мирослав Купча, бывший майор Седьмого управления КГБ СССР. Уволен из органов КГБ еще в девяностом году. Выяснилось, что он нечист на руку.

— Он занимался наружным наблюдением? Седьмое управление занималось именно этими вопросами? Я не путаю?

Жернаков и Савельев переглянулись. Этот эксперт ничего не путал. Ему были известны даже такие детали, которые могли знать только работавшие в прежнем КГБ офицеры.

— Не путаете, — сказал Савельев. — Но он был замешан в связях с торговцами иконами. И потому майора уволили. Правда, ничего конкретного доказать так и не смогли. Это бывший подполковник Пискунов. Работал в двенадцатом отделе КГБ СССР. Прекрасный был специалист. Уволен из КГБ во время «бакатинских чисток».

— Какими вопросами он занимался в своем отделе? [1] — уточнил Дронго.

— Пискунов был настоящим мастером по части прослушивания. Он имел хорошее образование, стажировался в Англии.

— Довольно приличная компания, — кивнул Дронго, — своеобразный мини-КГБ.

— Вот именно, — признался Жернаков, — все эти бывшие офицеры — люди, забывшие о присяге.

Дронго с удивлением посмотрел на генерала, но не стал ему возражать.

— Самый опасный тип в группе Груодиса, — передал еще одну фотографию Савельев, — Никита Корсунов, майор Второго главного управления КГБ. Уволен в ноябре девяносто первого. Он входил в особую группу ликвидаторов. Вы меня понимаете?

— Профессиональный убийца?

— Да, — нехотя признался Савельев, — вот еще один наш бывший коллега.

Аркадий Галинский. Бывший резидент ПГУ в Австрии. Уволен из органов за нечистоплотность.

С фотографии на Дронго смотрело знакомое лицо.

— Этого я знаю. Да, настоящий гадюшник. Кажется, нам будет интересно. — Он посмотрел на лежавшую перед ним кучу фотографий.

— С вами будут работать за рубежом, в Европе, представители Службы внешней разведки, — отметил Жернаков, — они и предоставили нам информацию о группе Груодиса. Учтите, мы не можем официально признать факт вашего существования.

Речь может идти о действиях и в независимых странах СНГ. А там сейчас работать очень сложно. Любой намек на деятельность российских спецслужб воспринимается очень болезненно. Поэтому мы и решили прибегнуть к вашей помощи. При любом раскладе мы не возьмем на себя никаких гарантий вашего спасения. Вы должны об этом помнить.

— Приятная перспектива. А почему вы считаете, что речь идет о ближнем зарубежье? — спросил Дронго. Жернаков посмотрел на Савельева.

— Это следует из логики нашего расследования, — ответил полковник, — их интересуют офицеры, ранее работавшие в органах КГБ и МВД на Кавказе. Значит, и акция, которую будет готовить группа Груодиса, должна иметь отношение к этому региону.

Дронго молчал. Он снова посмотрел на фотографии.

— И не забудьте, — добавил генерал, — что на этот раз против вас будут действовать профессионалы КГБ, прошедшие неплохую подготовку. Надеюсь, вы понимаете всю сложность стоящей перед вами задачи?

Груодис огляделся. В маленьком уютном Майнце все, казалось, дышало размеренностью и порядком. Словно вылизанный, город жил по своим строгим европейским нормам, когда утренний кофе и привычные газеты ждали его обывателей уже в седьмом часу утра, а стекла и витрины магазинчиков словно устраивали состязание на большую зеркальность своих рядов. В этой сытой и упорядоченной жизни все давно уже забыли об ужасах войны или тяготах неустроенности. Здесь был свой привычный бюргерский рай. Построенный к тому же руками человека.

— Когда вы собираетесь начинать? — спросил его собеседник. Они условились встретиться именно здесь, чтобы окончательно обговорить все детали.

— Мы уже начали, — кивнул Груодис, — не забывайте, что мы обязаны провести соответствующую подготовительную работу.

— И поэтому решили связаться с бандитами, — поморщился посланец Траппатони, некий Карл Штейнбах, который привез для встречи с Груодисом номера банковских счетов, куда были переведены деньги для группы. Он объявил, что готов присоединиться к группе для координации ее действий.

— Откуда вы знаете? — удивился Груодис. — И потом, это не ваше дело. Мы ведем подготовку так, как считаем нужным.

— Не совсем, — возразил Штейнбах, высокий долговязый мужчина, с лицом землистого цвета, что свидетельствовало о болезни почек. Это впечатление усиливалось и от несколько выпученных глаз и впалых щек говорившего. — Все дело в том, что эти люди привлекли к себе внимание Федеральной контрразведки русских.

— Откуда вы знаете? — снова тревожно спросил Груодис, бросая подозрительный взгляд на сидевшего перед ним человека. — Вы получаете собственную информацию из Москвы?

Штейнбах улыбнулся, показывая крупные редкие зубы. Он улыбался странно, как лошадь, чуть поднимая верхнюю губу.

— А вы думаете, что мы ориентируемся только на ваши источники? Мы привыкли дублировать все наши действия.

Груодис промолчал. Он отпил из стоявшей перед ним кружки пива и, успокаиваясь, спросил:

— Что из этого следует?

— Они заинтересовались людьми, через которых вы пытались выйти на бывших сотрудников КГБ и МВД, кстати, группы, с которыми вы решили установить связь, находятся под конкретным наблюдением ФСБ. Более того, двое из тех, кому было сделано предложение, отклонили его. В результате один был убит, а второго убрать не смогли. И он все рассказал представителям ФСБ. Вы понимаете, как заинтересованно теперь они занимаются всей операцией?