Чтение онлайн

— Тащи сюда свою инструкцию.

— И принесу.

Но Горяев не пришел. Погрузив ночью на автомашину мотопомпу, он исчез из района. Это был единственный случай, когда вызванный в райком для беседы побоялся трудностей и трусливо сбежал.

Через несколько дней немцы захватили Невель, Великие Луки и наш район. Партизанам с большим трудом удалось пробраться к месту сбора — в лес у деревни Гнутищи. Не успел вырваться только Федотков. Он до последнего часа находился в охваченном огнем здании райкома партии и выбрался из села, когда в нем начали вовсю хозяйничать фашисты. Путь к месту сбора отряда ему был отрезан, и он ушел в леса Одоевского сельсовета, где базировалась вторая рота.

Наш отряд располагал тремя десятками старых винтовок, имелось столько же видавших виды наганов и браунингов да несколько гранат. На каждую винтовку приходилось по двадцать патронов, а на револьверы и пистолеты и того меньше.

И несмотря на это, партизаны начали боевые действия против оккупантов. В первую очередь решили обзавестись оружием за счет немцев. С этой целью наши небольшие группы стали нападать на одиночных солдат противника, на небольшие обозы, охрану мостов, линии связи. Попутно уничтожали и предателей — бывших кулаков, преступников, которые пошли в услужение к фашистам. Одновременно вели разведку расположения войск противника, его баз и полученные данные переправляли через линию фронта.

В организации разведки и разработке тактики ведения боев мы получили большую помощь от командиров и солдат дивизии генерала Черняховского, которым мы помогли переправиться через линию фронта.

Используя их советы, партизаны разгромили вражеские гарнизоны в Новой Деревне, Грихново, Поддорье и в других населенных пунктах.

О появлении партизан и их первых успехах узнало население района. Это вселяло уверенность, поднимало настроение. Поэтому отряд непрерывно пополнялся за счет колхозников, горожан, бойцов и командиров, попавших в окружение или бежавших из плена.

Пришли и те, кому когда-то Федотков отказал в приеме в партизанский отряд. В их числе был и Александр Мудров. Он принес с собой ручной пулемет и три винтовки. Через несколько дней бывший председатель сельсовета доставил еще ящик гранат и более десятка противотанковых и противопехотных мин, которые хранил в подполье своего дома.

Мудров показал себя в первом же бою — при разгроме вражеского гарнизона в Новой Деревне. Чтобы фашисты не смогли во время нашего налета получить подкрепление из других деревень, мы наметили расставить около дороги, ведущей в село, засады.

— Этого будет мало. Десять партизан с винтовками вряд ли смогут остановить немецкие автомашины с солдатами, — сказал Мудров.

— Что ты предлагаешь? — спросил его Горячев.

— Поставить на дороге мины. Они без дела валяются.

— Кто минировать будет?

— Я.

— Какой из тебя минер, когда ты в армии не служил?

— У меня два наших сапера с полмесяца укрывались. Они и научили.

— А сумеешь поставить мины?

— Коли берусь — сделаю, не ошибусь.

Через два дня партизаны окружили Новую Деревню. Пока они готовились к налету, Мудров с четырьмя партизанами принялся за минирование. Он сам аккуратно открыл в накатанном автомашинами снегу небольшие ямки, уложил туда мины и присыпал снегом. Затем поставил несколько противопехотных мин на обочине дороги.

Разгром вражеского гарнизона подходил к концу, когда за деревней, где находилась засада, раздались два оглушительных взрыва. Я и Горячев бросились туда.

На дороге валялись остатки разнесенных в щепы двух грузовых автомашин. Возле них лежали трупы немецких солдат.

Мудрова мы нашли на обочине дороги. Он осторожно разгребал снег, извлекая из него противопехотные мины. При виде нас он приподнялся и сконфуженно сказал:

— Ошибся немного. Думал, что фашисты после взрыва через борта машин будут прыгать. Оказывается, хватило для них и противотанковых.

После этих слов он снова нагнулся и продолжал прерванную работу.

С тех пор тихий и спокойный Александр Никитич Мудров стал главным минером нашего отряда.

Однако в первые месяцы войны многое сделать мы не смогли. У нас не хватало оружия, боеприпасов, продовольствия, медикаментов. Но народные мстители сумели зато оценить и усвоить науку партизанской войны. И когда в феврале тысяча девятьсот сорок второго года войска Калининского фронта освободили наши районы от оккупантов, все партизаны решили продолжать борьбу в тылу немецких войск до полной победы над врагом.

Буквально через месяц был получен приказ штаба партизанского движения — отряду обосноваться в районе станции Чихачево, деревень Пахомово, Черемши и стекольного завода.

Теперь мы были на месте нашей новой дислокации.

Позади остались переход через линию фронта севернее города Холм, форсирование реки Ловати, изнурительные переходы через труднопроходимые болота, которые здесь тянулись на многие десятки километров и через которые пришлось идти по колено в ледяной воде, с многопудовыми ношами.

В деревне Пахомово уже кое-где задымили трубы, запели петухи, около домов замелькали фигуры людей.

Так начался для нас день седьмого апреля.

Мы молча разглядывали деревню, прилегающую к ней местность, прислушивались к крикам, которые временами доносились из деревни.

— Дома, кажется, все целы, скотина есть, раз петухи поют. Видно, фронт не зацепил эту деревню, — прервал молчание Ефимов.

— Похоже на это, — согласился я и продолжал наблюдать в бинокль.

Это был глубокий тыл немцев. Здесь от Витебска на Ленинград проходила железнодорожная магистраль, имелось несколько шоссейных дорог. Их использовали фашисты для переброски подкреплений и техники на фронт, вывозки из деревень награбленного продовольствия и имущества.

Нам было хорошо известно, что в лесах и отдельных населенных пунктах имелись партизанские отряды, объединенные во вторую партизанскую бригаду. Это они сумели собрать продовольствие и вместе с колхозниками в марте переправить его через линию фронта в осажденный Ленинград. Однако недостаток сил во второй бригаде не позволял блокировать железнодорожную магистраль.

Нам предстояло расширить границы партизанского края и прочно удерживать их. Поэтому на наш отряд возложили задачу активизировать в этом районе партизанские действия, оседлать железную дорогу, не давать покоя захватчикам ни днем, ни ночью.