Три сферы ада
Шрифт:
– Прекрасное место, отличное утро, – нарушил тишину Пуфф.
– Ночью все выглядело хуже, – согласился Марк.
– Не знаю, не знаю. Здесь мир просто пластичен, некая разновидность зеркала – отражение, – пояснил Анубис.
– Чего?
– Всего, в том числе и образов.
– Получается, я вижу одни галлюцинации? – расстроился Пуфф.
– Нет. Представим себе, что мастер видит внутренним взором кувшин.
– Ну, допустим это так.
– Хорошо, это образ.
– Я согласен.
– Теперь гончар лепит из глины сосуд, обжигает его, расписывает. Происходит медленное изменение объекта с параллельным переходом информационного поля из одного состояния в другое, сопровождаемое чудовищными затратами энергии, времени, сил. Так происходит если среда не насыщена. Теперь представим себе, что окружающее пространство находится в некотором неустойчивом состоянии…
– И малейшее возмущение вызывает перестроение окружающего мира, – закончил за Анубиса котище.
– Ваш большой кот весьма умен…
– Не знаю, – вздохнул демон, зачем-то потрогав пушистый бок.
– Ум не здесь, а в голове! – возразил Пуфф, стукнув лапой себе по лбу.
– Все может быть, – совершенно некстати ответил Марк.
Тропа снова нырнула под сумрачные своды дубравы и еще быстрее понесла свою ношу на северо-запад. Никто больше не осмелился помешать путешественникам.
– Скоро начнется мертвая плешь, там будет тяжелый участок. Хорошо бы добраться до Стикса сегодня.
– Опять встретим легендарных чудовищ? – заинтересовался Ян.
– В некотором роде – да, – уклонился от пояснений Анубис.
Лес неожиданно расступился. Его владения кончились, ограниченные невидимой стеной. Впереди лежала голая каменистая равнина, метров через триста плавно поднимавшаяся вверх. Несмотря на раннее утро, нагретый воздух ограничивал видимость. Серпантин дороги растворялся среди раскаленного марева.
– Склон же пологий, – удивился демон.
– Он отсюда пологий…
– А там?
– Увидите.
На преодоление горизонтального участка ушло около часа! Караван перемещался очень медленно. Мир вокруг словно «растягивался», каждый метр пути вмещал в себя в десять раз больше окружающего пейзажа…
– Словно тропа замедляет наше перемещение, – предположил Марк.
– Без нее было бы еще медленнее, – успокоил Анубис.
Как только путешественники ступили на склон скорость увеличилась. На первом повороте серпантина откос стал круче. Шум впереди привлек внимание Яна. Он поднял голову, по очень крутому склону, по-прежнему укрытому пеленой горячего воздуха катились, подпрыгивая словно теннисные мячики, мелкие камешки и песок.
– Странная метаморфоза…
– Само существование этого мира – уже странность.
– Склон, надеюсь не бесконечен?
– Нет, но он довольно длинный и крутой. В довершение имеет некоторые неприятные особенности…
– Например?
Шум наверху усилился. К шелесту песка, мелких камней добавился новый звук.
– Берегись!
Огромный валун рухнул на дорогу несколько впереди, ушел в грунт почти на треть, но вопреки ожиданию не остался лежать неподвижно, а был выброшен вверх.
– Дорога словно резиновая, – отметил Пуфф, провожая глыбу взглядом.
Камень описал плавную дугу, но упав на нейтральную полосу между склоном и дубравой, остался лежать неподвижно.
– Только камни настоящие. Если так дальше пойдет склон не преодолеть, – вздохнул Анубис.
Словно подтверждая слова шакала, еще один булыжник упал за спиной путешественников.
– Пристреливается, – проворчал шакал.
– Кто?
– Кто его знает. Да и не все ли равно!
– Ах, он пристреливается… – проворчал Ян.
Голос хозяина Замка не сулил ничего хорошего, в глазах появился зеленый свет. Жезл удобно лег в когтистую лапу.
– Анубис, веди вперед! – скомандовал Ян.
Его уверенность передалась остальным, проводник махнул рукой и караван двинулся. Точно на место где несколько секунд назад стояли путешественники, лег новый снаряд.
Второй наклонный участок и поворот преодолели без приключений, но лишь только они прошли половину следующей прямой, атака возобновилась. После двух пристрелочных ударов дорогу накрыла тень. За доли секунды Ян успел оценить размеры падавшего куска породы, шансов увернуться не было. Он вскинул лапу с жезлом… Лишь на миг эмоции вырвались и возобладали над рассудком, почти как в мире болот. Из жезла возник узкий конус нестерпимо яркого зеленого света. Его более широкое и тусклое зеркальное отражение окутало хозяина Замка. Он оказался внутри нижней части чудовищно искаженных песочных часов. Верхний конус встретился с препятствием, в это мгновение Ян понял, что сила его удара не пропорциональна опасности, камень оказался тонким, не более метра, но ничего сделать уже не смог. С жутким грохотом падавшая плита треснула на две части. На стыке порода в мгновение ока расплавилась, две глыбы отлетели в стороны, а раскаленный сгусток унесся на фронте зеленого луча в мутное марево.
Внутренний мир, некогда сложный и многогранный, напоминал застывшее базальтовое море. В его недрах еще жил огонь, но увы, на поверхность пробиться уже не мог. Он потерял власть над телом.
Давно, очень давно они пришли на мертвую пустошь, он даже успел почувствовать опасность и построить воинов вокруг ритуального костра… Только Сурт опоздал, их души, из живых пылающих превратились в камень. Он не успел разжечь магический костер и теперь скованный, как и могучие сыны Муспелльсхейма базальтовой броней стоял в центре солнечного круга. О многом он успел передумать в своем коконе, но не нашел способа освободиться. Иногда внутрь просачивалась информация из внешнего мира, но она не имела никакой практической ценности. Стенки темницы становились все толще, мысли текли все медленнее, бесполезное тело до колен ушло в песок. Но однажды сквозь этот вечный покой Сурт почувствовал, как нечто рухнуло прямо в центр солнечного круга. Скорлупа покрылась трещинами, зеленый огонь иной природы, чем он сам, просочился к умирающей душе и вернул ей часть силы. Медленно, очень медленно огненное содержимое начало поглощать свою оболочку. Огонь не только вернул недостающие силы, повернув процесс в обратную сторону, он еще принес обрывки мыслей пославшего его и фрагмент неведомого существа, даже не успевшего испугаться. Пришелец, поколебавший стены темницы, зажег ритуальное кольцо. Теперь что бы отогреться ему нужно только время…
Разбитый камень с выплавленной серединой нашел пристанище далеко внизу, на нейтральной полосе. Жезла в лапах Яна больше не было.
– Да, я виноват, отсутствие практики сказывается.
– Лучше – больше, а то сейчас мы стали бы плоскими, – пошутил Пуфф.
– Не хотел бы я оказаться на месте камня, – заметил Анубис.
– Что же нас ждет еще?
– Мне кажется, это последний сюрприз серпантина, – ответил Ян.
– Будем надеяться. Впереди лежит последний участок.
Надежда Анубиса сбылась. Караван без приключений повернул и вышел на завершающий участок.
– Смотрите, скульптура впереди, – указал толстой лапой Пуфф.
– Не было здесь ничего, – начал Анубис и осекся.
Над дорогой нависал исполинский истукан. Человекоподобное базальтовое изваяние стояло на самом краю осыпи, наклонившись над дорогой, словно провожая взглядом упавший предмет. У ног статуи аккуратной горкой лежали камни, куски породы…
– Так вот он какой, этот серпантин, – восхищенно произнес Пуфф.