Чтение онлайн

Ирка, совершенно нагая, скользнула в ванную. Зашумела вода в душе.

Сергей тоже встал, перешел в соседнюю комнату. Натянув одежду, включил телевизор - посмотреть, пока занят душ... Дверь ванной стукнула, затем раздалось шуршание от застилаемой кровати, и через минуту Ирка, свежая, в розовом махровом халате, подошла и села к нему на колени, заслонив своими глазами телевизор...

...Сергей вел взглядом по потолку. В пространстве комнаты проступали забытые давно предметы - книжный шкаф, утвержденный на комоде,

доставшемся от покойной бабки, телевизор на выгоревшей тумбочке, еще шкаф. Солнце, как и всегда в это время начинало заливать стену, к которой была придвинута кровать. Сергей смотрел на разгоравшиеся обои слева от него и будто проносился через годы, отделявшие январское утро в JFK от сегодняшнего майского в Санкт-Петербурге... В коридоре заскрипела дверь. Вот потяжелевшие шаги матери, за ними легкая, несмотря на годы, еле слышная походка отца. Потом в дверь комнаты, в которой спал Сергей, тихонько постучали, и Сергею почудилось, что он двадцать лет не выходил из этой комнаты, и мать его, молодая и красивая, собирается на работу и, пошуршав пакетами, подходит и стучит в дверь, затем снова шуршит и снова стучит. Сергей не отвечает - он знает наперед, что мама откроет в конце концов выходную дверь и напоследок, торопливо, чтобы не упустить лифт, крикнет : "Сережа ! Вставай !.." Потом раздастся шум от раздвинувшихся дверей лифта, еще через секунду грохнет входная дверь, и на нежащегося Сергея мгновенно обрушится тишина... "... Сереженька !" - тихо заскребли за дверью, и Сергей, улыбаясь сам себе, легко вскочил с кровати. Воспоминания обтекли его, как набежавший поток воздуха, и умчались, растворившись бесследно в пространстве, оставив после себя только обжегший душу след. Сергей уже начал жить в темпе наступающего дня. Во-первых, еще раз проверить все документы на себя и на сына. Потом, и здесь он никак не изменился - собираться незадолго до выхода, взять нехитрый набор вещей - рубашки, сыны и свои, носки, брюки... Что же еще ? Да, конечно, не забыть подарки из России, бритву... Вроде все. Сумка получилась совсем нетяжелая. Сергей посмотрел на часы, которые он так и не снял на ночь - семь двадцать три, а самолет - в двенадцать. Но, как обычно, надо приехать за два-три часа, таможня, контроль... Сына жена должна была привезти в аэропорт, но Сергей решил, что для надежности надо будет встретить их на Московской, а оттуда уже всем вместе ехать в Пулково. Тогда сейчас же звонить им и выйти придется на час раньше... Сергей тотчас же выскочил в коридор, сердце его, как молотком, било в грудную клетку. Он задыхался, пока набирал номер жены, жившей на другом конце города. Она, видно, тоже проснулась, потому что трубку подняли после второго гудка. "Люда! Доброе утро, я буду ждать вас у метро 'Московская', на той стороне, где автобус в аэропорт, в половине девятого!" - Сергей выпалил, не дождавшись ответа жены. Людмила сказала только : "Да!" Сергей, выждав несколько секунд, сказал : "Берите машину за любые деньги. Митя встал ?" "Давно !" "Как у него настроение !" "Сам знаешь..." "Собирайтесь скорее. Пока !" - Сергей положил трубку и пошел в ванную. Жар от горячая воды ненадолго унес Сергея в недавнее прошлое - 'Неужели я уезжаю отсюда навсегда?..Ирина будет встречать нас в аэропорту,

не забыть позвонить ей из Пулкова...' Он не спеша растерся полотенцем, побрился - очень аккуратно. Есть совершенно не хотелось, как обычно перед дальней дорогой. Сергей вошел в крохотную кухоньку - отец и мать сидели по обе стороны стола, не разговаривая. "Я договорился с Людмилой встретить их на 'Московской', поэтому выйду в восемь..." Отец и мать посмотрели друг

на друга, потом отец сказал : "Понятно! Мы приедем сразу в аэропорт!" "Может, поедем вместе ?" Мать нерешительно взглянула на отца, и отец легонько толкнул Сергея в плечо : "Давай! Иди - тебе нельзя опаздывать! Мы соберемся и приедем." Мать быстро протерла глаза. Сергей, чуть помедлив, вышел из кухни.

Наверное, секундная стрелка не описала и трех кругов, когда Сергей торопливо шел на угол покидаемой им навсегда улицы Димитрова. Идя по тропинке, как раз по диагонали от пятиэтажки, когда бывшей последним домом на самом краю города, к арке в кирпичном длинном доме, загородившем улицу, Сергей обернулся на миг и увидел в крайнем левом окне, на кухне, две фигуры, но в этот раз они не махали ему. Сергей почти помчался бегом.

Еще через две минуты он мчался в частнике по Будапештской. Вон снова, за поликлиникой мелькнул длинный дом, стоявший торцом к улице, потом еще

раз развернулся лентой, когда машина стояла у светофора перед торговым центром, 'ТЦ', тоже когда-то самым южным в городе, и пропал за другими домами...

За бесконечные оставшиеся двадцати минут до встречи Сергей издергался настолько, что ему захотелось закурить. Едва он дрожащими пальцами достал сигарету из купленной у бабки пачки, как

из открывшейся двери осадившей рядом с ним машины засверкали глаза Мити. Сергей смял сигарету, потом швырнул всю пачку на тротуар и торопливо полез в переднюю дверь такси. "Привет,

папа !" - в самое его ухо сказал сын. Сергей обернулся - на заднем сиденье вбились все трое - жена, сын и дочь Дарья, вытянувшаяся, с раскудрявившимися волосами и ямочками на щеках. "Привет, папа !" - это дочь : "Скажи этому, чтобы отдал мою гелиевую ручку!" "Я как будто никуда не уезжал !" - захохотал Сергей, посмотрев на жену. Жена хмурилась, улыбалась, опять хмурилась : "Как два придурка... " "...Ничего, недолго уже... " Жена всхлипнула, Сергей отвернулся и еще раз проверил документы.

Над шоссе повисли Пулковские высоты. Машина летела, обгоняя поток и на лихом вираже влетела

под указатель - 'Пулково - 1. Международный аэропорт.' Казалось, что машина стояла на месте, а серо-коричневое здание летело навстречу ей. И вдруг здание, вместо того чтобы накрыть их, развернулось и застыло справа. Двери сзади с треском распахнулись. Сергей расплачивался с водителем и чувствовал присутствие жены. "...Удачи вам!" - пожелал шофер. В зеркало Сергей увидел, что жена украдкой вытерла глаза. Потом шмыгнула носом. "Спасибо!" - Сергей мельком глянул на таксиста, вышел и подал жене руку. Людмила тотчас же отняла ее, как выбралась наружу. Митя сначала пошел с Сергеем, потом нерешительно пристроился к матери и взял ее под руку.

Людмила с Дашей сели, а Сергей с Митей принялись заполнять декларацию. Точнее, писал Сергей, а сын мешал. Закончив писать, Сергей еще раз проверил паспорта - вот визы, вот его 'грин-карта'... Что же еще ?.. Позвонить Ирине - у них, теперь уже дома , час ночи... Сергей направился к телефонам и увидел входивших в зал

ожидания родителей. Он подбежал к ним : "Мои вон там, а я отойду позвонить! Мигом!" Отец молча наклонил голову, и родители пошли к детям

и его бывшей жене, рядышком, как два старичка,

так, как они никогда раньше не ходили. ...Код страны - один, area-код двести семнадцать, телефон... гудок, другой...'Hello, Irina here...' Голос Сергея задрожал. "...Родной...Я так уже заждалась..." "...Мы в аэропорту... В Петербурге! В JFK будем в три часа..." "...Да, да ! Прилетайте скорее..."

Все они сидели на двух скамейках - Людмила с детьми и Сергей с родителями, отдельно. Сергей смотрел на Митю, на жену, на дочь. Как по-разному они вели себя. Митя то прислонялся к

своей матери, то толкал за ее спиной сестру. Даша, когда надоедало, отмахивалась : "Уйди, дурак !" После чего жена дергала Митю, дед начинал всех успокаивать. Наконец, Сергей встал - до посадки оставалось полтора часа - подхватил, такую легкую для дальней дороги, сумку и тяжело пошел к стойке. Остальные тоже поднялись.

Мать обняла Сергея и замерла, сжав его руками. Потом отец прижался своим лицом к его лицу, и Сергей неожиданно почувствовал, что щека его повлажнела. Потом Сергей обнимал и целовал остающуюся Дашу. Дочь вытерпела все объятия и заметила : "Папа, я собираюсь в гости на Рождество!" Сергей кивнул ей и подошел к своей жене. Они стояли, глядя друг на друга, и у Сергея внутри боролись желания - страстно обнять ее или только кивнуть на прощание. В конце концов они легонько прикоснулись друг к другу, как старые друзья, у которых это не последнее расставание.