Тридцать дней
Шрифт:
— Кай!
Он здесь, конечно, он здесь. Куда было деться спящему обессиленному мужчине? Кай даже не успел понять, что горит уже не в огне в лихорадки, а в настоящем беспощадном пламени. Мне остается верить лишь в то, что он успел задохнуться раньше, чем…
— Ка-а-ай…
Его имя — стон. Нет больше сил, ни бежать, ни бороться. Я падаю на колени перед обгорелым остовом того, кто был мне старшим братом. Кай… Упираюсь ладонями в землю и вою, вкладывая в свой вой боль последней потери.
— Вайторис! Вайторис! — надрывный вопль улетает в небо. — Тварь! Чтоб ты сдох, Вайторис!
— Это вряд ли, — негромкий хриплый голос раздается совсем рядом. — Я собираюсь жить вечно.
Оборачиваюсь. Он стоит позади. Бледный, лицо искажено. Кажется, он сам в ужасе. В ужасе? Меня трясет от истерического хохота. Откуда ужас у каменного истукана? Разве есть чувства у ледяной глыбы?
— Вайторис-с-с, — шиплю я, делая к нему шаг. Ненавижу… Ненавижу-у-у!!!
Земля проваливается под ним, предатель летит в бесконечную бездну. Пусть сдохнет там, пусть сгорит в собственном огне. Не хочу, чтобы от него осталось даже воспоминание! Земля вновь сходится ровным слоем, скрыв под собой убийцу и предателя. Лес становится могилой огневику, возмечтавшему стать богом. Я отупело смотрю на опустевшее место, после разворачиваюсь и, покачиваясь, бреду к останкам моего брата. Опускаюсь на землю подле него, гляжу на ныне уродливый оскаленный лик, протягиваю руку и дотрагиваюсь… Пусть меня выжжет боль, пусть заберет дар и меня вместе с ним. Не хочу ничего, только умереть рядом с Кайем. Я закрываю глаза и…
Земля взрывается, обдав меня грязными комьями. Столб огня бьет в небо, наш мучитель вернулся. Он налетает на меня. Горящие руки обхватывают за плечи. От обжигающей боли я кричу, но вырваться уже не в силах.
— Хочешь умереть? — шипит в ухо разъяренный Вайторис. — Умрешь. Но сначала кое-что отдашь мне.
И мир чернеет. Благословенная боль лишает меня сознания…
Судорожно вздохнув, я отлепилась от ствола дерева. Поднялась на ноги и зашагала к кромке воды. Бесцеремонно раздвинула притихших амфиев и шагнула в воду. Передо мной, лицом к океану, стоял Скай. Он закинул руки за голову, пальцы собрали светлые волосы в кулаки, и до меня донесся странный горловой звук. На плеск воды Аквей обернулся, я успела заметить влагу, затянувшую глаза-озера.
— Ирис, — сдавленно произнес водник.
— Готово? — глухо спросила я.
— Ирис…
Я посмотрела мимо него. Передо мной покачивалось на волнах водяное войско. Безликие призраки, чей удел нанести удар и вновь обратиться водой. Поджала губы, шагнула вперед. Теперь моя очередь. Я на мгновение прикрыла глаза, ощущая поток своей стихии, шумно выдохнула и Сотворение началось. Я отдавала водяным войнам свою боль и ненависть, вливала в них жажду мести. Я творила беспощадных убийц… или благородных мстителей.
— Ох, Тьма… — сипло произнес за моей спиной Скай.
Я открыла глаза и взглянула на плод своих стараний. Мама, папа, Кай, Регинис, Кай, Торн Айер и весь его род — они все были здесь. Все, кого я могла вспомнить. И девочка из рода Айеров, которую я не захотела убить, и бургомистр Темнограда, и рудокопы из уничтоженного поселения. Целитель и его сын, вместе со всеми, кто погиб с ними в доме. Целая рать мертвецов, которые придут, чтобы предъявить свой счет единственному виновному в их смерти.
Мой взгляд блуждал по знакомым лица, помимо воли отыскивая хотя бы намек на узнавание. Конечно, его не было. Передо мной стояли лишь подобия ушедших, их тени, чей век будет недолгим, а смерть останется никем не оплаканной. Но я хочу, чтобы огненная тварь смотрела в их глаза! Чтобы Вайторис видел каждого, кто пал от его воли. Преданным друзьям, жителям этого мира, чьи родные до сих пор оплакивают их гибель. Не уверена, что его сердце хотя бы дрогнет, у камня нет сердца, и все-таки мне до крика хочется, чтобы он видел, кто карает его и его слуг.
Мне на плечи легли ладони Ская. Он прижал меня спиной к своей груди.
— Пора, — негромко сказал мой водник.
— Да, — ответила я и развернулась к нему лицом. — Надо их пока спрятать.
— Они поплывут за нами и будут ждать своего срока, — сказал Аквей. Он обнял мое лицо ладонями, несколько мгновений с тревогой вглядывался, а затем прижал голову к своей груди. — Он получит свое, любовь моя. Не бывает так, чтобы один ублюдок постоянно брал над всеми верх. Не может быть, чтобы Мироздание допускало это бесконечно.
— Он сдохнет, — ожесточенно ответила я. — Так или иначе, но в этот раз точно.
— Ты устала, нужна маленькая передышка, — совсем тихо ответил Скай. — Я унесу тебя.
Я кивнула, обняла его за шею, и мир растворился в водном потоке. Если есть на этом свете справедливость, то кровавый путь Вайториса прервется, и в этот раз я не позволю ему одержать над собой верх. Только не в этот раз…
Глава 19. День двадцать второй
Мы уходили. Покидали замок в Долине трех озер. Челядь распустили по домам, сказав, что их призовут, когда придет время. Воины и лейда Тей шли с нами. Это было не бегство, но причина убраться подальше имелась. На месте древнего храма появились браннеры. Они никого не трогали, никуда не убегали, просто лежали в каменном круге, однако было ясно, что Вайторис, не решаясь оставить Грани, поставил своих псов охранять источник.
Браннеры пришли еще вчера днем, пока мы со Скаем находились на острове посреди океана. Когда вернулись, озера Аквея отразили пришельцев. К полуночи все уже были в седлах и готовы к новому недолгому переходу. Слуги исчезли немногим раньше. Маги, участвовавшие в нашем заговоре, были оповещены, что замок опустел. До встречи с ними оставалось еще три дня. Три дня до решающего часа…
— Ирис, — я подняла взгляд на супруга. Мы с провидицей ехали в карете, окруженной воинами. На Цветика мне не позволили сесть. Что Скай, что лейда Тей высказались жестко, не желая слушать возражений. Аквей всё еще поглядывал на меня с тревогой, Тейда просто видела, какой ее племянник принес меня в замок. Впрочем, я особо и не спорила. — Как ты?
— Уже лучше, — заверила я и устремил взгляд за спину воднику. Там еще виднелся замок. Он стал мне домом. Мой первый дом за долгие столетия, где меня любили, где я была нужна. Пусть это касалось всего одного творца, двух новых созданий и одной самостоятельной крысы с чувством собственного достоинства, но это ведь так не мало. Это целое богатство!
Скай проследил за моим взглядом.
— Мы еще вернемся сюда, ягодка. Когда разберемся со всем, обязательно вернемся. Я улыбнулась, послала ему воздушный поцелуй и откинулась на спинку сиденья.