Тринадцатый
Шрифт:
В скором времени юная королева сообщила супругу радостную весть – она ожидает младенца, королевского наследника. Радости короля не было предела.
Хоть королева была молода и отличалась прекрасным здоровьем, но король хотел уберечь будущего наследника и его мать от любой случайности. Он велел послать за старой повитухой, что жила в деревне неподалеку.
Слава о ней шла по всему королевству – можно быть спокойным за мать и за младенца, если за дело берется старая Эда. Она знала травы, которые облегчают страдания молодых матерей, она заговаривала кровь, избавляла от родильной горячки, она выхаживала в кадушке с тестом младенцев, рожденных раньше срока, но главное – она знала как уберечь младенца от дурного глаза и от подмены.
Старую Эду привезли во дворец, и король велел поселить ее в соседних покоях, чтобы все свои знания и умения она посвятила королеве и будущему наследнику.
Старая Эда оглядела опочивальню королевы, покачала головой и сказала:
– Уберите зеркало.
– Я вижу себя прекрасной в этом зеркале, и сердце мое ликует. – отвечала королева. Разве ты не знаешь, старуха, что в моем положении полезно смотреть на красивое? От этого рождаются пригожие и счастливые дети. Или ты не желаешь счастья своему будущему королю?
Старуха покачала головой.
– Моя прабабка была зеркальщицей и я знаю о чем говорю. Зеркало дурное. Я чую, из него придет беда. Уберите его. А лучше разбейте, если не хотите лишиться самого дорогого.
Слова старой повитухи смутили королеву и разгневали короля.
– Что может быть дороже процветния королевства? – вскричал он.– Заниматься своим делом, старая, и не рассуждай о том, чего не разумеешь, если тебе дорога твоя уродливая голова!
Старая Эда покорно поклонилась, более не возражая.
Настало время явиться на свет царскому наследнику. Старая Эда все приготовила и велела распахнуть все окна и двери в замке, отпереть все ларцы и сундуки.
В миг, когда королевский наследник появился на свет, пробили часы, молчавшие со дня смерти старого короля.
Молодая мать взглянула на сына, улыбнулась, поцеловала его в белоснежный лобик и погрузилась в глубокий сон.
Старая Эда встревожилась. Она окуривала королеву смесью трав, смачивала ей губы настойкой из темной склянки, что-то бормоча себе под нос. Все было тщетно. Королева спала.
Старая Эда отступила, лишь велела королю проследить, чтобы няньки и кормилицы не спускали глаз с младенца до тех пор, пока мать не проснется.
Король успокоился, и хотел было уйти, как вдруг заметил, что зеркало на стене опочивальни закрыто парчовым покрывалом.
– Зачем ты это сделала? – грозно спросил он старуху, – разве не знаешь, что зеркала закрывают, если в доме покойник? Ты хочешь накликать несчастье на мою семью?
Конец ознакомительного фрагмента.