Чтение онлайн

На самом деле, это было совершенно верно, именно тренировался. Молодой дворянин не мог показаться сопливым провинциалом перед великосветской дамой, и стащив несколько платьев из гардероба покойной матушки, наряжая в них дворовых девушек тренировался в изысканном раздевании и прочих полезных вещах.

Юноша оставил пару старинных браслетов, след в памяти, и несколько первых седых волос в прекрасной шевелюре Шарлотты. Она тогда чуть не потеряла интимного друга, и бесценного покровителя, герцога Г. Но все утряслось, герцог устроил брак Шарлотты с бароном Арджентеро де Кевали, престарелым сластолюбцем. Богатым и бездетным сластолюбцем и чревоугодником. Что-ж, тем легче было им управлять. Хороший был человек, пусть святой Петр закроет глаза на его маленькие шалости. Ну, подумаешь, барон любил наряжаться в ее платья!

Баронесса приблизила лицо к небольшому зеркалу в дорогой раме, с открытой террасы светило солнце позволяя во всех подробностях рассмотреть лицо. В свои 35 лет Луиза Шарлотта выглядела очень достойно, светлые волосы отлично скрывали кое-где пробивавшуюся седину, темные ресницы и брови красиво сочетаются с синими глазами. Изящные маленькие руки и ступни, небольшая грудь, нежно розовые губы, и абсолютно целые и здоровые все тридцать два зуба. От силы двадцать пять лет. Не более того. Фигура да, как ни старайся, но четверо здоровых детишек просто так не даются. Онако, в молодые годы юная Шарлотта успела провести год в гареме султана Селима, откуда и вывез её первый муж, баронет Эльбре. Именно там будущая разрушительница сердец научилась многим премудростям поведения, (и речь шла не о постельных утехах, по этой части французкие придворные дамы могли заткнуть за пояс любую отталистку, и именно умение подать себя, вести беседу, и многое многое другое) которые очень выручали её до сих пор, и на которые она возлагала огромные надежды в будущем. Шарлотта отодвинулась от зеркала, прихватила черноволосый парик с уложенной прической - пристроила на голове и снова глянулась в зеркало

– Ужасно! Это ужасно!
– несчастный парик полетел в угол - я просто уродина в черном цвете! А этот варварский император трахает исключительно жгучих бюнеток! Причем с большой грудью! Видно кормилицей его была какя-то саксонская крестьянка!

Да, без парика она была прекрасна, особенно в гневе, тонкие ноздри раздуваются, глаза мечут молнии... Но, что правда, то правда, по многочисленным доносам шпионов, русский царь отдавал предпочтение исключительно жгучим брюнеткам с черными густыми бровями и руками бурлака на волоке. И как прикажете хрупкой блондинке с аристократическими чертами лица, завоевать пусть не сердце, но хотя-бы ту внешнюю часть тела, которой думают все мужчины? Ввязываясь в очередную шпионскую авантюру Шарлотта думала не о деньгах, уж чего чего а денег у нее теперь было в достатке. Скука последних двух лет, плюс тщеславие - как же пусть варварской страны, но король! Ну и пресловутое шило в одном пикантном месте, побудили баронессу Арджентеро де Кевали согласится отправиться в далекую холодную снежную страну, с деликатной шпионской миссией сразу на две державы.

– Синьера, вы прекрасны в гневе...
– приятный баритон обволлакивал китайским шёлком, щекотал нервные окончания, и даже иногда вызывал порхание бабочек в животе...
– Гневайтесь, и русский царь забудет про цвет ваших волос. Русский импереатор любит сильных женщин, и неравнодушен к крестььянкам...

– Мон сеньер...
– Мужчина приблизился и протянул руку для поцелуя, Шарлота коснулась ее губами - вы подкрадываетесь как кот, монсеньёр, мне всегда было любопытно, деретесь вы так же?

У мужчины подпыгнули в верх соболиные брови - Как кот? С противныими воплями?

– делая все, чтобы не довести дело для драки, максимально устрашая противника, но если таки доводится драться - используете все доступные все средства.

– Щарлотта, вы прой умеете ... удивлять. Надеюсь, что не только словами.
– взгляд кардинала скользнул по расспахнутому вырезу пеньюара.

– Вот так обычно, монсеньер, тое прекрасное тело, не дает разглядеть...

– Ваше прекрасное тело, во всех его искусительных моментах - ловко закончил мужчина слегка надув губы. Породистое лицо стало сразу похоже на мордочку милой собачки спаниеля. И как он умудряется? Говорить таким голосом, что внизу живота собирается комок, играть мимикой похлеще заправского шута, и не выглядеть смешно.
– Ваше прекрасное тело, во всех его искусительных моментах - ловко закончил мужчина слегка надув губы. Породистое лицо стало сразу похоже на мордочку милой собачки спаниеля. И как он умудряется? Говорить таким голосом, что внизу живота собирается комок, играть мимикой похлеще заправского шута, и не выглядеть смешно.

Кардинал Пунцоне, представитель довольно древнего дворянского рода. Хотя похвастаться славными предками особо повода не было. Ни хитроумных политиков, ни известных полководцев, даже интриганов священников.

– Монсеньер, если бы не ваш сан, дающий уверенность в непременной добродетели, - Шарлота скользнула взглядом по лицу монсеньора, аскетизмом отнюдь не отмеченному - то я бы смела подумать, что вас интересуют женские прелести, в частности мои...

– Смейте, смейте синьора Шарлота - улыбнулся задорно, по-мальчишески - и думайте, а мой сан, он на то и есть, чтобы давать уверенность...

Фраза была произнесена таким тоном, что даже у Шарлоты, француженки весьма свободных взглядов, загорелись ушки. Этот священник не впервые подначивал её таким образом, однако никогда не переходил границ даже в малости. И что еще больше привлекало в нем молодую женщину, не смотря на весь свой опыт, интуицию, и природное чутье на мужчин, будущаяя шпионка не могла сказать, держит ли Клаудио Пунцоне обет целомудрия, или тайком предается греху разврата. Она томно опустила глазки, в очередной раз признавая поражение, но не теряя надежды. И не то что бы ей был очень нужен роман с этим молодым интриганом в сутане, просто цепляло самолюбие, Что подчас видя то, о чем другие мужчины могли только мечтать, кардинал умудрялся оставаться насмешливо равнодушным к её чарам и женским прелестям.

Точно, сели не спит тайком с селянками, то во всю занимается рукоблудием, мысленно припечатала определение монсеньеру Шарлота, и довольная таким разрешением вопроса, с кошачьей грацией потянулась к блюду с персиками.

– Итак, Монсеньёр, последние инструкции?

– Да, синьора, Как я уже говорил, среди окружения Русского императора есть мнение, что царь... самозванец. Самозванец, подмененный Меньшиковым и его сотоварищами в 1689

году, во времена великого русского посольства в Европу...

– О мой Бог! Это же почти четверть века прошло, чего они так долго думали? Раньше не могли заметить подмены?

– Шарлотта, я считал Вас несколько умнее...
– Кардинал поморщился - никто ни о чем не думал, просто тогда партия, играющая против царя, потрепала сокрушительное поражение ознаменованное, кстати, массовыми варварскими казнями. Потом были... э... другие планы по поводу расстановки сил в Московии, да и государь стал как-то популярен, появилось много сторонников, единомышленников...

– А теперь Московия мешает Риму?

– Не Московия, а её государь реформатор, с его демократичными замашками, где это видано, первое лицо государства - бывший разносчик, низкого сословья, императрица - крестьянка, взятая при военном обозе!
– кардинал капризно оттопырил нижнюю губу.
– он не предсказуем, этот царь, и кем бы он ни был, он опасен, и не только для Рима.

– Но монсеньер, я...
– шарлота опустила глаза, но голос ее звучал твердо - я не отравительница, и не владею кинжалом...