Чтение онлайн

Итак, прошла еще неделя, и Хоремхеб направил наконец командира Рамзеса к Первому советнику Усермону. Тот, удивленный, принял его, оказав почести, соответствующие его рангу. В действительности командиру высокого ранга разрешалось просить аудиенции у Первого советника, тем более что Рамзес представился как посланник командующего армией Нижней Земли.

— Мой начальник, командующий Хоремхеб, — начал Рамзес, — просил сообщить тебе, что он расположится в этот вечер во дворце, в помещении, которое раньше занимал покойный командующий Нахтмин, причем останется там на весь срок своего пребывания в Фивах.

Усермон был ошеломлен. Неужели Хоремхеб действительно намеревался расположиться во дворце? Волк вознамерился устроиться в хлеве? Такая наглость свидетельствовала о том, что могли оправдаться самые худшие опасения тех, кто был близок к царской семье. Но Первый советник оказался в затруднительном положении: на самом деле, это помещение было отдельно стоящим строением, которым распоряжались военные. Принимая во внимание то, что Анумес получил звание главнокомандующего, он имел право устраивать там всех, кого сочтет нужным. Разве что после отстранения Анумеса Усермон мог пойти против его желания.

— Но этими помещениями распоряжается главнокомандующий Анумес, — возразил он.

— Главнокомандующий Анумес уступает их командующему Хоремхебу, — заявил Рамзес, насмешливо глядя на Первого советника. — Я здесь только потому, что командующий Хоремхеб решил оказать тебе любезность, предупредив об этом.

Это означало, что Анумес был заодно с Хоремхебом. Главнокомандующий отвечал за то, чтобы в стране был порядок, и обязан был подавлять любые попытки бунта. Но до сих пор не наблюдалось никаких признаков бунта. Но позиция Анумеса все же была шаткой: будучи главнокомандующим, он также являлся и главой военного ведомства. Что касается предупредительности Хоремхеба, то его действия скорее перевернули все с ног на голову. Дворец и главы ведомств были поставлены перед уже свершившимся фактом.

— И что дальше? — спросил Усермон.

— Я не понимаю твоего вопроса, Первый советник.

— Что намеревается делать командующий после этого?

— Об этом надо спросить у него, Первый советник, — ответил командир Рамзес, вставая. — Желаю тебе приятного вечера.

Он направился к двери и в сопровождении четырех младших командиров, выполняющих функции охранников, прошел через Большой зал. Пятеро мужчин энергично спустились по лестнице, шлепая сандалиями и бряцая саблями. Вскоре торопливо вышел Усермон, но направился в другую сторону — к царице.

Вначале она слушала его недоверчиво.

— Но это совершенно невозможно! — воскликнула она. — Неужели Хоремхеб собирается устроиться во дворце? Но как ты мог допустить это?

— Твое величество, что я мог сделать? Царь Ай передал это помещение главнокомандующему. Теперь только Анумес им распоряжается.

Она сделала сотню шагов, задыхаясь от гнева.

— Ты отдаешь себе отчет! — кричала она. — Хоремхеб — во дворце!

Ее крики встревожили Нефернеруатон. Узнав, что произошло, она с трудом подавила крик ужаса. Прибежав вслед за нею, Мутнехмет оставалась на удивление бесстрастной; без сомнения, это был результат действия микстуры Сеферхора.

— Но это помещение не является частью дворца, — настаивал Усермон.

— Как это оно не является его частью? — снова закричала Анкесенамон. — Оно прилегает к дворцу!

Вскоре прибыл Шабака, и Нефернеруатон ввела его в курс дела. Он вытаращил от ужаса глаза.

— Вызови главнокомандующего Анумеса! — приказала Анкесенамон.

Усермон не ответил; он опустил глаза и, выждав момент, сказал:

— Я настоятельно прошу твое величество успокоиться. Я не верю в полезность пробы сил. Это нас ослабит. Уже очевидно, что Анумес примкнул к Хоремхебу. У нас нет ни малейшего шанса противостоять размещению Хоремхеба в помещениях, которые принадлежат военным.

Спокойствие Усермона привело в оцепенение царицу. Установилась тягостная тишина.

— Предупреди глав ведомств, — сказала она.

Весь вечер было слышно, как по плитам двора перетаскивают мебель, которую Хоремхеб привез с собой.

В эту ночь во дворце мало кто спал.

Впрочем, обитателям царского дворца стоило поберечь силы для того, что их ожидало на следующий день.

Хранительнице румян пришлось потрудиться, чтобы придать свежесть лицу царицы. Надо было сделать маску из огурца, затем другую — из белка. Круги под глазами были искусно скрыты сурьмой. Наконец царственное лицо посвежело. С помощью румян было завершено сокрытие результатов недовольства и бессонницы.

В десять часов Усермон попросил царицу об аудиенции.

— Твое величество, — начал он, — главнокомандующий Анумес просит провести совещание в царском кабинете.

— Чего еще хочет этот предатель?

— Мне сие не ведомо, твое величество. Он уточнил, что будет говорить только перед твоим величеством и всеми главами ведомств.

— Тогда собери их.

— Я это сделаю с твоего разрешения, твое величество. Как только они соберутся, твоему величеству сообщит об этом посланец.

Она подозревала, что в действительности на тот момент все уже собрались, ибо приблизительно через двадцать минут посланец пришел сообщить о том, что ожидают только ее величество.

В сопровождении носителей опахал и секретаря она покинула свои покои. При ее появлении в царском кабинете все главы ведомств поклонились, высказали царице полагающиеся в этом случае пожелания и заявили о своей преданности. Она села и окинула взглядом собравшихся, задержав взор на Анумесе. За исключением последнего, у всех были слегка помятые вытянувшиеся лица; без сомнения, все они спали не намного больше, чем царица. Вероятно, причина была важной, если они собрались так быстро. Усермон открыл заседание.

— С позволения ее величества мы выслушаем главнокомандующего, который просил об этом собрании.

— Мое дело простое, — сказал Анумес. — С согласия ее величества я прошу назначить вместо меня преемника.

Это было сказано бесстрастно, лицо Анумеса выражало смирение.

— Главнокомандующий назначен ее величеством с одобрения глав ведомств, — заметил Усермон.

— Поэтому я уточнил: с согласия ее величества, — ответил Анумес покладисто.