Чтение онлайн

Шарп нащупал наконец вену, приставил к ней острие ланцета и поднял деревянную колотушку – пробить толстую конскую шкуру не так-то легко, а сделать это требовалось с одного удара.

– Все хорошо, малыш, – пробормотал сержант. – Ты почти ничего и не почувствуешь. Просто укол, как укус комара. – Коротко размахнувшись, он ударил колотушкой по тупому концу ланцета.

Лезвие прошло шерсть, шкуру и плоть и проткнуло вену. Жеребец вскинулся, но Шарп, ожидавший такой реакции, удержал ланцет на месте, хотя из раны уже хлынула на кивер теплая кровь.

– Держите его! – бросил он Уэлсли, и генерал послушно, словно привык получать приказы от сержанта, пригнул своему любимцу голову. – Вот так... хорошо... так и держите, сэр, – приговаривал Шарп, поворачивая лезвие, чтобы расширить разрез. Кровь выходила толчками, сбегала по белой шее, струилась по рукаву красного мундира и, стекая на землю, собиралась лужицей у ног.

Диомед еще дрожал, но Шарп уже чувствовал, что конь успокаивается. Он уменьшил давление на ланцет, а потом, когда жеребец перестал дрожать, вынул инструмент из раны. Правый рукав мундира пропитался кровью.

Шарп плюнул на пальцы левой, чистой руки и протер едва заметный прокол на шее скакуна.

– Думаю, сэр, жить будет, но добавить в пойло немного имбирного пива не помешает. – Этот урок он тоже постиг на постоялом дворе.

Уэлсли еще раз погладил коня по шелковистой шее, и Диомед, словно утратив вдруг интерес к устроенной вокруг него суматохе, опустил голову и принялся пощипывать травку. Генерал довольно улыбнулся – от недавнего плохого настроения не осталось и следа.

– Премного вам обязан, Шарп, – сказал он, передавая ординарцу уздечку. – Честное слово, я у вас в долгу. Отличная работа. Впервые такое вижу. – Опустив руку в карман, сэр Артур выудил хайдери и протянул монету Шарпу. – Держите, сержант. Прекрасно справились.

– Спасибо, сэр.

Золотой хайдери – щедрое вознаграждение.

– Вы только полюбуйтесь на этого красавца! – Генерал повернулся к офицерам. – Хорош, а? Подарок.

– Весьма дорогой, – сухо заметил Маккандлесс.

– Ценный, – поправил шотландца командующий. – Бедняга Эштон отписал его мне по завещанию. Вы ведь знали Эштона, полковник?

– Конечно, сэр. – Генри Эштон был командиром 12-го Суффолкского полка, он умер через несколько дней после дуэли, получив пулю в печень.

– Жаль, разумеется, но подарок есть подарок, не отказываться ведь, верно? Чистокровный арабский рысак, так-то, полковник.

Немалая порция чистой арабской крови засыхала сейчас на мундире Шарпа, но генерал слишком радовался благополучному исходу дела, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Сержант впервые видел Уэлсли в столь прекрасном расположении духа. Понаблюдав со счастливой улыбкой за безмятежно пощипывающим скудную зелень Диомедом, он приказал ординарцу выгулять скакуна и, будто лишь теперь заметив столпившихся вокруг офицеров, внезапно посерьезнел, скрыв чувства под привычной маской бесстрастия.

– Премного вам обязан, Шарп, – повторил он и, повернувшись, шагнул к палатке. – Маккандлесс, зайдите! Расскажете последние новости.

Полковник кивнул Севаджи, приглашая индийца следовать за собой. Офицеры и адъютанты потянулись за ними. Шарп остался, выглядывая, чем бы вытереть перепачканные кровью руки.

– Молодцом, сержант, – усмехнулся ординарец. – Ты хоть знаешь, что спас лошадку за шестьсот гиней?

– Вот дьявол! – Шарп изумленно посмотрел на драгуна. – Шесть сотен гиней?

– Точно. Должно быть, того стоит. Лучший рысак во всей Индии, наш Диомед.

– И ты за ним присматриваешь?

Ординарец покачал головой.

– На то у него есть конюхи и коновал. Мое дело простое – идти за генералом в сражение. Понял? Когда один конь устает, я подвожу ему другого. У него их шесть.

– И что, так и водишь за ним всю шестерку? – удивленно спросил Шарп.

– Не всю, конечно. Двух или трех. Но, вообще-то, шесть ему и не нужны. Вполне и пяти хватило бы. Только вот лишнюю некому продать. Ты случайно не знаешь кого-нибудь, кто пожелал бы купить, а?

– По-моему, желающих хоть отбавляй. – Шарп кивком указал в сторону офицерских палаток. – Да каждый пехотинец с удовольствием бы...

Драгун ухмыльнулся.

– Приведи хотя бы одного. Пусть забирает. Но только если у него найдется четыреста гиней. Видишь того гнедого? – Он протянул руку. – Шесть лет, а уж как хорош!

– На меня не рассчитывай. – Шарп покачал головой. – Я их на дух не переношу.

– Что так?

– Воняют, да и больно на них неудобно. Я уж лучше на своих двоих.

– А напрасно. С высоты и мир видится совсем другим. Да и женщины тебя охотней замечают, когда ты в седле.

– Ну, значит, не совсем уж они бесполезны, – согласился Шарп, и ординарец усмехнулся. Это был бойкий и веселый парень с круглым румяным лицом и всклокоченными русыми волосами. – Как это ты заделался ординарцем у генерала?

Драгун пожал плечами.

– Он попросил нашего полковника дать ему кого-нибудь, и полковник выбрал меня. Так что все просто.

– И как? Не жалеешь?

– Нет. Служить можно. Улыбается, правда, нечасто, а уж тем более не таким, как мы с тобой, но человек справедливый и зря не придирается.

– Молодец. – Шарп протянул окровавленную руку. – Меня зовут Дик Шарп.

– А меня Дэниель Флетчер. Я из Стоук-Поджеса.

– Впервые слышу. Не подскажешь, где здесь можно почиститься?

– Вон там кухонная палатка.

– Мне бы еще кавалерийские сапоги раздобыть, – добавил Шарп.

– Подожди немного и снимешь с кого-нибудь в Ахмаднагаре. В любом случае будет дешевле, чем покупать у меня.

– И то верно, – согласился сержант и заковылял к кухонной палатке.

Несколько часов верховой езды не прошли даром. В деревне, где они провели ночь, Шарп купил отрез хлопчатобумажного полотна и, прежде чем садиться в седло, порвал ткань на полосы и перебинтовал стертые в кровь ноги. Лучше не стало. Чертовы твари, думал он. И кому только пришло в голову, что на них можно ездить!