Чтение онлайн

— Ты свинья, — гаркнул Мрак, разозлившись. — Столько суток, я как паршивый пес, бегал по лесу, давил несчастных зайцев, а ночью стерег ворота!.. Брякнешь кому о таком позоре, удавлю враз!.. Мог ты, тварь поганая, подудеть... или спеть пораньше?

Олег сказал подозрительно:

— Он это нарочно.

— Я? — ахнул Таргитай.

— А что? — сказал Олег, он хмурил брови. — Спал себе на сене возле коней! Что еще человеку надо?.. А я, как проклятый, носился под облаками, высматривал караваны, телеги с купцами, одиноких гонцов, попутно бил редких птиц и зверей, таскал им для забавы... Пять дней вообще ел только ту дрянь, что ловил на лету. От голода жрал прямо с перьями.

Мрак кивал сочувствующе, то-то волхв все дергается, видать перья оттуда лезут, щекочутся.

— Тебе хорошо, — вздохнул он. — Ты ему хоть в ухо дал.

Таргитай завопил:

— Мне хорошо было?.. Мне?.. Три дня нееденному?

— А чо ж не запел?

— Как я мог? — вскричал Таргитай отчаянно. В глазах блестели слезы от несправедливой обиды. — Вас нет, а я — петь? Вы меня бросили, а я распевать?.. От радости, да?

Мрак и Олег переглянулись. Мрак сказал тяжело:

— Ну что мы?.. Сами сели в лужу, а его корим, что не сразу нас вытащил. А на самом деле, он сам не попал и нас выволок. Хоть и дал, надо признаться, в дерьме насидеться по уши.

— Я ж говорю, нарочно, — пробурчал подозрительный Олег, но не слишком настойчиво.

Замок все полыхал, черная каменная громада то полностью исчезала в красной стене огня, то проступала неразрушимыми стенами. Доносился треск, с грохотом провалилась крыша, рушились балки, а пламя взметывалось выше.

— Все-таки они страшилы, — сказал Таргитай, словно убеждая себя. — Страшилы.

Мрак предположил:

— А может быть, они были красивыми?

— Как это?

— А потом стали злобными, — предположил Мрак хладнокровно. — А злобные не бывают красивыми. Злость кому угодно рожу перекосит!.. Ну, а перекошенных бить можно.

— И нужно, — бросил Олег раздраженно. — Эти твари использовали меня вместо сапсана! Я им, тварям косорылым, уток бил к столу!..

— А я, как пес, им оленей травил, — сказал Мрак с горечью. Пальцы сжались до хруста в суставах, он передернулся. — Дряни... Ты молодец, Тарх.

Таргитай просиял, слезы сразу высохли:

— Правда?

— Правда, — подтвердил и Олег. Он с неловкостью обнял бедного дударя, сам стесняясь непривычного жеста, ведь дурака стоило только гонять и насмехаться над ним. — Ты сделал то, что не могли ни Мрак с его силой и отвагой, ни я, со своими знаниями и мощью чародея.

— Но как?

Мрак огляделся, проговорил с отвращением:

— Собирайся, уходим.

Часто оглядываясь на оставляемые стены, Таргитай прицепился к Мраку:

— Скажи, как я сумел?

— Сумел, — ответил Мрак. Он потрепал Таргитая по плечу. — Не знаю как, но сумел. Иди к Олегу, он объяснит.

Таргитай оглянулся на волхва. Тот начал спускаться с холма насупленный, брови сошлись на переносице, а красные волосы развевались, как пламя костра, что грозит пожрать весь лес.

— Мрак... лучше ты.

— Олег объяснит проще. На пальцах.

— Да я пойму, Мрак.

Мрак посмотрел с сомнением, вздохнул, перепрыгнул огромную валежину, на середине прыжка его тело страшно изогнулось, и Таргитаю на миг почудилось, что Мрак снова превратится в волка, в зверячей шкуре бежать через лес проще, тогда нам придется портки нести... Но Мрак приземлился на согнутые ноги, бросил на бегу:

— Олег сказал бы, что все сложно, тут ты прав... На самом деле, Тарх, в тебе есть та мощь, которая выше любой мощи. Мы уже были уверены, что мы и есть самые сильные на свете. Может быть, так на самом деле и есть... По крайней мере сегодня. А завтра на свете могут появиться и посильнее, но дело не в этом. Мы сильнее, как воин и колдун. Я любого смету в драке, а Олег — хоть всех колдунов вместе взятых.

Таргитай слушал, раскрыв рот. Мрак спускался почти бегом.

— Когда мы встретили Сирингу, — продолжал Мрак, — мы... нет, сперва услышали ее пение! Значит, она заметила нас раньше, спела свою песнь...

— Волшебную?

— Если бы, — вздохнул Мрак. — Волшебство наш волхв разгадал бы в два счета.

— А что же?

— Песня была просто хорошей. Умело сложенной. И эта песня сказала нам, что за кустами находится молоденькая девчушка с веселой мордочкой и синими глазами. Песня была настолько хороша, что когда мы перелезли кусты, там в самом деле сидела золотоволоска, строила нам глазки и разделывала оленя. А какой она была на самом деле...

Его передернуло. Они сбежали с холма, дальше была равнина, скудно освещенная звездным небом, а далеко впереди выступала зубчатая стена темного ночного леса.

Таргитай догнал Мрака почти у самой кромки, оборотень несся быстрее волка, в лесу меньше предательства, раскрыл рот для первого вопроса, но в спину мягко толкнуло, следом донесся глухой грохот, шум, земля вздрогнула.

Обернувшись, они увидели, как стена огня дрогнула, колыхнулась. Темные стены начали оседать, появились угольно-черные трещины, ширились, сверкающее чудо начало разваливаться, тяжелые глыбы покатились по двору, с размаха бьют изнутри в защитную стену. Та рушится медленно, нехотя, пытаясь продлить существование...

Рухнули ворота, глыбы освобожденно выкатились на свободу. Грани блистали под огнем, а когда зайчики стегали по глазам, вспыхивали молнии, после которых в темноте плавали белые круги.

— Чего это он? — удивился Мрак.

— А того, — ответил Олег мрачно.

Он снова вскинул руки, пальцы страшно сжались и дернули за облака. Холм под замком дрогнул, начал оседать, как гора грязного воска под жарким солнцем. Глыбы красного камня погружались в землю, словно в трясину, а сама земля сползала волнами, холм уменьшался, пока на том месте не образовалась страшная черная равнина с оголенной землей.