Чтение онлайн

Выслушав от Чжан Ляо ответ Гуань Юя, Цао Цао сказал:

— Я знаю, как удержать его.

Между тем к Гуань Юю явился незнакомый человек.

— Кто вы такой? — спросил Гуань Юй.

— Я — Чэнь Чэн из Наньяна, служу у Юань Шао, — ответил незнакомец.

— Должно быть, вас привело сюда важное дело?

Чэнь Чэн вручил Гуань Юю письмо Лю Бэя, которое начиналось так:

«Мы с тобой заключили союз в Персиковом саду, мы поклялись в один и тот же день умереть. Почему ты нарушил клятву, позабыв о любви и долге? Наверно, ты гонишься за славой, мечтаешь о богатстве и хочешь моей гибелью увенчать свои подвиги? В письме всего не скажешь, и я с нетерпением буду ждать твоих объяснений».

Прочитав письмо, Гуань Юй зарыдал:

— Мог ли я думать об измене? Я просто не знал, где искать брата…

— Лю Бэй очень надеется на вас, — сказал Чэнь Чэн. — Если вы не изменили долгу, немедленно отправляйтесь к нему!

— Человек, родившийся между небом и землей и не соблюдающий последовательности в своих действиях, не может быть совершенным. Я пришел сюда открыто, и уйду также открыто, — заявил Гуань Юй. — Сейчас я напишу письмо, передайте его моему брату. Сам я приеду к нему с обеими золовками, как только попрощаюсь с Цао Цао.

— А если Цао Цао не отпустит вас? — спросил Чэнь Чэн.

— Тогда я умру, но здесь не останусь!

— В таком случае пишите ответ и избавьте брата от томительного ожидания.

В ответном письме Гуань Юя говорилось:

«Мне, недостойному, известно, что человек долга никогда не обманывает, а верный — презирает смерть. В детстве я учился, и кой-как разбираюсь и в этикете, и в долге. Я не могу не вздыхать, вспоминая о Ян Цзюэ-ае и Цзо Бо-тао [58] .

Защищая Сяпи, я был исполнен решимости держаться до смерти. Но в городе не было припасов и не приходила военная помощь извне. Кроме того, на мне лежала ответственность за безопасность двух женщин. Я не смел рисковать жизнью и предпочел поступиться доверием, оказанным мне. Вот почему я стал пленником, не теряя надежды на возможность встретиться с вами. Недавно я узнал, что вы в Жунани, но не пришел: решил прежде проститься с Цао Цао и доставить вам ваших жен.

Я говорю от чистого сердца. Если у меня иные намерения, пусть меня покарают люди и духи! Кистью на бумаге не изложить всего, и я надеюсь, что скоро паду ниц перед вами, и тогда все скрытое прояснится».

Чэнь Чэн удалился, унося с собой письмо, а Гуань Юй отправился к Цао Цао. Цао Цао, узнав о цели его прихода, вывесил на воротах дощечку с надписью, что никого не принимает. Пришлось вернуться ни с чем. Такой прием повторялся несколько дней подряд. Тогда Гуань Юй пошел к Чжан Ляо, но и тот уклонился от встречи с ним, сказавшись больным.

«Цао Цао пустился на хитрость, чтобы не дать мне уйти! — подумал Гуань Юй. — Но я здесь больше не останусь!»

Он велел приготовить коляски для женщин и написал Цао Цао прощальное письмо:

«С молодых лет я служу Лю Бэю, дяде императора, и поклялся жить и умереть с ним вместе. Эту клятву слышали царь Небо и царица Земля.

Вы милостиво приняли условия, поставленные мною в Сяпи. И вот я узнал, что господин мой находится в войсках Юань Шао. Помня о союзе, я не смею изменить ему. Велики милости ваши, но нельзя забывать старый долг. Я пишу вам прощальное послание и смиренно прошу подождать иных дней, когда я смогу отблагодарить вас за милости, еще не оплаченные».

Отправив человека с письмом во дворец Цао Цао, Гуань Юй собрал в связки все золото и серебро, полученное в подарок, разложил их в кладовой, повесил свою печать в приемном зале и затем попросил женщин занять места в колясках. Сам он вскочил на Красного зайца, взял в руку меч Черного дракона, и в сопровождении верных людей, уже давно служивших ему, направился к северным воротам. Стража пыталась задержать его, но Гуань Юй замахнулся мечом и закричал так грозно, что те разбежались.

— Охраняйте коляски и идите вперед. Если нас будут преследовать, я один сумею задержать погоню. Главное, не тревожьте женщин! — наказывал Гуань Юй, когда они миновали ворота.

Слуги покатили коляски по дороге.

Цао Цао размышлял, как поступить с Гуань Юем, когда неожиданно ему подали письмо.

— Гуань Юй уходит! — заволновался он, пробежав письмо глазами.

Прискакал с донесением начальник стражи городских ворот:

— Гуань Юй ушел на север со своими золовками в сопровождении двадцати слуг.

Из дома Гуань Юя прибежал человек:

— Гуань Юй оставил все вещи и служанок во внутренних покоях, повесил печать в приемном зале и ушел из города, не взяв с собой никого из слуг, присланных ему чэн-сяном.

Военачальники ужаснулись.

— Дайте мне три тысячи закованных в броню всадников, и я доставлю Гуань Юя живым! — воскликнул один из них.

Взоры всех обратились к нему — это был Цай Ян.

Вот уж поистине:

О том, как Цай Ян собирался преследовать Гуань Юя и что из этого получилось, вы узнаете из следующей главы.

в которой будет идти речь о том, как «гун Прекрасной бороды» совершил путешествие за тысячу ли и у пяти застав убил шесть военачальников

Из всех военачальников Цао Цао только один Цай Ян терпеть не мог Гуань Юя — вот почему он и вызвался его преследовать.

— Уход Гуань Юя вполне понятен: он не забыл своего прежнего господина, — сказал Цао Цао. — Вот достойный муж, и все вы должны подражать ему!

Цай Яну преследовать Гуань Юя он запретил.

— Вы, господин чэн-сян, обращались с Гуань Юем милостиво, а он ушел, даже не попрощавшись с вами, — заметил Чэн Юй. — Да еще своими сумасбродными речами и этой писулькой унизил ваше достоинство! Это преступление! Надо убить его, чтобы предотвратить дальнейшие бедствия, ибо позволить ему уйти к Юань Шао — значит, дать крылья тигру!

— Нет, не преследуйте его! У каждого есть свой господин. Я дал согласие на его уход, как же я могу нарушить свое слово? — ответил Цао Цао. Однако Чжан Ляо он потом говорил: — Гуань Юй вернул золото и повесил печать — богатство не тронуло его сердце, титулов оказалось недостаточно, чтобы заставить его изменить долгу. Таких людей я глубоко уважаю. Думаю, что он ушел еще не очень далеко, и хочу попытаться вызвать у него чувство привязанности ко мне. Догоните его и попросите подождать, пока я приду проводить его. Подарите ему денег на дорогу и военную одежду — пусть он вспоминает обо мне.