Чтение онлайн

Иногда до меня доносились разговоры моих тюремщиков. Потом им совсем стало скучно, и оба развлекались тем, что свистели, орали похабные частушки и пытались закинуть камешки в оконный проем. Я не отзывалась. Пока они сходили с ума внизу, можно было сказать, что ничего мне не угрожает. А еще я уже оценила, что мозгов у обоих, как у ракушек, и надеялась, что прилетит в окно что-то, что может пригодиться. Тонкий прут, булавка, да даже ветка - можно будет попытаться сделать из нее отмычку для браслетов. У героев детективов это всегда получалось.

Но мне не повезло. Ну, по правде, как сказать. Больше эти обезьяны ко мне не поднимались, а просить их принести воды - значило подвергнуть себя риску. Проще будет договориться с их главным. Может, если я расскажу ему, что стала спать с Барсовым по принуждению, разговор пойдет в ином ключе? Или они хотят получить от меня какую-то информацию? Сотни вопросов - и как всегда, ни единого ответа.

Я так обессилела после борьбы с батареей, что уснула. В неудобной позе, прижавшись к жестким ребрам батарей и труб. Стресс и жара разморили.

Меня разбудил шум мотора. Судя по всему, крупная машина, внедорожник. Хотелось верить, что это Барсов приехал за мной, но я понимала, что чудес не бывает. И вряд ли Николай бы прибыл бы сюда без страховки.

Моя охрана всполошилась, забегала. Мотор заглох, хлопнули дверцы. Слов я не разобрала. Приехавшие по большей части молчали, выслушивая лебезящий отчет двух дебилов.

А затем послушались шаги. Чалый с трудом запер в мою «камеру заключения» кресло. Я моргнула несколько раз, не понимая, зачем этот предмет - хоть и устаревшего дизайна - здесь, посреди пыли и разрухи. При этом мужик выглядел каким-то попущенным, на меня даже старался без надобности не смотреть. А кресло предназначалось совсем не мне. Нетрудно было сделать вывод: приехал биг-босс.

Адреналин ударил в виски. Я даже забыла о боли в потерявших чувствительность запястьях. Приготовилась непонятно к чему. Основным мотивом было достучаться, убедить в том, что я сомнительная приманка. Если надо - даже согласиться сотрудничать. И показывать свой страх было не лучшим решением.

Спустя долгие минут десять, может и больше, я услышала тяжелые шаги. Они были другими. И... смутно знакомыми. От того, что моя догадка может оказаться правдой, меня прошиб ледяной пот.

Увы, это не было игрой воображения. Пусть жирный мудак Шакуров не столь долго успел пробыть моим боссом, я научилась узнавать его шаги еще на парковке. Даже определять по ним его настроение...

Сейчас не имело смысла этого делать. Злой или нет - для меня состояние духа этого урода ничего не меняло.

Ласки Барсова практически стерли из памяти тот мерзкий момент, когда я чудом избежала насилия. А вот сейчас все эти воспоминания вернулись с утроенной силой. Я тяжело задышала, вжимаясь в батарею, словно это могло сделать меня невидимой.

Блеклые, выпученные глаза Шакурова прошлись по моей сжавшейся фигуре с явным превосходством. Откупорив на ходу бутылку виски, жирная туша опустилась в кресло, которое чудом под ним не развалилось. Я поморщилась, когда бывший босс отхлебнул из бутылки, с мерзкой улыбкой глядя на меня.

– Ну здравствуй, Влада. Надеюсь, ты успела соскучиться? Не ждала, что так скоро меня увидишь?

Все мои стремления наладить диалог разбились в щепки. Нет ничего опаснее мужчины, которому отказали, и у которого в руках абсолютная власть. К тому же, будь даже шаткая вероятность, что я расплачусь и начну умолять, доказывая, что Барсов мне тоже омерзителен - пьяная свинья будет слышать только себя.

– Добрый день, - злить его своим молчанием было чревато.
– Значит, это вы... зачем вы меня похитили? Деньги? Вы же прекрасно знаете, что я их не брала...

– Знаю, не тупой, - смачно отрыгнул Шакуров.
– Я сам их взял. Мне эти копейки не уперлись, цыпочка. Мне от тебя нужно другое.

– Если вы думаете, что для Барсова я так много значу, это не так... он просто как вы... не смог пройти мимо, не воспользовавшись своим правом...

– Продолжай, - почесал второй подбородок босс.
– Воспользовался? Тебе понравилось? Или тоже визжала, вырываясь, как блаженная целка?

– Он сам говорил, что я ничего для него не значу. А на мне висит долг, которого нет.

– Стало быть, он не прилетит тебя спасать, твой гребаный Бэтмен? Ты это мне хочешь сказать?

– Не прилетит, - покачала голой я.
– Вам стоило не верить Кристине Олеговне, а поискать, кто действительно ему дорог. И это не я...

Шакуров, кряхтя, поднялся с кресла и пошел ко мне. Я сжала зубы, приготовившись к удару.

– Да не сцы, Влада. Пей.

– Я не...

– Пей, твою мать!
– горлышко бутылки стукнуло о мои зубы, задевая ссадину на губе, и чтобы не злить этого психа еще сильнее, я открыла рот и проглотила обжигающую жидкость.

Шакуров резко отнял бутылку. Я вовремя зажмурилась, иначе вплеснувшийся виски попал бы мне в глаза.

– Так, хватит. А теперь давай. Еще раз подумай и скажи, как ты безразлична Барсову. Хорошо подумай.

– Но это правда! Я всего лишь... одна из многих... и...

– Одна из многих, сука?
– он вдруг резко схватил меня за волосы, припечатав затылком к батарее.
– Ты, падла, за кого меня держишь? Одна из многих? Как будто это не из-за твоей п...ды твой хахаль отнял у меня бизнес и пустил по миру? Я похож на лошару, который будет слушать твои сказки?

Удерживая сознание, я в упор уставилась в его выпученные глаза.

– Я не... что вы говорите? Из-за меня? Я его тогда впервые увидела! Я знать не знала этого человека!

– Вот как? Это не ты трясла год жопой в его богадельне? Это не там у него яйца вскипели до такой степени, что твой урод отжал компанию, которая ему на хрен не упала?

«Он же псих! Он безумный псих! Такое даже под наркотой не придет никому в голову!» - с ужасом поняла я, пытаясь въехать в смысл сказанных слов.