Чтение онлайн

— Я же говорил, — произнес Зверь без всякого злорадства.

Гномы добавляют в свои заготовки не только различные металлы, но и другие примеси. Не всегда и не везде, но Балрун выбрал для своей работы сложную структуру и ошибся с пропорциями. Может быть, если бы он был поскромнее и выбрал не ледяную воду, а кипящую или горячее масло, всё было бы иначе. Клинок может быть и повело бы, но тогда разница температур была на сотню-полторы градусов меньше и возможно он бы не треснул. А так он получил трещину вдоль всего клинка, с обеих сторон, такую только на переплавку, уже не исправить.

Стоит отдать Балруну должное — он не растерялся. Сразу же бросился к полке с материалами, чтобы начать делать новую заготовку. Мысли о создании чего-то особенного стоит забыть, теперь его главная задача — успеть сделать что-нибудь качественное за оставшееся время.

Зрителям такое пришлось не по вкусу: один из главных фаворитов выбыл из гонки за победу. Балрун лучше многих, но теперь у него есть только восемь часов, пока у других, ещё восемь.

Вторая половина оказалась более зрелищной, самые важные этапы вроде закалки и зачарования приходились на позднюю часть. Среди гномов было не так много провалившихся, а вот среди бессмертных вышло даже больше трети. Кто-то тоже расколол заготовку, как Балрун, некоторые достали её слишком рано из печи и металл закалился не полностью, а третьи повредили её неудавшимся зачарованием.

Гвоздь с обоими этапами справился на отлично. Сначала нанёс глину на клинок, перед закалкой: на лезвии тонкий слой, а дальше уже побольше. Из-за этого клинок получился немного изогнутым: из-за разницы в объёме материала на лезвии и на спине клинка, после охлаждения, когда металл сжимается, изгиб уходит в противоположную от лезвия сторону. С заточкой у Гвоздя тоже никаких проблем не возникло: после обработки лезвия несколькими точильными камнями на лезвии появился хамон — своеобразный узор на месте, где металл имеет разную твёрдость. В итоге, когда время подошло к концу, на наковальне перед ним лежал, похожий на японский меч, только с более широким лезвием, менее очевидным изгибом и нормальной гардой, на которую можно принять вражеский клинок.

— Закончили! — рявкнул Хадрут, как только последняя руна за его спиной погасла.

Все участники, наводившие последние штрихи, поспешили отложить все инструменты и положили результаты своих трудов на наковальни. Страж Наковальни возглавлял процессию гномов, спустившуюся вниз на арену, чтобы оценить работы участников. Вольного и его друзей пригласили пройти с ними. Пошёл только Резчик.

Тарас надел [Очки Искателя Истины] чтобы быстро оценить результаты работ ремесленников, ну, у тех, у кого он был. Даже среди гномов нашлись те, кто испортил предмет на последних этапах и просто не успел сделать что-то ещё. Балрун в их число не входил. В итоге он сделал кинжал, требовавший меньше времени на изготовление лезвия. Он даже был эпическим! Но без… индивидуальности. Это был просто хороший нож, зачарованный на крепость, чтобы дольше служить и не сломаться в бою. В нём не было какой-то идеи, зачарование пусть и хорошо проведенное было очень простым — это не работа победителя.

Работы вех фаворитов были эпическими, причем не только по названию, но и по сути. Каждое имело свою особенность, реализовывало какую-то идею, заложенную в неё владельцем: Вертог изготовил посох, содержащий в себе активирующийся массив рун, в нескольких вариациях, Казтар создал щит, для воина в центре строя хирда способный усилить всю линию, Дуртрок сделал пару необычных топоров, имеющих абсолютно разное предназначение, но способные меняться друг с другом местами, без необходимости перебрасывать в другую руку. Хадрут был доволен увиденным. Молодое поколение Карак-Удана имело таланты, которые в будущем смогут работать со святыней города.

Потом добрались до бессмертных. Их успехи были… скромнее. Большая часть работы имел ранг необычных, примерно треть оказались редкими. Лишь двое могли похвастаться созданием эпических предметов. Первым был Гвоздь. Хадрут с минуту изучал его меч, исследуя форму, предназначенную под руку человека, не гнома. В нём не было чего-то особенного, как и в работе Балруна, но само качество соответствовало стандартам гномов.

Куда интереснее был второй эпический предмет:

[ Последняя искра]

[ Ранг: Эпический]

[ Уровень: 41]

[ Прочность: 24]

[ Вес: 0.4 кг]

[ Состояние: 100\100]

[ Описание способностей: Эффективность заклинаний огня увеличена на 10% (Зачарование).

Скорость накопления эфира огня увеличена на 15% (Зачарование).

Жало Пламени. При активации с помощью маны, создаёт на острие слой высококонцентрированной сущности огня, способной прожечь даже металл. (Гномьи Руны + Зачарование).]

На куске ткани лежал кинжал с лезвием порядка двадцати пяти сантиметров, ярко красное у самого острия, с увесистой рукоятью и прямой гардой. Никаких украшений или стильных элементов. Простая, эффективная форма.

Эту работу судьи изучали достаточно долго, даже Хадрут. Ему было очень интересно, как молодой парнишка смог сплести вместе руны гномов и зачарование наземников. Не то чтобы он был первым, кто до этого додумался, но выходило что-то стоящее не у многих.

Тарас высоко оценил работу. Это не основное оружие. Большую часть времени оно будет висеть на поясе мага и давать пассивный бонус для огненной сущности. Но когда магу придется столкнуться лицом к лицу с врагом — этот кинжал превращается в оружие последнего шанса. С таким активным навыков внутри можно убить даже завёрнутого в металл рыцаря.

— Достойная работа. Мне нравится, — вынес свой вердикт Хадрут, — Как тебя зовут, малец?

— Штырь.

Голос у него оказался под стать характеру — низкий с хрипотцой.

Страж Наковальни кивнул и повернул голову к своим непосредственным помощникам.

— Ну? В чью мастерскую пойдёт работать этот бессмертный?

Вольный думал, что в самом лучшем случае им заинтересуется Дугор. Но он никак не ожидал увидеть, что все девять мастеров выкажут свою заинтересованность.

Глава 196

Резчику шагать по подземным коридорам холма ремесленников не очень понравилось: его массивная фигура закрывала собой весь проход. Он согнул спину просто чтобы в него вместиться и едва заметно выдохнул, когда они добрались до зала, когда-то обнаруженного Вольным вместе с Мрачным Клинком. Здесь потолок был высоким и Маркус смог встать во весь рост. На другом конце находились массивные, высокие двери, ведущие в комнату, где было расположено главное сокровище Карак-Удана — Наковальня из Сердца Горы.