Чтение онлайн

— Для меня потом был Союз, вскорости — увольнение в запас. Переехал на Украину — здесь у меня жили родители, отец тоже был военный, служил какое-то время в штабе округа. Барса я больше не встречал. Он продолжал служить. А какие пироги выпекались в конторе… Да и люди везде разные. Возможно, Барс принял какое-то решение, и оно не понравилось его руководителям настолько, что…

— Понятно. Олег, ты сегодня какой-то… Мрачный, что ли…

— Да.

— Что — да?

— Вот что, девочка. Пора отсюда сниматься. Засиделись.

— Скорее тогда залежались, — хмыкнула Аля. — А почему?

— Муторно мне что-то. Нужно уехать из Княжинска на время.

— Куда?

— На кудыкину гору. Пока не утихнет.

— Олег… А ты подумал, где нам достать оружие?

— Оружие?

— Ага. Ведь с нами не в шашки играют.

— Это я заметил, — усмехнулся Гончаров.

— В пистолете три патрона и еще одна запасная обойма. Значит, всего девять, — произнесла Аля, невидяще глядя в одну точку. — Я эту сволочь, Сиплого, все равно достану.

— Мы, Аля. Мы.

— Извини. Мы. Просто я очень долго была одна…

— Мы разыщем его.

— Ага. Только… Этот бандит — не одинокий волк. Девяти патронов может не хватить.

— А ты рационалистка, — улыбнулся Гончаров. — Патронов хватит.

Он встал, взял табуретку и полез на антресоли.

— Помогай, — услышала Аля его приглушенный голос. Подошла. Гончаров подал ей тяжеленный сверток, девушка едва его удержала. Развернула.

— Ну что, хорош набор диверсанта?

Коротенький «бизон», двадцатизарядный «стечкин» с четырьмя запасными обоймами, тротил, тщательно завернутый в бумагу, и детонаторы.

— Роскошно? — Олег отряхнул пыль со свитера. — Теперь остается немного: раздобыть неприметное авто… — Он подошел к окну и замер.

— Что там? — встревоженно спросила Аля.

— «Кабан» и два «катафалка».

— Чего? — Девушка приблизилась, встала рядом.

— Если в переводе с псевдонародного на русский литературный…

— Не надо. Я вижу, — произнесла Аля упавшим голосом.

Снежную целину буравили широкие протекторы двух тяжеленных, полновесных джипов.

Между ними, как бронетранспортер между танками, следовал ухоженный шестисотый.

— Красиво вдут. Авторитетно. — Олег мельком взглянул на девушку, чуть приподнял ее подбородок:

— Выше нос, рысенок.

— Что… Что мы будем делать?

— Организуем торжественную встречу. Закон гостеприимства — дело тонкое. Особенно на Востоке.

Несколько домов возвышались посреди усыпанного снегом поля, словно айсберги.

Высокие, холодные, они казались необитаемыми в тусклом свете утра.

— Который? — спросил Автархан Кудрина.

— Третий.

— Выглядит как пустой.

— Не все квартиры заселены. Дом новый.

— Номер квартиры?

— Пятьдесят шесть. Прикажете начинать, Николай Порфирьевич?

Автархан молчал, прикрыв глаза. В «мерее» и джипах разместились уцелевшие боевики. Собственно, у них мало что осталось от былого энтузиазма: две огневые схватки в течение полутора суток были проиграны, людей потеряно много, и штурмовать эту башню — никакого желания. Поэтому Автархан поехал сам. Впрочем, не только поэтому. Люди — труха. Наберет новых. Но если он к восьмичасовой стрелке не представит внятных объяснений Кондрату и Бене, имя его будет вычеркнуто из негласного списка «уважаемых граждан». Вместе с жизнью, Как бы там ни было, Автархан не терял надежды заполучить то, что хотел: ясность. Ясность по белому порошку, который не так красив, как серебристый снег, зато куда более дорог. Дороже и серебра, и золота. Хм… Все, что несет в себе смерть, — самое дорогое в этом мире. Оружие и наркотики. Только смерть позволяет немногим жить уж на этой земле как в раю. Утопая в роскоши, пользуясь любовью красивейших женщин и смакуя вкус изысканных ощущений. Таким уж устроил свет князь мира сего, и правит здесь род лукавый и прелюбодейный. Змея, вцепившаяся в собственный хвост. Круг жизни. Яд мироздания.

Власть. Только она дает возможность распоряжаться смертью. За это стоит побороться.

— Необходимо захватить Гончарова и девчонку и грамотно закрепиться до прибытия наших противников, — продолжил Кудрин.

— Если они еще не закрепились, . — невесело усмехнулся Автархан.

— Нет. Двое наших людей пробежали по дому. И остались контролировать выход на крышу. Все тихо.

— Да? Кудрин… Генерал Кравченко был опытным человеком?

— Смотря в чем…

— Но бойцов его группы не назовешь новичками.

— Да, это так.

— Они тоже, я думаю, были уверены, что «все тихо». Больше их нет с нами. Кудрин промолчал.

— Ты умный, Степаныч, — процедил сквозь зубы Автархан. — А потому запомни: сейчас тебе нужна только победа. Иначе твоя голова не родит ни одной мысли. Даже самой дурной. И это уже не зависит от того, что будет со мной. Маятник запущен.

— Я понял, Николай Порфирьевич.

— Тогда начинай. К восьми нужно успеть.

— Мы успеем.

— «Мы успеем… В гости к Богу не бывает опозданий…» — вполголоса напевал Маэстро.

Автомобиль мчался к окраине. Снег густо сыпал с низкого неба, перемешивая его с землей. Дома, строения, силуэты автомобилей возникали словно из белого мельтешащего мрака, чтобы снова исчезнуть…

— Крас, ты никогда не задумывался над тем, что снежинки так похожи на людей? Так же искрят, так же падают, так же исчезают бесследно… Даже те, кто считал себя могущественным владыкой…

Тот только пожал плечами. Взрывные перемены настроения, чередовавшиеся у Маэстро с почти полной апатией, порядком его измотали. Но Маэстро если и нужен был слушатель, то скорее как фон.

Маэстро помолчал, произнес тихо:

— И все же… Государи преходящи… Лишь один король вечен… Король былого и грядущего.

— Да? И кто же этот деспот? — иронически хмыкнул было Крас, но осекся, встретив взгляд черных, как подледная студеная жижа, зрачков.

— Лир.

Дом был блокирован в считанные минуты. Боевики выпрыгивали из джипов спокойные, равнодушные. Кудрин командовал одними жестами; задача была непроста: суметь захватить двоих да еще и выставить внешнюю засаду на неизвестных.