Чтение онлайн

Человеку, который находится во тьме, достаточно капли ласки, и он сделает для вас все что угодно.

– Ты сейчас на нуле, в полной пустоте. Твоя жизнь сейчас может свернуть куда угодно.

– Честно говоря, я совсем запуталась.

– Оно и видно.

– Как называется ваша организация?

– «Гидра».

– Не слышала.

– Мы не сильно светимся. Просто попробуй. Попытка не пытка, не понравится – уйдешь. Что тебе терять? Хуже не будет. А вот лучше стать может, и я тебе обещаю, что так и будет. Доверься мне.

– Почему вы так уверены, что я подхожу?

– Ты оказалась здесь не просто так. И я пришла сюда не на реку посмотреть.

– Все, что я умею, – писать глупые тексты про торты, – честно сказала я.

Лика закатила глаза.

– Не выдумывай, пожалуйста. Ты можешь гораздо больше. Мы тебя всему научим.

Мы еще немного побеседовали. И… Я согласилась на собеседование.

Лика проводила меня до гостиницы. Мы обменялись телефонами и договорились встретиться в Москве.

Вернувшись в свой номер, я вдруг четко осознала: что-то началось. В моей жизни впервые за много лет что-то меняется. Пространство вокруг буквально зашевелилось.

Но куда это приведет? На что я вообще согласилась?

На следующий день после разговора с Ликой я купила билет и вылетела в Москву.

Наступил день, на который было назначено собеседование. До нужного места я доехала на метро. По адресу, который дала мне Лика, оказалось темно-серое здание в семь этажей. Нечто среднее между маленькой сталинской высоткой и университетом. Здание скрывалось в заросшем саду, окруженном высоким металлическим забором. На карте я увидела только невнятный серый квадрат.

Лика предупредила меня о коде, открывавшем калитку. Ручкой для калитки служила большая металлическая змея черного цвета с высунутым языком. Набрав код, я потянула за змею и зашла на территорию. Ручка была теплая. Это меня ободрило: как будто ее кто-то специально согрел для меня.

По обе стороны от ведущей ко входу дорожки росли высокие кусты, надежно закрывавшие обзор. Над ними нависали клены. Калитка с железным вздохом закрылась, отделяя меня от прежнего мира. Городской шум – гул автомобилей, голоса – теперь доносился издали, как из другого мира.

Уже было тепло, и в саду распускались цветы: розовые, алые, белые пятна повсюду. Сад навевал мысли о тайнах. Извивающаяся тропа привела меня ко входу в здание. Перед дверью я позвонила в домофон. Открыли почти сразу. Потянув за еще одну ручку-змею, я зашла.

На входе меня встретила Лика. На этот раз она была одета в мягкое серое платье. Она обняла меня.

Холл оказался неожиданно роскошным. Поднявшись по лестнице, мы попали в длинный коридор, похожий на гостиничный. Выкрашенные в багровый цвет стены освещались редкими тусклыми лампами. Там, куда их свет не дотягивался, сгущалась тьма. По бокам коридора приткнулись красные плюшевые пуфики. Ковер тоже был алый, с желтыми узорами.

Возле стены висела огромная картина с женщиной, отрубающей мужчине голову. Кажется, Юдифь. С другой картины смотрела Медуза Горгона, чьи волосы-змеи приподнялись и разинули пасти в готовности броситься.

Мы повернули еще раз – я поняла, что дороги назад сама уже не найду, – и зашли в дверь, рядом с которой стояла большая ваза. За дверью был роскошный кабинет: дорогая мебель цвета шампанского, уютные диваны и кресла молочного цвета. Сев в кресло, я утонула в его мягкости: захотелось свернуться калачиком и прикрыть глаза.

– Чай будешь?

– Да, спасибо.

– Ромашка или мята?

– Мята.

В ловких движениях Лики сквозили материнские забота, спокойствие и уверенность. Она налила чай в две маленькие фарфоровые чашки. На каждой – изящный цветок белой лилии.

Подставка удерживала заварочный чайник над свечой, которая его подогревала. Свет мягко играл в светлой жидкости с листьями мяты.

– Понятно, что твой основной вопрос – чем мы занимаемся, – Лика сделала глоток горячего чая. – Перейдем сразу к делу. Одни вещи должны происходить, другие – нарушают баланс и законы вселенной, рушат общую картину, и их приходится исправлять. Выравнивать картину мира. Этим мы и занимаемся. Это если в целом. Если в частности…

Она вдруг заметила мое выражение лица и остановилась. Я испытывала целый спектр эмоций – от страха, что предложат заниматься нарушением законодательства, до опасений разочароваться, что это какой-то, скажем, сетевой бизнес по продаже косметики с сектантской атмосферой.

– Боишься услышать что-то не то, да. Правильно. Мозг это взорвет точно. Если в частности – мы убираем из картины мира людей, которые нарушают правильное течение событий.

– Убираете…

– Не убиваем, нет. Мы возвращаем на место их энергии, которые пошли не туда. Для этого нужно сделать одно движение на груди человека, там, где сердце – особая древняя техника, о которой знают очень немногие. Бывает, что это приводит к смерти, когда человек ушел совсем не туда, очень сильно сошел с дороги, и возврат к гармонии для него несовместим с жизнью. Если не приводит к смерти, то человек так сильно меняется, что, фактически, прежнее «я» отмирает.

– Бывает, что это приводит к смерти, – повторила я.

– К этому надо быть готовой. Мы тебя всему научим, будем поддерживать, ты не будешь в этом одна. То, что отмирает в процессе, и вся та энергия чрезвычайно важны. Негативная энергия приносится в жертву. Мы со всем этим работаем.

– Как вы… находите этих людей?

– Бывает, своими способами узнаем, что человек что-то серьезно нарушает. Бывает, к нам приходят заказчики, которые сами что-то заметили…

– А заказчики знают, что все проходит… так? Древняя техника и так далее…

– Еще как знают, многие из-за этого и обращаются к нам. Удивительно, насколько склонны к эзотерике многие люди, особенно мужчины. А для обманутой жены самое то, что мужа-изменника не просто уберут, но и принесут в жертву.

– Но… причем тут я? Я же совсем случайный человек в этой истории. Я не умею… такого. И никогда таким не занималась.

– Ты вовсе не случайный человек. Потом поймешь. Каждую девочку мы тщательно отбираем. Случайных тут нет, все на своем месте. Вас мало, поэтому мы вас бережем. Деньги у нас есть. Мы будем заботиться о тебе, решим все трудности, будем рядом, будем работать со всеми сложными переживаниями – они, конечно, будут. Мы не оставим тебя одну. Если решишься, то сразу станешь частью нашей семьи, одной из нас. Мы всегда будем рядом.