Чтение онлайн

— Тебе знаком этот доктор, что должен прийти? — спросил он.

— Доктор Лански? Да, мне приходилось несколько раз с ним встречаться.

Ястреб что-то промычал. Он не слишком доверял бледнолицым, но имел возможность убедиться в том, как они изобретательны. Их достижения были налицо. Надо полагать, искусство этого неизвестного ему врача поможет Мэгги.

Ястреб поправил одеяло и услышал стук в дверь. Он внимательно посмотрел на вошедшего. Ничего внушающего доверия. Тот оказался высоким, худым, облаченным в мятый серый костюм. И галстук был серый. И глаза. И неопределенного цвета волосы

Эд Лански с изумлением смотрел на человека, открывшего ему дверь спальни Мэгги Сент Клер. Лански родился и вырос в Южной Дакоте. Его трудно было удивить видом индейца, но ему никогда не приходилось видеть кого-нибудь из них, одетого, как этот — в набедренную повязку и мокасины.

— Так что же произошло? — осведомился Лански.

— Моя жена беременна. У нее открылось кровотечение.

У Лански вырвалось невольное восклицание. Он растерянно переводил взгляд с индейца на Мэгги Сент Клер. До него, правда, доходили неясные слухи о том, что она вышла замуж за индейца, но доктор не верил. Теперь слухи подтвердились.

Лански кашлянул, надеясь, что индеец поймет намек и выйдет. Вид у этого индейца был весьма устрашающий, и доктор Лански должен был признаться себе, что просто не сможет выполнять свою работу в его присутствии.

Видя, что доктор колеблется, Ястреб отошел от двери.

— Вам, э… следует подождать за дверью, — выдавил Лански.

— Нет.

— Боюсь, что я вынужден буду настаивать на этом.

— Пожалуйста, Ястреб, сделай, как говори доктор. Все будет хорошо.

Бросив грозный взгляд на доктора, Ястреб вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Когда Ястреб вошел в кухню, Джекоб поднял глаза:

— Все в порядке?

— Трудно сказать. Она ждет ребенка.

Джекоб кивнул, щеки его порозовели. Было совершенно очевидно, что мисс Сент Клер беременна.

— Но что-то неблагополучно. Я боюсь за ребенка.

— Мне так жаль, — пробормотал Джекоб, — мне… Мне очень, очень жаль.

Ястреб наклонил голову. Он слишком тревожился, чтобы продолжать разговор. Знает ли этот доктор свое дело, и что у него там, в таинственном черном портфеле?

Снедаемый беспокойством, он бесцельно слонялся по комнатам, изредка останавливаясь, чтобы взглянуть на картину над камином. Его двойник, смотрел из рамы, высокомерный и гордый, как в жизни. Да, таким он, Ястреб, и был, пока не встретил Мэгги.

— Мэг-ги, — выдохнул он. Ее имя звучало в устах Ястреба, как молитва.

Он прошел в кабинет жены и там стал молча разглядывать обложки книг, полотна, развешанные по стенам. Он постоял возле компьютера, за которым Мэгги провела столько долгих часов, сочиняя романы.

Ястреб молча смотрел на груду беспорядочно сваленных бумаг на рабочем столе Мэгги, на неоконченные рукописи. Он с любопытством полистал страницы, впервые пожалев, что не умеет читать.

Он услышал, как Джерри вошел в дом, как тихо совещались о чем-то между собой ребята. Потом Лански позвал его.

— Как Мэгги? — взволнованно воскликнул Ястреб.

— Это явление носит название «отслоение плаценты». Произошло отделение плаценты от стенок матки. Это и вызвало кровотечение.

— Но с ней все будет в порядке? Лански утвердительно кивнул. Неожиданно он вспомнил киноленту. События в ней разворачивались так, что белый доктор был доставлен в индейский лагерь, чтобы лечить ребенка вождя. Главное, что Лански запомнил из этого фильма, — вождь грозился прикончить врача, если мальчик не поправится. И хотя Лански был совершенно уверен, что нет никакой опасности, но все же он был рад, что с Мэгги Сент Клер все в порядке.

— А с ребенком?

— Насколько я могу судить, все обойдется. Вам придется проследить, чтобы Мэгги оставалась в постели, пока кровотечение полностью не прекратится. Ей ни в коем случае нельзя вставать, — подчеркнул он последние слова. — Вы меня понимаете?

— Понимаю.

— Вот и прекрасно. Как только кровотечение прекратится, она сможет вставать ненадолго. Но ей нужен покой и никакой физической нагрузки, — он приподнял бровь, — это ясно?

Ястреб утвердительно кивнул. Теперь, когда он знал, что Мэгги вне опасности, он заметил, что Лански поглядывает на него с каким-то беспокойством. Уж не решил ли этот доктор, что в случае чего с него снимут скальп?

Лански кашлянул:

—Ну, если будет нужно, звоните. Через несколько дней я заеду навестить больную.

— Пиламайа, — с искренней благодарностью ответил Черный Ястреб на родном языке. — Благодарю, — добавил он по-английски.

Когда он вернулся в спальню, Мэгги уже крепко спала. Ястреб долго смотрел на темные волосы, пышным облаком разметавшиеся по белоснежной подушке. Мэгги ровно дышала во сне, и он с трудом оторвал взгляд от ее живота.

Тихо вздохнув, он вышел из комнаты.

— Может быть, мы могли бы чем-нибудь помочь, Ястреб, — предложил Джерри.

— Нет.

— Я уверен, мама будет рада помочь, чем сможет. Скажите только слово, и она мигом будет здесь.

Ястреб благодарно кивнул:

— Вы свободны, ребята. Больше здесь делать нечего. Спасибо.

— Хорошо, Ястреб. Надеюсь, мисс Сент Клер скоро станет лучше.

Ястреб наклонил голову. Он сидел в гостиной у камина, глядя, как ребята собирают вещи.

— Если вам что-нибудь понадобится, дайте нам знать, — сказал напоследок Джекоб.

Когда мальчики уехали, Ястребу показалось, что большой дом совсем опустел. Тишина давила на него. Без их веселых молодых голосов жизнь будто бы замерла.

Ястреб вышел из дома и поднял глаза на Черные Холмы. Теперь он точно знал, что дороги назад нет. Никогда больше ему не пройти Тропою Духов. Это та цена, которую он заплатил за жизни жены и сына.

Бобби Гордый Орел вернулся туда, где ему суждено было остаться.

А что же он, Ястреб? Что суждено ему?

Ястреб подал ей стакан молока. Мэгги радостно улыбнулась. Миновала неделя с тех пор, как они вернулись на ранчо, и Ястреб был неизменно добр и предупредителен с нею. Он выполнял ее малейшие желания. Причесывал ее, купал, ухаживал, как любящая мать за младенцем. Он растирал ей спину, плечи, ноги. Ястреб следил за тем, чтобы она хорошо питалась, принимала все витамины и препараты, выписанные доктором, пила достаточно жидкости и спала днем. По вечерам Ястреб не отходил от ее постели. Они говорили о будущем ребенке, смотрели телевизор.