Чтение онлайн

Девушка рот ладошкой прикрыла и мягко засмеялась, признавая свою оплошность.

И каково же было мое удивление, когда мы с Анной приехали не куда-нибудь, а в элитный стрип-клуб. Поправка - с мужским стриптизом. Девушка была к тому моменту изрядно подшофе, висела на моем локте и через каждые три шага спотыкалась на своих высоких каблуках, поэтому на мой ошарашенный и слегка ошалевший вид громко рассмеялась, окинув голову.

– Мы точно в нужное место приехали?
– на всякий случай уточнила я и слегка Аньку за плечо потрясла.
– Сюда нам надо?

– Сюда-сюда. Эх, оторвемся! Ты здесь была?

– Не доводилось как-то.

– А зря, зря. Пользуйся, ой, черт, - каблук неудачно попал в ямку, и девушка еле удержалась на ногах, в последнюю минуту схватившись за рукав моей дутой куртки.
– Да что ж за дороги здесь, япона мать?

– Не выражайся. Ты ведь "почти филолог" и не устаешь об этом напоминать.

– У меня день рождения. Сегодня можно все. Я угощаю.

Народу здесь оказалось очень много и, конечно, преимущественно одни женщины. Разных возрастов, комплекции и степени смущения. Какие-то - вальяжно и нагло пялились на мужские задницы, обтянутые джинсами, какие-то - стыдливо отводили глаза и прятали горящий румянец на щеках. Наши девчонки сидели у самой сцены, весело улюлюкали танцующим парням и салютовали им бокалами. Увидев нас, они нестройным хором протяжно и фальшиво пропели:

– С днем рожденья тебя! С днем рожденья тебя! С днем рождения, Анна, с днем рожденья тебя!
– все захлопали в ладоши и принялись обнимать смутившуюся девушку, а потом чокаться друг с другом.

Я тоже, как и все, улыбалась, наперебой поздравляла именинницу и всячески активничала. Когда ажиотаж спал, а девушка разбились на кучки по интересам, мой взгляд упал на меню. За свой "пропуск на вечеринку" я заплатила - скинулась со всеми девчонками Ане на подарок, значит, настал ее черед возвращать деньги мне. Пользуясь возможностью, наелась до отвала, перепробовав все, что можно, и расслабленно откинулась на спинку бордового кожаного дивана.

Сложила руки на животе, сыто улыбнулась и без особого интереса принялась наблюдать за извивающимися накаченными телами, покрытыми маслом. Впечатляло, прямо скажем, но такого возбуждения, как остальные, я не испытывала.

А девушкам по-настоящему голову снесло. Алкоголь убрал последние нравственные барьеры, и милые красавицы, позиционирующие себя примерными дочерьми, будущими матерями и хозяйками семей, а также цветом творческой интеллигенции, орали что-то не совсем пристойное одному из танцоров в ковбойской шляпе. Парень на них внимания не обращал, спокойно дотанцевал свой номер и ушел со сцены, а однокурсницы раздосадованно выдохнули, но тут же приободрились, решив заказать приват. Хотя бы для именинницы, которая, судя по расфокусированному, затуманенному взгляду, была отнюдь не прочь приватизировать паренька.

К трем ночи самой трезвой осталась только я, и именно мне предстояло транспортировать этих красавиц разной степени подпития. Интеллигенция интеллигенцией, а пьют как лошади.

– Алька, ты такая классная, - заплетавшимся языком Аня признавалась мне в любви и вечной преданности.
– Я тебя так люблю...Ну реально ты...ты супер! Спасибо тебе, подруга.

– Завтра спасибо не забудь сказать, - не слишком любезно пропыхтела я, таща виновницу торжества к такси.
– Кто ж вас пить учил?

– Тссс!
– девушка болезненно поморщилась.
– Чего шумишь?

Кое-как отделавшись от нее и усадив в машину, я вернулась в клуб за собственными вещами. К четырем утра уже почти никого не осталось, две трети примерно потянулось к выходу, и танцоры вздохнули спокойно. Я как раз куртку надевала, выправляя из-под нее волосы, когда взглядом зацепилась за одну мужскую фигуру. Походка и осанка кого-то напомнили, и я даже прищурилась, пытаясь понять, кого именно. Словно почувствовав, что на него смотрят, парень обернулся, вопросительно на меня поглядел несколько секунд, а потом его ярко-голубые глаза расширились, выдавая огромное удивление.

– Эээ...Саша?

– Она самая, - улыбнулась я и покачала головой.
– Не ожидала тебя здесь встретить...
– прочитала имя, написанное на бейджике.
– Джон. Давно имя сменил?

Антон по-прежнему слегка ошарашенно смотрел в мое лицо. Никто из нас не ожидал подобной встречи.

Глава 54.

Когда нам читали курс истории в университете,

я долгое время недоумевала над Владимиром Святославовичем.

Даже не над ним самим, а над тем, что он был канонизирован.

А за что, собственно? Он грабил, убивал и насиловал,

не испытывая при этом никаких мук совести.

Но после того как он по политическим и личным соображением

выбрал для нас христианство, он стал святым.

Куда делись все изнасилованные, убитые и ограбленные?

Вот вам и святость.

Саша

Время пошло ему на пользу. Раньше, когда мы вместе жили, Антон был стройным, а когда стал работать грузчиком, то превратился в тонкого, как тростинку, но жилистого парня. Сейчас же руки бугрились выдающимися мышцами, а сквозь белую обтягивающую футболку просматривались скульптурные кубики живота, такие рельефные, что хотелось протянуть руку и потрогать их - на самом ли деле они такие твердые или так только на вид? Антон лоснился, как сытый и живущий в тепле кот, и даже блестел, правда, это заслуга скорее масла, нежели его самого. В общем, ничего общего с тем парнем, которым он был когда-то.

– Польщена тем, что ты узнал меня, - тембр моего голоса автоматически стал бархатным, зовущим и медовым. Пусть я пока и забывалась, но рядом с мужчиной все штучки Элеоноры Авраамовны включались автоматически. С любым мужчиной.
– А вот я тебя с трудом. Ты изменился, Антон.

Он склонил голову набок и посмотрел мне в глаза. Пораженный. Удивленный. И восхищенный.

– Ты тоже.

– Я знаю. Как видишь, времени зря не теряла, - не успев застегнуть куртку, сняла ее и покружилась перед парнем, демонстрируя себя во всей красе.
– Нравится?

– Неплохо, - признал он.

– Неплохо? Неплохо - это очень плохо, Антон. Очень плохо.

– Ты занята сейчас?
– перевел он разговор.

– Нет. Устала, конечно, но домой можно пока не спешить. Выпьем кофе?

Антон согласно кивнул, посмотрел на часы и попросил:

– Подожди меня минут десять, хорошо?

– Без проблем.

Пока он метался по уже опустевшему танцполу, на повышенных тонах разговаривая с барменом, охранником и двумя парнями, не снявшими свои ковбойские шляпы, я удобно устроилась на диванчике, ногу на ногу закинула, периодически ножкой покачивала и наблюдала за этим мельтешением. Меня никто не трогал и, казалось, вообще не замечал. Антон освободился, кожаную куртку сверху накинул, воротник поднял и помог одеться мне.