Труп на сцене
Шрифт:
– Предполагаемый центр по распространению наркотиков. Тебе бы до этого не додуматься, Уиллер, точно?
– Почему это ты так решил?
– Джон Ландис курил марихуану, ведь так? Где он ее доставал? Почему он постоянно отирался вокруг “Золотой подковы”? Все складывается один к одному, даже ты своим неразвитым мозгом должен это понять!
– Может быть. Ну и как, много нашли?
– Да ничего не нашли, если ты это имеешь в виду, – его голос стал совсем кислым. – Я считаю, что они вынесли все наркотики из притона вчера ночью. Завтра я должен снова открыть этот чертов подвал.
– Да, незавидное положеньице. Что, сильно давят?
– – Жарко тут у нас. Но я не особенно беспокоюсь. Уверен, хозяйка все сама провернула. Я заставлю ее расколоться!
– Ты говоришь просто ради самого процесса словоизвержения. У тебя молчание не только звучит прекрасно, но оно и красит тебя.
– А если говорить о давлении, – пробулькал Хэммонд, – то у тебя есть собственные проблемы, Уиллер. Этот старина Ландис буквально начал охоту за твоим скальпом. И судя по тому, что я здесь слышал, он добьется своего!
– Тебя не правильно информировали, лейтенант, впрочем, как и всегда. – Я положил трубку.
Сам же подумал, что на этот раз информация Хэммонда вполне может соответствовать действительности. И с этими радостными мыслями я выскочил из квартиры и залез в машину, припаркованную у обочины.
Итак, я направляюсь на свидание с Полуночной О'Хара. Полуночная в полночь. Будет ли она петь для меня?
Глава 9
Она открыла дверь и холодно взглянула на меня.
Мой взгляд был более теплым.
Ее светлые волосы были зачесаны назад и стянуты на затылке. Это придавало ей вид утонченной простоты. Такая прическа очень подходила к ее прозрачному черному пеньюару. И опять под пеньюаром у нее ничего не было. Я так хотел хотя бы краешком глаза взглянуть, что же там находится. Даже после активных упражнений с Риной вид Полуночной возбуждал меня.
– Заходите, – резко бросила девушка.
Я зашел внутрь, закрыв за собой дверь. Квартира оказалась просто чудесной: раза в три больше моей берлоги, обставлена просто, но со вкусом, в современном стиле, что позволительно каждому, имеющему лишних тысяч пять долларов.
– Мне нравится ваша квартира, – для начала беседы отметил я. – Мне снять ботинки?
Полуночная пожала плечами, так и не позаботившись мне ответить.
– Мне приходилось читать Дейла Карнеги, но у меня такое впечатление, что толку от этого никакого. Девушка закурила сигарету и повернулась ко мне.
– Вы все так же продолжаете шутить!
– О чем это вы?
– Да все о той же вашей блестящей шуточке: о назначении мне свидания сегодня вечером после моего выступления. Какое благородство со стороны фараона, он даже позволяет себе подождать, хотя знает, что собирается прикрыть заведение!
– Я не знал, что вас собираются прикрыть. Впервые я услышал об этом от Кларенса. Это вовсе не моя идея, а лейтенанта Хэммонда.
Мои оправдания не произвели на нее ровным счетом никакого впечатления.
– Если у вас есть, что сказать мне, лейтенант, то давайте покороче, я очень устала.
– Разве вы не предложите мне выпить? – с надеждой спросил я.
– Нет!
– Я только помечтал.
– Но вы же пришли сюда не для того, чтобы валять дурака, – заявила Полуночная, глубоко вздыхая, от чего ее соски четко обрисовывались.
– Это уж точно. Вы солгали мне о Джонни Ландисе, когда я вас о нем спрашивал. Вы утверждали, что никогда раньше его не видели.
– Я все объяснила лейтенанту Хэммонду. Разве вы, фараоны, не общаетесь друг с другом, когда работаете по одному делу?
– Вы солгали потому, что знали, что он Джонни Ландис?
– Естественно. Я знала, что у меня будут неприятности, ведь мне было известно, кто его отец. Я обо всем этом уже рассказала лейтенанту Хэммонду!
– Я знаю. Может, Хэммонд даже и поверил этому, но только не я.
– Вы хотите сказать этим, что я лгунья?
– Частично, – согласился я. – Хэммонд прикрыл ваше заведение, потому что считает: там распространяются наркотики.
– Да знаю я это! Но он не нашел и следа каких-либо наркотиков, значит, был не прав.
– А может быть, и нет.
– Послушайте, – в отчаянии воскликнула девушка. – Этот тип облазил все углы моего подвала! Они все обыскали, обшарили всех посетителей! Они обыскали даже меня, для чего специально привозили женщину-фараона!
Она опять глубоко вздохнула, и ее привлекательные груди заманчиво колыхнулись.
– Говорю вам, если бы наркотики были, то уж эта матрона нашла бы их!
– В любом случае, по словам Хэммонда, вы можете завтра открываться.
– Очень мило с его стороны!
– Если, конечно, они не найдут наркотики, – добавил я.
– Я же вам только что сказала, что они ничего не нашли.
– Вы имели в виду, что они пока ничего не нашли. Полуночная уставилась на меня и не сводила глаз секунд пять, потом уголки ее рта медленно опустились.
– Что может означать эта глупая шутка? – выдавила она из себя.
– Ландис, папаша Ландис, оказывает на нас чертовски сильное давление. Требует немедленной поимки убийцы сына. Нашему отделу надо продемонстрировать какие-нибудь результаты, предпринимать какие-нибудь действия. Если полиции удастся накрыть местечко, где Джонни приобретал свою травку, это уже будет кое-что.
– Вы хотите подставить меня. Неужели вы…
– Точно, – мягко произнес я. – Я могу это сделать, не ударив палец о палец. Нам и нужно-то всего немного наркотиков, и они у нас уже есть. Останется только под присягой подтвердить, что мы нашли их в “Золотой подкове”.