Чтение онлайн

Р ы д у н. Да перестаньте вы!..

Звук подков. Всадник подъезжает к вокзалу.

Это Тиц. (Прислушивается.) Кажется, трезвый...

Смежный с буфетом грязный полутемный зал третьего

класса. Сквозь стеклянную дверь, ведущую на перрон,

проникают бледные лучи начинающегося рассвета. На

сколоченных наспех нетесаных нарах - скорчившиеся под

шинелями, греющиеся друг о друга солдатские тела. У

стены, рядом с дверью, ведущей в первый класс,

составленное в деревянную пирамиду оружие, охраняемое

часовым. Часовой - стройный парень с живым,

энергичным и по-своему красивым лицом. Звук подков.

Часовой повернул голову, прислушался. Задребезжало

спекло, и в дверях возникла фигура офицера. Офицер

долговяз, белес и, по-видимому, совершенно пьян.

Т и ц. Вольно! Добрый вечер.

Молчание.

Скажите, еще поздно или уже рано? Что?

Молчание.

Я спрашиваю: который час?

Молчание.

Как? (Оглядывается и натыкается глазами на часы.) Благодарю вас.

Молчание.

Свинская погода - nicht war? "Wer reitet so spat durch Nacht und Wind? Es ist em Vater mit seinem Kind...". Дальше я не знаю. Почему все молчат? Это... не корректно. (Запевает.) Не спите, рыцари, в дозоре-е!..

В а с и л и й (не поворачивая головы, внятно). Перестань орать, сволочь. Людей будишь - понятно?

Т и ц (оледенел). Кто это сказал?

Молчание.

Кто сказал? Два шага вперед! (Сам делает два шага вперед и наконец замечает часового.) Кто сказал?

В а с и л и й. Не могу знать. Никто не говорил.

Т и ц. Как - нет? Что? Кто сейчас кричал?

В а с и л и й. Вы изволили кричать, ваше благородие.

Т и ц. Я? (Грустно.) Значит, я пьян. (Строго.) Кто ты такой?

В а с и л и й. Рядовой Барыкин Василий. Охраняю пост.

Т и ц. Ага, часовой! Ты понимаешь свое значение?

В а с и л и й. Так точно. Отойдите от пирамиды.

Т и ц (пятится). Прекрасно, мой друг. Я уважаю устав... (Взмахивает руками.) Часовой! Куда идет Россия?

В а с и л и й. Не могу знать.

Т и ц. Ты должен знать. Я был в городе. Ты знаком с Зелениным? Он товарищ председателя... не помню чего... (Интимно.) Я живу с его женой - это должно остаться между нами, как между мужчинами. Но это вздор. Он говорит... Ты понимаешь меня?

В а с и л и й. Так точно.

Т и ц. Это очень хорошо. (Значительно.) Рушатся устои, часовой! Москва в огне. Брат восстал на брата, близится расплата... Тссс! Это запрещенное... У тебя русская душа?

В а с и л и й. Не могу знать.

Т и ц. Не отрицай. У меня тоже русская душа. Русская душа - это стихия! Мятежная стихия! Русский родится бунтарем - это национально. Ты социалист?

В а с и л и й. Никак нет - кочегар.

Т и ц. Я хочу обнять тебя, как меньшого брата. (Пятится.) Ну, ну, прекрасно, мой друг! Я уважаю устав.

Пауза.

Ужасно, часовой! Чрезвычайное положение. Есть приказ...

В а с и л и й (быстро). На других линиях бастуют, стало быть?

Т и ц. Тссс! (Вдруг недоверчиво уставился на Василия.) Кто тебе сказал?

В а с и л и й. Вы сказали, ваше благородие.

Т и ц. Я не должен этого говорить. Значит, я пьян. Зеленин говорит забастовкой охвачен весь узел. Были эксцессы. Он знает... у него есть в штабе... Есть приказ... По нашей дороге в Москву будут переброшены войска. Ты видишь - я откровенен. Я не хочу этого знать. Я хочу домой. У меня есть мать и сестры. Чистые девушки. Одна учится в консерватории. У нас настоящий Бехштейн. Над ним висят часы. Они делают так: ку-ку! Мы ужинаем вместе. Белая скатерть. Мне дают рюмочку кюммеля.

В а с и л и й (брезгливо). Понятно.

Т и ц. Я уверен, что ты меня понимаешь. Я не политик. Я хочу покоя. И я буду его защищать с оружием в руках, слышите!! (Пугается своего голоса и опять начинает ныть.) Часовой! Что меня ждет?

В а с и л и й (его взорвало). Тебя, наверное, повесят. Будешь болтаться на сосне и пугать ворон.

Т и ц (открыл рот от неожиданности). Что? Как ты сказал? Значит, ты негодяй? Я тебя сейчас!..

В а с и л и й. Пошел вон! Ты пьян, а я часовой.

Т и ц. Ка-ак?

Д о р о ф е й (показывается в дверях). Разговоры на посту! (Наступает на Василия.) Службы не знаешь, сукин сын? (Тицу.) Виноват, ваше благородие.

Т и ц (бормочет). Он... Он...

Д о р о ф е й. Так точно - понимаю. Нездоровится, ваше благородие? Дозвольте проводить. (Берет его под руку.)

Т и ц. Проводи... Он... Он... (Грозит Василию, затем повисает на Дорофее.)

Д о р о ф е й. Так точно. Сюда, ваше благородие. (Осторожно доводит Тица до двери офицерского зала, проталкивает его внутрь и на секунду задерживается в дверях, обернувшись к Василию.) Ты... поговоришь у меня!

Дверь закрылась. Часовой резко повернул голову и

опять застыл в предусмотренной уставом позе.

Опять офицерский зал. Те же, Тиц и Дорофей.

Д о р о ф е й (поддерживая Тица). Пожалуйте, ваше благородие. Вот сюда. Ну-кась, еще ножкой! Ну и хорошо! Эх, нездоровится-то как! (Устраивает его на диванчике, затем достает из обшлага шинели разносную книгу и вытягивается перед Рыдуном.) Депеша, ваше высокоблагородие! (Подает запечатанный конверт.)

Р ы д у н (разглядывает пакет, затем поднимает глаза, смотрит на ефрейтора). Что это у... (Догадывается и умолкает, сердито кашляя.) Прапорщик, распишитесь там...