Турнир
Шрифт:
Все-таки он немного не рассчитал свои силы – азарт погони сыграл злую шутку. Ему нет нужды применять заклятие поиска по крови – Высший вампир учует знакомую кровь за сотни лиг, но… За все в этой жизни надо платить. Двухдневный перелет в облике летучей мыши, перевоплощение в туман и долгое блуждание по нижнему ярусу башни превратили его в дряхлую развалину.
Срочно требовалась свежая кровь!
Осторожный скрип открываемой двери заставил вздрогнуть. Мысленно выругавшись на собственную беспечность, Цириус раскрытой ладонью толкнул ставший вдруг упругим затхлый камерный воздух в сторону столика. Пламя свечей, испуганно мигнув, погасло.
– Дорогая?!
Стоящий на пороге камеры седовласый мужчина шарил по карманам красного камзола в поисках кресала.
– Ты почему задула свечи?
Чтобы ты, болван, меня не увидел! – чуть было не сорвалось с языка у почтенного аптекаря. Бесшумно поднявшись с кровати, он выпустил клыки.
– Ты здесь, милая?! – Голос ловеласа прозвучал неуверенно и с некоторым испугом.
– Да, – сказал вампир.
– Слава богам! – с нескрываемым облегчением выдохнул мужчина. – А я уж было подумал, что тебя не смогли перевести в эту камеру… – и с самодовольным кокетством спросил: – Ты ждала меня?
– Да, – прошептал вампир, плотоядно облизывая губы.
– Потерпи, прелесть моя! Сейчас я найду это бесово огниво и разожгу огонь… Тебе, наверное, страшно было одной в кромешной темноте?
– Да… – с легким шорохом выпустив когти, вампир скользнул навстречу жертве.
– Не бойся! Со мной тебе нечего бояться.
– Да, – сказал вампир.
– Дорогая?! – отчего-то насторожился мужчина.
– Да?
– Это ты?!
– Да… – сказал вампир и с наслаждением приник к сонной артерии.
Косая башня, нижний ярус,
полночь
– Смотри внимательно! – Девушка гордо приподняла подбородок, грациозно выгнула спинку и выставила вперед левую ногу, по-балетному вытянув носок.
Простенькое домотканое платье обтянуло соблазнительно-пышную фигуру. Деревенская молочница чудесным образом преобразилась в ослепительную красавицу. Девушка звонко щелкнула пальчиками, на мгновение замерла античным изваянием и сорвалась, поплыла по камере в обольстительном танце, будоражащем сознание и вызывающем томление в низу живота.
Она пришла три четверти звона назад. Лис к тому времени уже устал нарезать круги по камере в ожидании побега. Ушла Яна, весь вечер наводившая на него макияж, пропали стражники, клятвенно пообещав вернуться за ним ближе к полуночи. Давил на грудь, не давая свободно вздохнуть, тугой корсет из моржового уса, ныли ноги, непривычные к высоким каблукам узких женских туфель. Измучившись ожиданием, Лис прилег на лежанку и уснул беспокойным, тревожным сном.
Проснулся он от негромкой перебранки, доносящейся через открытую дверь из коридора. Мелькнули туши стражников. Пока протирал спросонья глаза – в камеру втолкнули девушку. Дверь с громким лязгом захлопнулась.
– Здравствуй, милочка! – бархатным голоском проворковала гостья.
Антон еще раз протер глаза – на этот раз от изумления. Даже в полумраке он сразу же узнал Аттику. Лишь на секунду замявшись, решил подыграть ей, да и облик новый не мешало проверить, обкатать в боевой обстановке.
– Ты как, девка наглая, к высокородной даме обращаешься? – гневно вопросил тренер. – Плетей захотелось отведать? Может, стражу кликнуть?
Зло сверкнув глазами, девушка сделала быстрый книксен.
– Простите, госпожа, обозналась в темноте, – дрожащим голосом извинилась она. – Я молочница простая, у нас в деревне знатных леди никогда не видели. Разве что жена старосты…
– А в столице? – ухмыльнувшись, перебил ее Лис.
– Что – в столице? – недоуменно переспросила девушка.
– В Сай-Доре ты разве никогда не была? Там особы аристократической крови на каждом шагу встречаются. Куда ни плюнь – попадешь в баронессу или графиню.
Глуповато хихикнув, Аттика испуганно замахала руками.
– Да кто ж меня туда пустит? Мне там делать нечего, да и денег таких нет, чтобы на дорогу тратиться. На сливках да твороге не разбогатеешь… Но так хочется взглянуть хотя бы одним глазком! – мечтательно вздохнула она.
– На очередную игру «ястребов» попасть, – невозмутимо продолжил он.
Тихонько ойкнув, девушка подозрительно прищурилась.
– Тренер? – неуверенно произнесла она через секунду.
Сняв парик, который полдня мастерили из лошадиной гривы, Антон от души расхохотался. Аттика с радостным визгом бросилась ему на шею.
– Рассказывай! – потребовала она, когда восторги поутихли. Нахлобучив на место парик, девушка придирчиво осмотрела невзрачную конструкцию, хмыкнула, но промолчала.
– Что рассказывать-то? – Антон, неумело подоткнув подол платья, присел на лежанку.
– Все! – Аттика уютно устроилась у него на коленях, обняла одной рукой за шею и принялась теребить модельную прическу.
Тяжело вздохнув, Лис выложил все как на духу. И про похищение, и о бедной княжне, не забыл в подробностях выложить план побега из крепости. В неволе время течет по-другому; люди, окружающие тебя, отличаются от привычных – тех, которых встречаешь на свободе. Любой новый человек – это скорее враг, чем друг. Но если встретишь нечаянно давнего знакомого, торопишься излить ему душу. Антон тюремного опыта не имел, простейших истин, известных любому уголовнику, не знал, и сейчас взахлеб рассказывал обо всех своих злоключениях. Хищный блеск в глазах девушки и задумчиво прикушенную губу он списал на банальное сочувствие.
– Забавно… – певучим голосом протянула она и ласково укусила его за ухо.
Лис ничего забавного в этом не видел, но согласно кивнул в ответ – эта девушка умела расположить к себе, спорить с ней не хотелось. Мягкое, податливое тело и упругая грудь путали мысли, не давали сосредоточиться.
Внезапно соскочив с коленок, Аттика крутанулась в сложном танцевальном па.
– Смотри внимательно!
Легкая хрипотца приятного голоса придавала зазвучавшей мелодии особый шарм; отбивая ритм щелчками пальцев, девушка закружилась по камере в призывном танце. Восхитительная сексуальная пластика породила очередную горячую волну в области бедер – сжав зубы, Антон едва слышно застонал. Грациозной пантерой скользнув к нему, Аттика жаркими руками обхватила за шею. Полетел в сторону парик, жалобно пискнув, с треском расстегнулся корсет, свалились с ног опостылевшие туфли; нежный сосок девичьей груди сам прыгнул в ждуще распахнутые губы…