Чтение онлайн

– Черта с два, – проговорил Дарлинг. – Доктор Сент-Джон кончит тем, что окажется в желудке у этой твари. Туда ему и дорога. – Он наклонился, поцеловал жену и взглянул на стопку бумаг, лежащую на столе позади нее. – Что это вы, девочки, делаете? Прибираете к рукам «Дженерал моторс»?

– Да ничего особенного, – сказала Шарлотта и вернула мужу поцелуй. – Иди, куда собирался. – Она направилась к столу, остановилась и добавила: – Тебе звонили.

– Кто? Что им было нужно?

– Они не сказали. Иностранцы. Тот, с кем я говорила, по выговору похож на канадца. Они просто хотели знать, свободен ли ты.

– Свободен для чего? Ну ладно, можно догадаться. Если они позвонят еще, скажи им, что я был свободен вплоть до последних десяти минут. Теперь же, совершенно неожиданно, я ушел от дел.

«Что за насмешка», – думал Дарлинг, выходя из здания Палаты. Они созвали общеостровной форум, но на самом деле это оказалось просто-напросто смешным притворством, средством для премьера Соломона Такера показать населению, что он озабочен случившимся, в то время как в действительности он не предпринял никаких действий. Возможно, никто и не смог бы что-нибудь сделать, но премьер не счел нужным признать это. Как и большинство политиков, он распространялся о своих идеях и замыслах, фактически ничего не обещая.

Каждому из присутствовавших позволили выпустить пар и предложить безумные планы, что предпринять по поводу чудовища, о котором всего несколько человек когда-либо слышали и которое никто никогда не видел. Теперь, если все успокоится и придет в норму, старина Солли сможет говорить о демократии в действии, а если ситуация осложнится, он сможет переложить по крайней мере половину вины на людей, которых пригласил к участию в деле, но у которых не нашлось никаких решений этой задачи. Он оказывался в выигрыше при любых обстоятельствах.

Дарлинг глубоко вдохнул ночной воздух и решил отправиться домой пешком. Это всего две мили, а ему необходимо размяться после двухчасового сидения. Он решил, что собрание продлится по крайней мере еще час, пока люди будут пререкаться по поводу текстов предупреждений, которые придется выпустить.

Возможно, уже поздно беспокоиться о предупреждениях. Благодаря Лайаму Сент-Джону и его нескончаемой кампании по рекламированию собственной персоны в утренней газете появится такой заголовок: «Чудовище – это гигантский кальмар, Сент-Джон утверждает это». К настоящему моменту от этой новости горят все провода на планете.

Некоторые люди выразили надежду, что уже стартовавшие гонки Ньюпорт – Бермуды не пострадают, но та часть соревнований, которая приносила доход Бермудам, уже принесла убытки. Резервирование мест в отелях сократилось, поставщикам провизии некуда было ее поставлять, таксисты просиживали без дела, играя в криббидж на капотах своих автомобилей.

Даже Дарлинг ухитрился потерять кучу денег, которых еще не заработал. В середине собрания Эрнест Чемберс, ныряльщик, который ранее предложил Дарлингу работу по аренде судна во время перерыва в гонках, вскочил с места и заявил, что две трети его заказов на выход в море с ныряльщиками уже отменены, и поинтересовался, что собирается предпринять правительство по этому поводу.

Как и можно было ожидать, Сент-Джон выждал, когда обсуждение, казалось, зашло в тупик, затем поднялся со своего места среди членов кабинета и после напрасной попытки сделаться выше своих пяти футов и четырех дюймов при помощи взлохмачивания кудрей тыквенного цвета призвал к общественной поддержке его плана действий.

Так как никто не имел достаточных сведений о чудовище, чтобы вынести решение по плану Сент-Джона, раздались голоса, требующие, чтобы Дарлинг высказал свое мнение по этому поводу: «Вип вылавливал и видел все твари, которые Бог поместил в наших краях».

И Дарлинг рассказал собравшимся, что он читал по этому поводу, и предложил свои выводы: появление гигантского кальмара в районе Бермуд было делом случая, каким-то сбоем в природе, и, поскольку суда и люди не были его естественной пищей, он, по всей вероятности, скоро уйдет отсюда, а пытаться изловить или уничтожить его не имеет смысла, потому что, по его, Випа, мнению, никто не сможет этого сделать, несмотря на честолюбивый план доктора Сент-Джона. «Короче говоря, – сказал Дарлинг, – оставьте животное в покое и ждите».

Сент-Джон назвал подход Дарлинга к этому вопросу «бездеятельным пораженчеством», и это вызвало новый раунд той же дискуссии.

Когда Дарлинг уходил, пробиваясь локтями сквозь толпу людей, он слышал, как кто-то упомянул о выпуске официального предупреждения мореплавателям, кто-то еще предложил сделать сообщение в печати о том, что каждый год от укусов пчел гибнет больше людей, чем от всех морских существ, вместе взятых. Он слышал также, как премьер объявил о создании комитета по рассмотрению предложений, возглавлять который будет доктор Сент-Джон.

Дарлинг шагал вдоль дороги к Сомерсету и думал, что же делать. По мнению Випа, часть проблемы всех этих людей заключалась в новой, современной жизни. Раньше, в старые времена, люди приняли бы появление чего-то, подобного архитеутису, без каких-либо вопросов. Необъяснимое и неизбежное составляло часть их жизни, и люди умели смиряться с этим. Но теперь все иначе. Люди были разбалованы. Они не могли примириться с ситуацией, требующей терпения и не имеющей легких решений.

Когда Вип подошел к узкой части дороги, укрепленной с обеих сторон стенами из известняка, сзади к нему приблизилась машина. Он сошел с дороги и попятился к стене, чтобы дать автомобилю проехать, но, обогнав его, машина замедлила ход и остановилась прямо перед Дарлингом.

«Ну, что еще?» – подумал Вип. Он посмотрел на багажник машины и увидел фирменный знак «БМВ». Кто-то богатый... и глупый. В стране с ограничением скорости до двадцати миль в час машина марки «БМВ» не являлась средством передвижения, она была забавой.

Со стороны пассажирского сиденья вышел какой-то мужчина и направился к Випу.

– Капитан Дарлинг? – спросил он.

Дарлинг разглядел пиджак из твида, желтовато-коричневые брюки и прогулочные ботинки с невысоким верхом, но не видел лица незнакомца.