Твоими глазами
Шрифт:
Пришедший вместе с ними мужчина жестом подозвал нового шамана. Вытянув руку, он что-то вложил в ладонь Онегесиуса и добродушно улыбнулся.
– Всегда помни, – его голос был легким и мелодичным, – все, что мы делаем, возвратится нам сторицей.. Соблюдай это правило. Клади его в воду каждый раз, когда вам понадобиться дождь.
Игнорируя вопли бывшего шамана и глупой невольницы, Онегесиус с интересом посмотрел на дар незнакомца. На ладони лежал маленький камень темно-синего цвета с отверстием в середине. Мужчина, принесший племени бесценный дар, приложил ладонь к сердцу, еще раз улыбнулся и направился следом за удаляющейся группой.
Глава 1
Наши дни.
Ранняя весна больше походила на затянувшуюся зиму. Редкие прохожие зябко кутались в верхнюю одежду, предпринимая жалкие попытки хоть чуть-чуть согреться. Несмотря на уже растаявший снег, было очень холодно. А мороз, навещавший город по утрам, прочно сковывал многочисленные лужи ломким кружевом льда.
Девушка зябко поежилась и прижалась к мужчине, запустив ладонь под расстегнутое пальто. Нет, холод не мог причинить Фир вреда, но за последние несколько столетий она научилась ценить комфорт, которого была лишена большую часть своей долгой жизни.
Сердце Эккарта билось как всегда чуть быстрее, чем у обычного человека, а температура тела была ощутимо выше. В такую погоду Ллариг хотелось обвиться вокруг него, лаская пальцами мягкие прядки волос на мужском затылке. Вдыхать запах кожи, пробовать на вкус… Стоп. Фир потрясла головой. Место и время были неподходящими. Не то, чтобы ее когда-нибудь останавливало, если она чего-то хочет. Но, если учитывать тех странных людей, следующих за ними от самого ресторана…
– Я больше не чувствую их запаха, – прошептал Эккарт ей в шею. Горячее дыхание коснулось ее кожи, заставив Фир прижаться к груди мужчины еще сильнее. – Зато я чувствую кое-что другое. Не менее интересное.
– Да? – выдохнула она, пробежав пальцами вниз по его груди, обтянутой лишь тонким свитером.
– Я не совсем это имел в виду, – потерся он подбородком о ее макушку, – но мне нравится ход твоих мыслей.
Девушка довольно улыбнулась. Фир обожала чувство, что она действует на Эккарта так. Даже после тех веков, что они провели рядом.
– Тогда, может, разделимся? – предложила она.
Эккарт нахмурился, показывая, что эта идея ему не понравилась, но кивнул.
– Будь осторожна, Geliebte[2], – сказал он, частыми мелкими поцелуями касаясь ее лица, – сохрани свою жизнь для меня.
– Только если ты поступишь так же… – прошептала она, целуя его в ответ. – Сохрани свою жизнь для меня, Аnsa[3].
Своеобразный ритуал, складывающийся веками, позволял спокойно отпустить от себя любимое существо. Выказать доверие к силам и стойкости, способности защититься самому и защитить партнера при случае. Выразить словами любовь, о которой эти двое говорили друг другу вслух очень редко. И никогда – при посторонних.
Оборотень погладил Фир Ллариг по щеке, касаясь так, будто она была хрупкой, словно горный хрусталь. Хотя, если бы Богиняделала эту девушку из подручных материалов, то наверняка взяла бы алмазы и титановый сплав. Но ведь и для ее мужчины Онаиспользовала бы что-то покрепче…
Фир еще раз поцеловала любимого и, выскользнув из его объятий, пошла по дороге. Эккарт недолго постоял, прислушиваясь к цоканью ее каблучков по мокрому асфальту, посыпанному песком вперемешку с солью. А затем исчез из-под света фонарей, растворившись в темноте.
***
Эккарт обежал парк так быстро, как мог, будучи в теле человека. Он не думал, что его заметил хоть кто-то – запах людей был достаточно далек, в отличие от обычного зловония городского парка, включающего алкоголь, мочу и кисло-терпкие вариации гниющего мусора. Однако оборотень не мог утверждать, что его абсолютно никто не видел– ведь он сам не видел ничего уже много веков, и, может быть, не смог бы почуять человека, стоящего достаточно далеко. Но бегал Эккарт достаточно быстро, чтобы со стороны восприниматься как смазанное пятно. В крайнем случае, перекрестился бы случайный прохожий. Или подумал, что показалось. Гораздо больше его сейчас занимала безопасность Фир. Хотя оборотень прекрасно знал, что Geliebte может позаботиться о себе сама, инстинкты вожака просто вопили, требуя защитить от всего, что могло бы угрожать любимой женщине.
Сегодня он чувствовал запахи, которые не ощущал уже сто лет, как минимум. Первый принадлежал Детям Миля[4]. Тем, кто охотился на Жрицу и ее свиту столетиями. Терпкий, чуть отдающий хвоей. Неприятный для человека. Определенно не духи или одеколон. А второй аромат не был неприятен, но вызывал кое-какие воспоминания – запах моря и рыбы, стопроцентно был запахом Фоморов[5]. Ни тех, ни других тут не должно было быть…
Эккарт припомнил легенды, которые Фир рассказывала ему давным-давно... Сначала в Ирландии правили Фоморы. Потом пришли туаты, разбили их в сражении, фактически подчинив себе. А после пришли Дети Миля и, победив Сидов[6], изгнали тех в магические холмы. Наконец оборотень наплевал на бесполезное, в общем-то, дело и полностью занялся окружающими звуками и запахами.
Кислый запах пивного брожения и мужского пота пробился сквозь морозный воздух, смешанный с другими запахами ночи. Трое разных мужчин – определил оборотень. Один из них принимал тяжелые наркотики, другой был болен, а третий напоминал табачную фабрику. Но главным было не это. Они находились рядом с Фир, источая ясный запах эмоционального возбуждения. Оборотень зарычал и рванул вперед, полностью отбросив мысли о древних событиях.
***
Мартовский вечер охватил темнотой дворы, распугав поздних прохожих. По-зимнему холодная погода не очень-то способствовала желанию прогуляться. Димон натянул куцую шапку на уши, чтобы хоть как-то спасти их от пронизывающего ветра, и спрятал руки в карманы. Помогало плохо. Он поерзал на твердой деревянной поверхности лавки, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее. Отхлебнул пиво из бутылки, услужливо поданой Серым, и подавился алкоголем.
– Ох, ты, еп… – восхищенно прозвучало справа. Значит, не почудилось.
По темной аллее шла высокая красивая девушка, одетая в коротенькое красное пальтишко с капюшоном. Ее волосы в свете фонарей отливали медью, каскадом спадая ниже талии. Точеная фигурка, мерно покачивая бедрами, двигалась прямо к их компании. Сама. Будто напрашиваясь на неприятности.
– Какая телка! – восхищенно присвистнул Макс.
Девушка прошла мимо, позволив разглядеть красивое, с тонкими чертами, лицо. Даже не оглянувшись, совершенно не выказав страха. Не обратив никакого внимания, будто они – пустое место.