Чтение онлайн

И разумеется, все остальные.

Улыбка, легкая, на кончиках полных губ, освещала прекрасное лицо. Большие карие глаза с пушистыми черными ресницами. Брови – тонкие, вразлет. Чуть курносый нос… Ану, которую он никогда не видел, оказалась божественно красива. Ее сливочно-розовая кожа светилась здоровьем, белоснежные волосы струились вниз плотной волной, обнимая чуть полноватую – на вкус самого оборотня – фигуру. При взгляде не нее ощущалась мягкость, присущая Жрице в жизни.

Чуть поодаль тонкая хрупкая фигурка Аили льнула к Беленусу, стараясь быть как можно ближе. Рядом они смотрелись так гармонично: высокий темноволосый сид, с тонкими чертами совершенного лица и миниатюрная белокурая девушка, с восхищением смотревшая на мужчину рядом. Оба одетые в зелено-коричневые тона с ярким добавлением белого, будто живые дополнения друг к другу.

Его друзья, семья, стая.

– Мы все очень рады, что вы в порядке, – оборотня окутал знакомый запах. Ану подошла ближе и протянула руку, погладив Фир по волосам, – просто замечательно, что все окончилось хорошо.

На Жрице было длинное белое платье с вышивкой по краю, причудливо блестевшей золотом, когда на узор попадал солнечный свет, прокравшийся в окно. Эти переливы буквально заворожили мужчину, смотревшего на мир сквозь стекла темных очков.

– Ану, – Фир слегка наклонилась, приветствуя Жрицу.

Эккарт повторил жест, с улыбкой глядя на недовольное лицо беловолосой сидхе. Она давно отказалась от церемоний в их собственном тесном кругу, хотя остальные так же упорно старались их соблюдать.

– Ну я же просила… – с укором произнесла Ану.

– А я тебе тысячу раз объяснял, что это необходимо, – подал голос Беленус. – Ты Жрица, а значит, и отношение должно быть соответствующим. Они твоя охрана, выполнившая свою работу по высшему разряду. Так что, можешь просто поблагодарить их и закончим с этим.

Ану только улыбнулась в ответ. Она прекрасно знала все традиции, просто…

– Да! – Притворно пробурчал Маккон, – легко тебе говорить, ты относишься к высшей знати. А я себе уже коленку отбил в церемониальном поклоне Дарену.

Беленус только развел руками. Жрец действительно требовал четкого соблюдения всех существующих правил, давным-давно посчитав, что это поднимет его статус среди фейри, которые соблюдали старые традиции. Он был прав, в конечном итоге. Те, кто еще помнил времена Племен Дану, не только боялись Короля Дикой Охоты, но и попросту уважали Дарена, передавая это отношение более младшим.

Улыбнувшись еще шире, Ану махнула рукой.

– Вы действительно проявили себя, мои воины. Спасибо за защиту дома и его обитателей, – торжественно произнесла она, – но я бы предпочла, чтобы Фир не участвовала в боях какое-то время.

– Я согласен, – добавил Эккарт. Он все еще сидел на постели, бережно прижимая к себе свою женщину. – Беременность от нашего вида и так протекает сложно. Мне бы не хотелось подвергать тебя ненужной нагрузке.

– Мы думали об этом, Па, – Конхенн подошел ближе, – и поговорим с Дареном, когда вернемся. Не думаю, что с этим возникнут какие-то проблемы. Безопасность Жрицы на первом месте, он сам так говорит.

Поддерживая близнеца, Маккон кивнул. Братья оделись идентично, умело скомбинировав собственные вкусы: белая рубашка, с видневшимся из-под нее легким свитером под горло, черные кожаные штаны и тяжелая армейская обувь. Отличались только прически – Кон сделал хвост на затылке, а Мак заплел любимую косу, закрепив кончик кожаным ремешком.

– Как Оля? – Фир не спорила. Эккарт не знал, было ли это временным затишьем или она осознавала, что все они правы, но поговорить обстоятельно они могли и потом. – Она уже дома?

– Да, – Жрица мгновенно погрустнела, – наша девочка в порядке… физически. Но не разговаривает и почти не ест. Быть может, позже мне удастся…

Так и не сумев закончить фразу, она потерла виски.

– Доктор сказала, что вы оба в норме, и мы можем забирать вас домой, – видя состояние Ану, Беленус решил взять ситуацию в свои руки, – готовы?

***

Он цеплялся за нее, будто за спасательный круг, крепко прижимая к своему напряженному телу. Оборотень нервничал. Это было заметно по резким движениям ноздрей, стремительным поворотам головы и тому, как рефлекторно сжимались его пальцы при особенно эффектном зрелище. Эккарт пытался сопоставить знакомые запахи и звуки с новым для него визуальным рядом. За окном машины мелькал желтый солнечный свет, робко проглядывающий сквозь голые скелеты деревьев. Они еще не успели обзавестись зелеными листочками, но уже пахли ранней весной, клейкой и горьковатой, как едва проклюнувшиеся почки. Этот запах смешивался с ароматом почвы и проникал даже сквозь закрытое окно, будоража сознание вервольфа.

Погладив мужское запястье, крепко обхватившее ее под грудью, Фир пересела на колени к своему мужчине, что вполне позволял просторный салон внедорожника. Он усадил женщину поудобнее, притянул поближе и немного ослабил захват, обхватив ее второй рукой.

– Мне очень непривычно, – его шепот, смешанный с дыханием коснулся шеи Ллариг. – Все цвета серые и тусклые, как будто потерялись краски. Я помню белые зимы, бескрайние и дикие. Весны нежные и обесцвеченные, но дышащие жизнью. Все было таким… наполненным. Цельным. Другим. Мои воспоминания гораздо ярче. Но в то же время мир поражает меня новизной...

Он вздохнул, потерся о ее макушку подбородком и снова уставился в окно. Оба молчали, только впереди иногда переговаривались Беленус с Аили. Время от времени мышцы оборотня сокращались, будто он порывался бежать рядом с машиной, а не ехать внутри. Только вес Шапки на коленях не давал ему полностью забыться, растворившись в желаниях зверя. Наконец Эккарт рассмеялся.

– Не знал, что это так захватывающе, – довольно прошептал он, – видеть скорость. Я двигаюсь, но остаюсь на месте.

– Ты же ездил на машине, – улыбнулась Фир, беря его ладонь и переплетая теплые мужские пальцы со своими.

– Да, – согласился оборотень, – я помню звуки и запахи, но видеть… Это так похоже на охоту! Окружение другое, но чувство скорости так захватывает… и это предчувствие!

Он замолчал, охваченный давно забытыми ощущениями.

– Понимаю, – Ллариг погладила любимого по щеке, уколов кончики пальцев жесткой мужской щетиной.

Она действительно понимала. Для Эккарта, как и для всех оборотней, охота была не только средством насыщения, но и чем-то близким к экстазу, похожим на секс или хорошую битву. В этом они были даже похожи – и Фир Ллариг, и Дини Ши предпочли бы хорошую драку любому дару судьбы, а полукровка сполна унаследовала эти дары от обеих линий. Хотя, пожалуй, в ее жизни было кое-что неразменное. Будто услышав ее мысли, оборотень обхватил свою любимую покрепче и погрузил лицо в ярко-красную копну волос.