Чтение онлайн

Мы еще лежали около пяти минут и пытались понять, что произошло. Весь ужас видел только я. От страха при телепортации, да и после падения, я держал голову Насти прижатой к своей груди, ограничивая ей обзор. Ей повезло. Она даже не представляет, как.

Когда ей это надоело, она осторожно освободилась из моих объятий и встала. Я последовал ее примеру. Мои руки дрожали, в душе словно стало пусто, дыхание сперло, а в по горлу словно наждаком прошлись. Настя вышла из-за угла и оглядывалась.

— Женя… А где все? Что произошло? — в ее широких глазах читалась надежда. Она все поняла, но не хотела в это верить.

Она не дождалась ответа, оглядела стены домов, руки и голова начали судорожно дергаться, затем она разрыдалась и осела на землю. Никакая закалка от такого не спасет. Я на негнущихся ногах подошел к ней и положил руку на плечо и осмотрелся. Ноги в миг почувствовали слабость.

В районе, занимаемом сквером, не осталось не одного дерева или травы. Лишь голая земля… и пыль. А на стенах самое ужасное… Тени. Точнее казалось, что это тени. Пыль от людей, которые бежали рядом с домами отпечаталась на их стенах. Темные силуэты бегущих людей, кто-то вот-вот упадет, другие поднимали упавших, там даже была тень ребенка, судя по росту, лет девяти. Площадь Теней. Вот, что это было теперь за место.

Я оперся рукой о стену и смотрел на кучку пепла в середине выжженной площадки, в котором что-то блестело. Но мне было тяжело, даже дышать, не то, чтобы идти и подбирать это.

Что это был за свет? Что за артефакт, который оставил от людей лишь пыль, силуэты на стенах и пустые машины в радиусе двадцати метров? Голубоглазый перешел все границы.

Творец

Сотни, тысячи… Цифра погибших почти доходила до миллиона. Около миллиона Филистеров погибло при активациях Утренней звезды по всему Центральному миру. Цифра потерь среди Творцов тоже заставляет ужаснуться. Около ста тысяч. Вспышек было около трехсот: крупные площади и площадки в городах, которые находились под крылом «Темного знамения», крупные Кварталы орденов, не состоящих в союзе с «Белым крылом», десять Кварталов Коммуны… Масштаб атаки просто поражал и везде было одно и тоже: фанатик, крича что-то про Свет, оголил торс с рунами, вытащил сферу и активировал ее. Как я узнал, «Утренняя звезда» — это запрещенный в сотни мирах артефакт Света, который уничтожал абсолютно ВСЕХ, мало какие щиты могли спасти от такого. «Звезда» была создана для войны с демонами, затем тенебрисами. Но первый раз ее использовали против мятежных отрядов ангелов под началом Люцифера. Откуда и такое название этого одноразового артефакта. Словно посмеялись над дьяволом, назвав одну из самых убийственных вещей на всем Плане в его честь.

И снова все собрались в кабинете Джокера… все, кроме тех, кто погиб. Джокер сидел на диване, упершись локтями в колени и положив голову на руки в замке. Рядом с ним сидела Алура и прижималась, я давно заметил, что между ними что-то есть. Миррор находился у стола, облокотившись правым локтем, он уже минут двадцать сидел с закрытыми рукой глазами. Лирая сейчас больше всего походила на волка. Она ходила из стороны в сторону и не находила себе места. Огнивария уселась в угол на стул, в ее глазах до сих пор читалась бесконечная тоска и ужас.

Сам я, к слову, уместился в кресле Джокера и перекидывался с магистром фразами, пытаясь понять расстановку сил сейчас и жертвы после атаки. Оказалось, что никто не знал, как фанатики оказались в Кварталах. Просто появились и кричали. Никто не выгонял их, потому что им это казалось смешно, да еще и выпала возможность показать светлых с не очень хорошей стороны. Досмеялись, блин. Сведения о погибших до сих пор постоянно пополняются.

— … Они даже Коммуну атаковали! Двое из пяти старейшин погибли. Я не представляю, что из всего этого выйдет, но нам надо готовиться к масштабной войне, — облизав губы, сказал Джокер и приобнял Алуру.

Остальные его советники погибли. Рунаил спасал остальных, но сам не успел уйти из-под удара. А Малефик… Тот вообще оказался предателем. Сразу после атаки, считая, что Джокер дезориентирован, он хотел его расстрелять из автомата зачарованными пулями. Но магистр просто был ужасно зол. Предатель был последней каплей. Так что, теперь можно было возле тренировочных залов, на стене, увидеть прелестную черную кляксу.

— И что теперь? Что примут старейшины? — впервые подал голос Миррор, но так и не оторвал от своего лица металлическую руку.

— Будет собрание Совета. Так что нам даже время оправиться не дают, надо собираться в Лондон. Я возьму Лирую, потому что там может быть что угодно, — вздохнул темный магистр.

— Огнивария со мной поедет. Старейшины настаивают на ее присутствии, как свидетеля, — все той же позе сидел Миррор.

Настя, услышав свое имя, словно очнулась, но, затем, лишь кивнула и опять погрузилась в свои мысли. Тяжело ей. И это еще она почти ничего не видела.

— Лик, — Джокер обратился ко мне. — Тебя пригласили старейшины, как их личного свидетеля. Так как, по твоим словам, ты видел точно, как активировалось заклинание и его последствия.

— Понятно. Правильно понимаю, что отказаться я не могу?

— Да.

Понятно. Прелестно, что могу сказать?

«И ты как всегда во что-то вляпался, — недовольно проговорил голос в голове.»

«Фаринар? Блин, я испугался даже. Что случилось?»

«Ты случился. Додумался же, твою мать, создавать проекцию, когда к твоему сознанию привязано еще одно. Элементарного не знаешь? Мне чуть хвост не оторвало… кхм… Точно, — дракон разговаривал со мной, как с умственно-отсталым. — Куда ты опять вляпался?»

«Мы все вляпались, грядет война.»

Даже настроение немного поднялось, супер. Все-таки я к нему привык. Странно. По идее, я должен желать от него избавиться, так как он может взять мое сознание полностью под контроль, но у меня все никак у людей. Ведь я Первочеловек, хе-хе.

Мне сказали готовиться на следующих выходных к вылету, все будет готово, и отправили прочь. Блин, проходить через Шпиль сейчас то еще удовольствие. Везде возле стен лежали вещи погибших и таблички с именами на стенах. Вот почему телепортироваться нельзя прямо отсюда? У подножия еще хуже. Там десятки оружия стоят вверх рукоятками. Квартал накрыт трауром, но это не мешает остальным подготавливать баррикады, боевые кристаллы, зверей.

Все, можно прыгать. Быстрая тошнота, потемнение в глазах, и я возле своего дома. Наконец-то. Дома из родителей был только отец. Я сразу улегся в кровать и смог наконец расслабиться…

Среда. Еще три дня до отлета. Я был дома один и занимался кое-чем, что мне больше всего нравилось из всех возможностей Творцов… Зельеварение. У меня уже накопилось так много реагентов и рецептов, что пришлось покупать два шкафа: один из зачарованной стали (специально на закрытом сайте заказал за двести золота, между прочим), второй из железного дерева, для книг. За все время обучения с Джокером я подкопил на заданиях, продаже лута с зверей и нечисти и зелий достаточное количество золота. Сейчас у меня еще оставалось четыре сотни. Вчера я взял десяток и перевел его в фунты стерлингов, чтобы, на всякий случай, было достаточно денег. До этого я переводил буквально по золотому в рубли. Там был курс 1 медный к 10–20 (цифра постоянно плавала), и 1 золотой = 1 — 2 млн. руб. Это, конечно много, но я совершал много экспериментов с одеждой и обычными предметами, в общем занимался алхимией. Лучше всего было проводить опыты с филистерской одеждой, ее не жалко. Также есть много нелегальных торговцев на Грани, которые принимают на дому и берут обычную валюту. Но, понятное дело, стоимость кусалась.