Чтение онлайн

Не долго думая, девушка рванула в сторону возможного спасения, попутно чуть не сбив подростка с ног.

– Ого! Не, ну я знал, конечно, привлекательность и умопомрачительная сексуальность – наш семейный козырь, но чтоб вот так кидались девушки, это впервые. Бамбина, я даже не против того, что ты старше. Наоборот исключительно «за». Говорят, в этом есть большой плюс. Тем более, ты офигеть, какая красивая.

– Закрой дверь, клоун. Быстрее!

– Огонь, а не девочка. Просто рвет на части.

Петька, наконец, щелкнул замком, встроенным в ручку, а затем походочкой, «вразвалку», видимо, ошибочно считая, что именно так ходят крутые парни, направился к Ольге. На самом деле это выглядело, будто пацану что-то где-то натерло или прищемило.

– Только попробуй распустить свои руки. Оторву их к чертям собачьим. Усек? – Она, для достоверности и значимости своих слов, на всякий случай, показала ему средний палец, а потом, выдохнув облегчённо, потому как закрытая дверь, отделяющая ее от Макса, вызывала покой в душе, рухнула спиной на огромную кровать, стоявшую рядом.

– Бамбина, ты жарко дышишь.

– Угу. Побегала от твоего братца, как кролик в поле.

– О, Боже! Чудо! Ты смогла сделать так, что Ник не просто пошел, а побежал? Вот это эффект.

Петька завалился рядом, только в отличие от Ольги, на живот. Это позволяло ему беспардонно разглядывать девушку с удобного ракурса.

– Не юродствуй. Я о другом брате.

– Оооо… Еще интереснее. Обычно девушки бегают за ним, а не от него. Ты особенная, малышка. Хочешь заманить Макса ролевыми играми?

– Послушай, Казанова малолетний, прекрати использовать все эти нелепости. «Бамбина», «малышка»…. Где ты набрался подобной пошлости, ребенок?

– Я не ребенок! – Петька смешно надул губы, – Да ты знаешь, как много у меня было девочек?

– О, господи. Нет. Не знаю. И знать не хочу. Сколько лет тебе?

– Почти семнадцать.

Ольга с усмешкой покачала головой.

– Почти не считается. Шестнадцать, значит. Так вот. Правильно вчера твой психованный братец сказал. Думай об уроках, о том, как стать достойным человеком. Бабы никуда не денутся.

– Кстати. Братец, – пацан поелозил на животе, подползая ближе, – Что случилось? Почему ты в свой первый рабочий день не находишься рядом с Ником, а прячешься в моей комнате? Ну, такое себе ты сиделка, если честно. Хотя, я не против испробовать твои способности первым.

– Форс-мажор. Случайно уронила на твоего хамоватого брата стеллаж.

– Что? Погоди. – Петька потряс головой, будто не веря услышанному, – Уронила что? Еще раз.

– Стеллаж с книгами. Чего не понятного? Случайно! Но Макс…. То есть, Максим Сергеевич, чтоб ему там икнулось, почему-то решил, будто я нарочно. Ну и знаешь, не стала объясняться, предпочла дать ему время остыть. Какой-то он нервный.

Подросток перекатился на спину и, закрыв лицо руками, издал странный то ли писк, то ли всхлип.

Ольге на мгновенье показалось, будто он плачет.

– Эй, ты чего. Живой твой братец. Не реви.

Она не успела договорить, как Петька еще раз простонал в ладони, вздрогнул плечами, а потом зашелся громким искренним смехом.

– Ну ты…. Блин. Я думала, довела ребёнка до слез.

– Ой, не могу… Стеллаж… – пацан хохотал, как сумасшедший, пытаясь еще комментировать всю ситуацию, – На Макса…. Ой, мамочка, сейчас умру от смеха…. Ааааааа….. Ой…. Вот это номер.

Ольге стало даже немного обидно. Дожила. Посмешище для малолетки.

– Эй! Что ржешь? Мне между прочим совсем не весело. Еще договор о найме не подписан. Сейчас поговорит псих с Никитой и все. Останусь без работы, даже не успев приступить, а деньги позарез нужны. Понимаешь?

– Расслабься. – Петька, наконец, успокоился и смог говорить членораздельно, а не междометиями, но хихикать все равно продолжал. – Ник тебя точно возьмет. Уж поверь. Теперь я понимаю, почему он выбрал именно такую, как ты.

– Класс. А я вот не понимаю. И что это за формулировка, «такую, как я»? Звучит немного обидно.

– Ничего. Со временем и до тебя дойдёт.

Возможно, Ольга смогла бы добиться объяснений от пацана, но в дверь комнаты тихонько постучали.

– Петр Сергеевич, выпустите Вашу гостью. Хватит уже баловаться.

– Алексей, нет никого тут. Я один.

Подросток, улыбаясь, подмигнул девушке, мол, не бойся, не сдам.

– Петр Сергеевич, прекратите. Врать нехорошо. Ольга, а ты иди вниз, в кабинет. Тебя ждут. Ведете себя, как дети, ей-богу.

– Мента в нем никак не искоренить. Спалил тебя. Все знает. Только задумаю что-нибудь, а он уже наперед просчитал. Ну… Иди. Что делать-то. Я бы с удовольствием остался с тобой навсегда в этой комнате, бамбина, и ты поняла бы, возраст не главное, но сама же говоришь, деньги нужны.

Ольга снова показала Петьке все тот же палец. Совсем, конечно, непедагогично, и Макаренко на том свете, наверное, переворачивается, но самоуверенность мужчин этого дома, независимо от статуса и прожитых лет, просто зашкаливает. Хотя, что греха таить, пацан, даже в свои шестнадцать, выглядит, будто картинка. Очень похож на братьев. Такие же темные волосы, глаза чуть светлее, карие, а не черные, как у близнецов. Высокий, плечистый, поджарый. Через пару лет станет головной болью не одной красотки.

Размышляя о Петьке и его будущем, Ольга покинула комнату под громкие вздохи и страдания подростка, спустилась вниз, а затем усердно попыталась сообразить, где же ее ждут. Леха, подлец, не мог объяснить точнее?

– Иди в кабинет.

Телохранитель, ухмыляясь, сидел на диване, тут же, в гостиной, где девушка остановилась, чтоб определиться с направлением движения. Он развалился среди мягких подушек и щелкал пультом, переключая каналы огромной плазменной панели.

– Слыш, Лех, там спокойно все? Скажи, по-дружески.