Чтение онлайн

— Ох.

— Хочешь знать, что за цели?

— Наверное, мне лучше не знать, — сдержанно ответил Рой.

Может, рассказать Рыбохвату про отца? Чтобы он понимал, почему Рой не может ему во всем помогать, хоть и сочувствует его партизанской войне. Рой с ужасом представлял себе, как их с Рыбохватом ловят на стройплощадке и родители потом приходят в тюрьму и разговаривают с ним через решетку, как в кино.

— Знаешь, мой папа — федеральный агент, он работает на министерство юстиции, — сказал Рой.

— Круто, — ответил мальчик. — А мой отчим целыми днями смотрит канал «Развлечения и спорт» и жует чипсы. Ладно, Монтана, пошли. Покажу тебе кое-что.

— Меня вообще-то зовут Рой.

— Хорошо. Пошли, Рой.

И он снова припустил бегом.

Однажды летом в конце семидесятых годов — когда Рой Эберхард еще не родился на свет — у берегов Флориды, чуть южнее Кокосового Залива, разыгрался настоящий тропический шторм. Человеческих жертв не было, зато домам и дорогам вдоль береговой линии досталось как следует.

Среди пострадавших оказался и бот-краболов «Молли Белл». Его сорвало с якоря, швырнуло на прибрежные скалы и немного потрепало в волнах, после чего он затонул. Точнее, не совсем затонул, а так, наполовину, — скорее застрял.

Шторм выдохся, приливная волна схлынула, а полузатонувший краболов остался торчать в щели между двумя скалами. Из-за острых, облепленных ракушками камней и опасных течений ни один капитан спасательного судна не рискнул подойти к скалам вплотную, чтобы вытащить «Молли Белл».

С каждым годом от «Молли» оставалось все меньше: ее прочный корпус понемногу разрушался под совместным напором моря, непогоды и жуков-древоточцев. Через двадцать с лишним лет над поверхностью воды осталась только облезлая накренившаяся крыша рулевой рубки. Зато на ней легко умещались два мальчика — и они уселись бок о бок, подставив лица солнцу и опустив ноги в бледно-зеленую воду.

Роя поразила чудесная тишина этого места, огражденного от шума цивилизации мангровыми зарослями. Беатрисин брат, прикрыв глаза, втягивал в себя соленый морской воздух.

Над их головами парила одинокая скопа, высматривая добычу на мелководье. Мимо проплыла стайка молодых тарпонов — эти тоже явно выискивали, чем бы поживиться. На берегу царственно стояла на одной ноге белая цапля — как раз на том дереве, где мальчики повесили свою обувь, прежде чем поплыть к заброшенному краболову.

— Недели две назад я тут видел крокодила, — небрежно заметил Беатрисин брат. — Здоровенный, метра три.

— Мог бы и заранее предупредить, — рассмеялся Рой.

На самом деле он чувствовал себя здесь в полной безопасности. Такая нетронутая красота, прямо как в заповеднике, — и всего в каких-то двадцати минутах от дома. Я мог бы и сам отыскать это место, подумал Рой, если бы не носился так со своей тоской по Монтане.

— Крокодилы — это ерунда, — сказал Рыбохват. — Москиты хуже.

— Ты Беатрису сюда водил?

— Только один раз. Голубой краб цапнул ее за ногу, и на этом все кончилось.

— Бедный крабик, — хмыкнул Рой.

— Угу, ему мало не показалось.

— Можно тебя кое о чем спросить?

— Только не про имя, — предупредил Рыбохват. — Оно мне совершенно ни к чему.

— Я хотел спросить про твою маму, — сказал Рой. — Вы с ней поссорились, что ли?

— Ничего мы не ссорились. Просто не разговариваем, и все. Я уже привык.

Это не укладывалось у Роя в голове.

— А где твой настоящий отец?

— Никогда его не видел, — пожал плечами Рыбохват. — Даже на фотке.

Рой не знал что сказать и решил ничего не говорить. Вода рядом с рулевой рубкой «Молли» вдруг мелко забурлила, и из нее выпрыгнули сразу несколько небольших, с ладонь, серебристых рыбешек — наверное, спасались от хищника.

— Вот они! — оживился Беатрисин брат. Он лег на живот и велел Рою держать его за лодыжки.

— Зачем?

— Ну, скорее! Держишь?

Рой ухватил его за ноги, Беатрисин брат стал понемногу сползать с рубки и вскоре завис над водой, касаясь ее кончиками пальцев.

— Не отпускай! — крикнул он.

Держать было трудно, и Рой подвинулся вперед и всем телом навалился Рыбохвату на ноги. Он боялся, что они оба вот-вот бултыхнутся вниз — ничего страшного, конечно, только на камнях полно устриц, можно порезаться.

— Сейчас… Приготовься!

— Готов!

Рыбохват рванулся вперед, Рой вцепился еще крепче — и тут же до него донесся всплеск, а потом ликующий вопль: «Йо-хо-хо-о-о!!!»

Рой ухватил Рыбохвата за штаны и благополучно затащил назад, на крышу рубки. Сияя от радости, Рыбохват вытянул перед собой сложенные лодочкой руки.

— Загляни!

Между ладонями трепыхалась маленькая рыбка, сверкающая как ртуть. Надо же, поймал голыми руками! Скопа и та бы позавидовала!

— Это кефаль? — спросил Рой.

— Ну! — гордо улыбнулся мальчик. — Так я и заработал свою кличку!

— Нет, но как ты это делаешь? В чем фокус?

— Годы тренировки, — ответил Рыбохват. — Это тебе не за партой сидеть.

Рыбешка, поблескивая синим и зеленым, билась в его ладонях. Наклонившись над водой, Рыбохват разжал руки. Кефаль тихонько плеснула — и уплыла.

— Пока! — сказал ей Беатрисин брат. — В другой раз не попадайся.

Потом, когда они уже перебрались на берег, Роя все-таки одолело любопытство. Не выдержав, он спросил:

— Ну ладно, скажи, что сегодня будет в «Бабушке Пауле»?

Рыбохват, отлепляя улитку от своей новой кроссовки, загадочно улыбнулся.

— Приходи — увидишь, — ответил он.