Чтение онлайн

Рыжую Макс уже несколько раз видел, и она ему нравилась. Это была одна из новых постоянных посетительниц, всегда вежливая девушка, любившая заправиться «виски-физ», напитком, хорошо утоляющим жажду, подаваемым прямо в тумблере и несложном в приготовлении. Слишком поглощенный своим делом, Макс не обратил внимания на нового посетителя, пришедшего с рыжей, который уселся рядом с ней за столиком в глубине бара, затем через несколько секунд поднялся и направился к Максу, видимо чтобы заказать напитки. Однако Макс в данный момент вряд ли был в состоянии принять заказ, он только что опрокинул все сливки в шейкер и, опустив голову, уже собирался нагрубить коротышке.

— Мсье Макс? — заикаясь, проговорил коротышка.

Макс подпрыгнул на месте и, выронив из рук банку с остатками сливок, поднял глаза на коротышку. Берни.

— Мсье Макс! — повторил коротышка с восторгом. — Что вы здесь делаете?

— Это долго объяснять, — ответил Макс, вытирая брызги с рукава, — но как ты узнал меня?

Берни, казалось, не понял вопроса.

— Но ведь это же вы, — сказал он. — Как я могу вас не узнать? (Вот они, настоящие друзья, растроганно подумал Макс.) Я так рад вас видеть, — продолжал Берни, — я часто вас вспоминал и все гадал, как вы поживаете.

Поскольку Берни явно был не в курсе событий, Макс счел за лучшее не касаться этой темы.

— Ну а ты, — спросил он, — ты-то как?

— У меня были проблемы с Паризи, — ответил Берни. — Он вам разве не говорил? Понимаете, он повел себя нечестно, я разозлился и сразу же после вашего концерта, того, помните, в зале Гаво, ушел. С тех пор я с ним больше не виделся.

— А, ну да, конечно, — притворился Макс, сообразив, что Берни, всегда утверждавший, что никогда не читает газет, видимо, не слышал о том, что с ним произошло, и не знает ни о его смерти, ни тем более о том, что случилось после.

— Но я сразу же нашел кое-что получше, — снова заговорил Берни. — Я теперь в шоу-бизнесе. Больше не работаю с классикой. Теперь я организую представления, ну, то есть, это не совсем так. Я теперь, знаете ли, организую турне, и дело идет совсем не плохо. Ах, если бы я только знал, что встречу вас здесь!

— Да, — сказал Макс, — я отошел от того, чем занимался раньше, ну ты понимаешь, среда и все такое, мне тоже захотелось перевернуть страницу.

— Серьезно? — с сомнением спросил Берни. — И вам здесь нравится?

— Вообще-то не очень, но, понимаешь, это ненадолго, только на первое время.

— И все-таки, такой человек, как вы, здесь… — Берни огорченно вздохнул. — Я раньше не бывал в этом заведении, выглядит оно так себе, я просто зашел с подругой выпить стаканчик.

— Ну да, ну да, — сказал Макс, посылая «подруге» приветливую улыбку. Берни, занятый какой-то мыслью, несколько секунд разглядывал носки своих ботинок.

— Знаете, — нерешительно сказал он, — если вы хотите сменить работу, я, кажется, смогу вам помочь.

— Да ну что ты! — притворился удивленным Макс.

— Точно, — сказал Берни, — я наверняка смогу вам что-нибудь подыскать. Вы по-прежнему играете на рояле?

— Как тебе сказать, — ответил Макс, — возникли кое-какие трудности, впрочем, ладно, для начала скажи, что ты будешь заказывать.

— Здесь ведь в основном коктейли, не так ли? — спросил Берни.

— Увы, да, — признался Макс.

— Тогда «радугу», — объявил Берни. — Подождите минутку, я спрошу у своей подруги, что она будет пить.

— Не беспокойся, — заверил Макс. — Я знаю.

Когда на следующий день Берни явился один, Макс протирал стаканы, бросая рассеянные взгляды на двух или трех девушек, сидящих в баре со своими клиентами. Если он чувствовал облегчение от того, что нашелся наконец человек, который его узнал, его все же беспокоило, что он таким образом нарушил предписания Бельяра. Хотя, с другой стороны, он был здесь ни при чем, ведь это Берни его узнал, Берни сам заговорил с ним и теперь Берни по собственному почину снова пришел его повидать. К тому же именно Берни справился насчет работы для Макса. Речь шла об одном его знакомом по имени Жильбер, который только что открыл заведение недалеко от Алезии.

— Шикарное место, — пояснил он и, сделав выразительный жест в сторону девушек, уточнил: — Совсем не то что здесь. Ночной бар, очень респектабельный, очень спокойный, где как раз не хватает пианиста. Ну, что вы на это скажете?

— Вообще-то говоря, не все так просто, — протянул Макс, — хотя, в принципе…

В самом деле, как, в конце концов, могли узнать об этом в Центре? К тому же ведь речь опять-таки шла о работе в баре — что, принимая во внимание прошлую жизнь Макса, должно было изображать высшую справедливость или нездоровые прихоти судьбы. Однако, что самое главное, может быть, именно так у него появилась бы возможность отделаться от Фелисьен, хотя в действительности он плохо себе представлял, как подступиться к этому делу, что он и изложил во всех подробностях своему бывшему телохранителю.

— Понимаешь, Берни, я просто не могу, не могу больше видеть эту женщину, но ума не приложу, как от нее избавиться.

— Нет ничего проще, мсье Макс. А возьмемся мы за это дело вот так…

В следующее воскресенье, после прогулки с малышом, Макс объявил Фелисьен, что приглашает ее вечером поужинать в ресторан: он хочет представить ей своего старинного друга.

Они встретились у большого рыбного ресторана на площади Одеон. Берни уже ждал их у входа. Очень стройный и элегантный, он был одет в дорогой черный костюм, совершенно не похожий на ту одежду, в какой привык его видеть Макс. Самому ему нечего было надеть, кроме убогой серой пары, оставленной Шмидтом, а галстук в полоску, купленный Фелисьен, вряд ли мог поднять его до прежнего уровня. Как только они вошли, персонал занялся ими с такой услужливостью и таким профессионализмом, которому мог бы позавидовать ресторан Центра. Обстановка заведения и элегантность Берни произвели на Фелисьен сильнейшее впечатление, хотя она и постаралась его скрыть. Когда, прежде чем они сели за столик, Фелисьен на минуту отлучилась, Макс быстро отвел Берни в сторонку.

— Послушай, — зашептал он, — я забыл тебе кое-что сказать.

— Да, мсье Макс, — отозвался Берни.

— Слушай внимательно, сегодня не зови меня так, называй меня сегодня просто Полем, я тебе потом все объясню, хорошо?

— Отлично, — сказал Берни, — так зовут моего пасынка, так что мне будет нетрудно запомнить.

Макс, который, как вы, наверно, уже поняли, был не самым веселым, не самым общительным и разговорчивым на свете, сев за столик, совершенно преобразился. С его лица не сходила улыбка, то добродушная, то заговорщическая, то сердечная, то обольстительная, то великодушная, он сразу взял слово, и так продолжалось до самого конца, он ловко нанизывал одну на другую разные истории и шутки, знаки внимания и комплименты, остроты и каламбуры, тонкие замечания и редкие цитаты, воображаемые воспоминания и исторические свидетельства, преподнося все это ненавязчиво и совершенно не производя впечатления человека, которому во что бы то ни стало надо блеснуть. Берни корчился от смеха после каждой истории, Фелисьен смотрела на Макса влажными взволнованными глазами с непривычной нежностью и восхищением.