Убить Беллу
Шрифт:
Он был в сознании. На голове повязка, лицо в ссадинах и кровоподтеках. Ларису не хотели к нему пускать, но волшебные «корочки» с золотым тиснением сделали свое дело.
– Кто тебя так? – бесцеремонно спросила она.
– Не знаю, – пожал плечами Эдик. – Но отделали здорово... Я только здесь очнулся. Водитель в реанимации...
– Так вам что, вместе досталось?
– Ну да. Мы на Садовое выезжали. В пробке застряли. А тут трое подходят. Как тогда. В масках, с битами. Машина была закрыта, но их это не остановило. Выбили стекло, разблокировали замок. Меня из машины вытащили и давай.
– Этих, в масках которые, нашли?
– Не знаю.
– Я узнаю. Как думаешь, кто это мог быть?
– Ну, точно я не знаю. Но подозреваю Елагина...
– У вас же мир.
– Мир – это всего лишь преддверие войны.
Видимо, Эдику хорошо досталось, если мозги заморочиваются на философию.
– Он снова требует свои пятьдесят тысяч?
– Во-первых, не свои. А во-вторых, этот вопрос уже неактуален. Тут дело в другом. Я так думаю, Елагин узнал, что я помогал тебе следить за ним...
– Значит, ты пострадал за меня?
– Получается, так.
– Эдик, я тебя умоляю. Не надо налагать на меня обязательства. Во всяком случае, по этому поводу... Я понимаю, ты хочешь, чтобы я хоть в чем-то зависела от тебя. И, знаешь, я, пожалуй, пойду тебе навстречу. И возьму твою машину...
– Ну наконец-то! – улыбнулся Эдик.
– Но учти, это лишь для того, чтобы я поскорей нашла и наказала твоего недруга. Или ты думаешь, что я буду сидеть сложа руки? Даже не мечтай... Голова болит?
– Есть немного.
– Память не отшибли?.. Если нет, постарайся вспомнить, как все произошло. Сколько было нападавших?
– Трое.
– А может, четверо?
– Точно сказать не могу, может, и четверо. Но мне показалось, что трое.
– Во что одеты?
– Да все как в прошлый раз. Черные спортивные костюмы, точно такие же маски. Ну и биты бейсбольные...
– Откуда они появились? Из машины вышли? Или с тротуара зашли?
– Не знаю. Они откуда-то сзади появились. Наверное, в машину сели...
– Где это случилось?
– Мы из Денежного переулка в Глазовский поворачивали. На перекрестке стояли. Пробка там была...
– Ты говорил, что на Садовое кольцо.
– Правильно, с Глазовского выезд на Садовое, на внутреннюю сторону...
– Понятно. Давно это было?
– Ну не знаю. Может, часа два назад, а то и больше...
– Ты вообще себя как чувствуешь?
– Да плоховато, если честно. Но я держусь.
– Не надо держаться. Закрывай глаза и спи. А я поеду. Попробую на месте разобраться... Пока! Не скучай!
В Денежном переулке горят фонари. Тишина, спокойствие. Машин мало. Никаких пробок, никаких столпотворений. И, само собой, ничто не напоминает о произошедшем недавно инциденте. Надо будет обратиться в местное отделение милиции, там должны что-то знать. На месте происшествия наверняка работала оперативно-следственная бригада, опрашивались свидетели...
Лариса спиной почувствовала приближающегося человека. Он нарочно подходил к ней тихо, чтобы не вспугнуть. Так подкрадываются к своей жертве маньяки.
Она резко развернулась, взглядом выхватила мужскую фигуру. Это был молодой человек. Вся его вина заключалась в том, что он слишком близко подошел к ней. Профессионалы в таких случаях сначала действуют, а потом думают.
Легким ударом в плечо Лариса лишила парня равновесия. Удар по ногам, и он на земле. Падает грамотно, на руки. Но Лариса не дает ему подняться. Заламывание руки за спину – болевой прием.
– Что ж ты делаешь? – взвыл парень.
Но она его не слушает. Автоматически рука нащупала твердый объемный предмет под пиджаком. Так и есть, пистолет...
– Оружие табельное, не тронь!
– Так ты из милиции?
– Лейтенант Жаворонков... У-у, больно!
– Удостоверение!
– В кармане.
Парень не врал. Он в самом деле был лейтенантом милиции, оперативник из ОВД «Арбат». Лариса отпустила его. Сначала представилась, а затем вернула ему оружие.
– Ну ты, блин, даешь! – восхищенно смотрел на нее парень. – Не знал, что у нас в милиции такие амазонки служат.
– А я не думала, что у нас такие придурки водятся. Ты зачем подкрадывался ко мне, лейтенант?
– Да сам не знаю, – сник Жаворонков.
– А ты, часом, не за проститутку меня принял?
– Да нет...
– Что нет, если да.
– Говорю же, нет. Я вообще не по этой части, чтобы проституток ловить. А к вам... А к тебе я подкрадывался... ну, не подкрадывался, просто тихо шел... В общем, ошеломить хотел. Нас в школе милиции учили, свидетеля нужно ошеломить...
– Это я свидетель-то?
– Ну, потенциальный. Может, работаешь тут рядом где или живешь, может, по второму или по третьему разу мимо этого места проходишь. Вот я и подумал, может, ты что-нибудь могла видеть...
– А что я должна была видеть? Как банкира Игнатова избивали?
– Во! – всполошился лейтенант. – Так ты видела!..
– Если б я видела, разве б я дала налетчикам уйти?
– Резонно... А ты что вообще здесь делаешь?
– Надо полагать, то же, что и ты. Игнатовым занимаешься?
– Да вот, озадачили. Все уже домой ушли, а я тут один хожу, как видишь, ищу вчерашний день.
– Ну, не вчерашний. Часа три-четыре прошло.
– Если точнее, то три часа с половиной...