Убить Горби
Шрифт:
С любопытством, не выпуская чайник из рук, он заглянул за дверь и обнаружил Олега, свернувшегося калачиком на крохотном диване.
– Так… – протянул Пашка. – Доброе утро.
Он произнес это негромко, но Олег вздрогнул, вскочил с диванчика, и тут же со стоном повалился на него опять. Диван скрипнул жалостливо, но устоял.
– Чего ты орешь? – прохрипел Олег. – Есть что-нибудь попить?
Пашка молча протянул ему чайник. Олег жадно припал к носику.
– Ух! – вздохнул он, вытирая губы рукавом рубашки. – Ну, мы и дали вчера! Как здорово, что сегодня не надо на занятия!
– Какой-то ты подозрительно бодрый, – удивился Пашка.
– А что? Сейчас приведем себя в порядок и айда в пельменную. Но только по дороге обязательно надо пивка взять. Пару баночек трехлитровеньких… «Трехлитровую баночку с пивом я в землю заро-о-о-ю…». – Олег мечтательно закатил глаза. Вдруг он встрепенулся, блаженная улыбка сошла с его лица. – А ты помнишь, что мы вчера договаривались спасать твою Катерину совместно?
– А?.. – Пашка растерялся.
«Выходит, успел поделиться с друзьями. Разведчик хренов. Раскололся… А сколько вчера было умных мыслей на этот счет?!»
– Вот тебе и «а». Эх ты, недотепа! Ты и вправду ничего не помнишь или придуриваешься?
– Не помню, – признался Пашка.
– Может, оно к лучшему, – задумчиво произнес Олег. – Зачем нам эти приключения? И вообще, ты что, обязан помогать какой-то Свете? Может, она и не Света вовсе, а эта, как ее, подсадная утка?
– Почему – Свете?
– А кому?
– Кате…
– А, ну Кате… Точно! Света – это девушка, которую я потерял по дороге к тебе.
– Молодец. Чего ты несешь про утку, Олег? Не реагировать ведь нельзя.
– Нельзя, да, это точно… – задумчиво протянул Олег. – Мы вот отреагировали на детектив с часами и еле остались живы. Предлагаю реагировать таким образом: сейчас звоним Вовке, собираемся и едем в пельменную.
– Я уже звонил… Он не отвечает. Слушай, действительно, надо с этой загадкой что-то делать. Нельзя же просто так все оставить. Опять же, Николай Николаевич… Мы ведь советские чекисты, гардемарины…
– Ага, мушкетеры против кардинала. Кстати, а кто в этой теме кардинал? С кем мы собираемся тягаться? И звучишь как Вован. Это он у нас идеалист. Теперь вас двое. Жаль…
– Да я к тому, что девушке не имеем права отказать в помощи… Мы же офицеры.
– Ага, Пашка, все ясно! – Олег совсем повеселел. – Наконец-то понимаю, в чем дело. Говорил я тебе, надо было слушаться меня и Вована. Напомни: чем ты занимался вечерами, когда мы ездили в подшефный колхоз?
– Английским языком.
– Вот! Именно! А мы проводили работу среди местного женского населения. Природа, брат, берет свое. И в твоем случае она взяла свое в самый неподходящий момент. Ты влюбился в первую встречную, да еще и в какую-то революционерку. Мало девок в Москве?
– Да не в этом дело! – пытался возразить Пашка, понимая, что Олег отчасти прав. – Я ее давно знаю.
– В этом, старик, дело, в этой твоей «маленькой Вере». Или Свете?
– Кате. Ну и ладно, сам позвоню и разберусь. В общем, делай, что хочешь, а я поехал искать Батю. А вы давайте пьянствуйте, друзья-товарищи. Желаю успехов.
– Пашка, давай поспим еще часок, а потом поговорим?
– Да ну тебя!
– Ну и вали, индюк надутый!
* * *
С Батей Пашка так и не встретился. Время шло, и он решил рискнуть – позвонить Катерине.
– Здравствуй, – ее голос звучал все также напряженно, как и при их встрече в Кремле. – Я так счастлива, что ты позвонил… Я о тебе думала. Помнишь, в палатке?
«Я о тебе думала», – повторил Пашка про себя, отметив с досадой, что Олег на сто процентов прав – ему приятно, что она о нем думала.
– Приезжай ко мне, – потребовала Катя. – Прямо сейчас…
– Хорошо.
В сквере, окружающем знаменитый пруд в центре города, Пашка огляделся и просканировал обстановку на предмет слежки. На скамейке, придерживая коляску, сидела дама в шляпке. В другой руке она держала книгу. На зрение Пашка не жаловался и смог без усилий прочесть название: «Г. X. Андерсен. Сказки». Еще раз взглянув на даму, он подумал, что в ее возрасте довольно странно увлекаться подобными произведениями. Впрочем, он тут же предположил, что дама, судя по шляпке, могла быть учительницей литературы младших классов и просто повторяла материал, с которым завтра будет знакомить учеников.
Его внимание привлек автомобиль, припаркованный близ того самого дома с воротами, украшенными львиными фигурами, куда Пашке предстояло войти навстречу своему счастью или гибели. На всякий случай он прошел мимо. Заброшенный вид машины говорил о том, что ею не пользовались с зимы. Снующие вокруг прохожие подозрения не вызвали. Никто из них, кроме почтальона, который, как предположил Пашка, не мог отыскать нужный адрес, не появился в округе дважды.
Он извлек из кармана две копейки и позвонил Олегу, сообщив, где находится, и тут же принял решение войти в дом. Поднялся на третий этаж, позвонил в квартиру. Дверь открыла Катерина.
– Входи, – прошептала она, впустила Пашку и быстро захлопнула дверь. – Чай будешь?
– Нет, спасибо.
– Тогда к делу. Ты такой молодец, что согласился помочь! – с жаром проговорила она. – Николай Николаевич говорил, что ты настоящий офицер, а ты, получается, еще и настоящий джентльмен, отзывчивый, добрый…
– А ты не догадывалась, Катюша? Кстати, офицер я всего два дня. Расскажи, что случилось, почему ты опасаешься за себя и кто такие «они»? И как ты попала на вчерашний прием?
– Много, очень много вопросов. Начнем с «них». Значит, не догадываешься?
– Нет.
– Это кое-кто из руководства КГБ, военно-промышленный комплекс, старые партийцы, выжившие из ума… Те, кому не хочется реформ, кто заведет страну в пучину гражданской войны и хаоса.
«Демократка… Попал как кур в ощип», – пронеслось у Пашки в голове.
– Ты не думай! – с горячностью воскликнула Катя. – Я никакая не демократка. Но мыслить рационально обязан каждый нормальный гражданин и…