Чтение онлайн

Невзирая на поздний час, Петя обильно поел. Сварил себе любимых пельменей и уписал две тарелки с горкой, основательно погружая их в сметану.

Полежав и завязав жирок (как он любовно это называл), Зайцев задумался. Не нравились ему все эти шарахания начальства. Изначальный приказ гласил: убить Алину Муромцеву таким образом, чтобы не наследить. Идеальным вариантом было подставить ее мужа Илью. Сделали.

Когда Илья исчез, его велели найти и ликвидировать. Принято.

Совершенно случайно Илья сам явился к нему в лапы. Но уцелел. И тут сверху прилетела третья указивка, отменяющая обе предыдущие: Оставить Муромцева в живых и надежно спрятать.

Здрасьте. Что бы это все значило?

Как бы тут крайним не оказаться. Петя машинально облизал губы и даже немного их погрыз.

Ситуация беспокоила еще и тем, что Илья уже третий день торчал у него в подсобке под полом. По-хорошему, переправить бы его куда-нибудь. Чем они там думают, начальнички? У него тут что, Бутырская тюрьма?

Пельмени нехорошо заворочались в туго набитом желудке.

Мало ему было печали, так подоспело новое поручение от Солодовникова. Теперь речь шла о Мукло. Это было неожиданно, неприятно. Даже досадно.

Ох, что-то под ребрами слишком тянет. Переел, кажется. Несмотря на мягкие круговые поглаживания по животу, гнетущее ощущение в подреберье не отпускало.

Надо прекращать столько жрать. А то еще, хм, придется делать эту… как ее… ну, когда жир откачивают.

Его мысли съехали в сторону. «Интересно, что с этим откачанным жиром потом делают. Просто выбрасывают, или он потом как-то используется?»

Петя представил, как умывается мылом, сделанным из чужого жира. Как эта пена пузырится, лопается на его брюхе. Тьфу ты!

Немного отлежавшись, он вытащил из-под половой доски смартфон с сенсорным экраном. Такие уже давным-давно не выпускали. Сдув с него пыль, Зайцев набрал номер Арсения Сергеевича.

Долго не было ответа. Наконец Мукло хрипло отозвался:

– Чего тебе?

Паскудный старикан никогда не отличался вежливостью.

– Почему долго не отвечал? – ответил Петя той же монетой.

– Срал, – захохотал Мукло.

Он был пьян. По-своему это было неплохо.

– Мы ж договаривались, что ты всегда должен быть на связи.

– А я на связи.

– Ты на работе? – спросил Петя.

– Где ж еще? Дома жена не даст расслабиться. Дуй сюда, Петруха!

– Жди.

Зайцев вытащил из допотопного телефона сим-карту и смыл в унитаз, заодно сам опорожнился. По пути к паспортисту он заскочил в продуктовый магазин, взял маринованных грибков. Пока отстаивал очередь в кассу, кликнул в суперфоне приложение «Прокат максидронов». Выбрал одноместный, но с полуторным сиденьем. Иначе его заднице было бы тесно.

Едва Зайцев вышел на улицу, как дрон вычислил его координаты и замигал зеленым сигналом над соседней пятнадцатиэтажкой. Изящно спланировав, он дугой обошел ряд деревьев и со стрекотом спустился прямо к выходу из магазина, на лету растопыривая опоры. С большими габаритными фарами и двумя вибрирующими пропеллерами он был похож на жука. Петя в него втиснулся и сказал, куда лететь. Приняв голосовую команду, дрон круто взмыл.

Петины пельмени подскочили к глотке. «Чтоб тебя!» – выругался про себя Зайцев.

На экране бортового компьютера поспешно высветилось сервильное: «Извините, сударь, погорячился». В качестве сатисфакции из окошка выехала чашечка кофе с шоколадкой на блюдце. «Дело», – улыбнулся Петя. Кофе он не пил, а вот шоколадку сунул в рот, моментально забыв про тяжесть в брюхе. Сладкое он любил.

Тем временем дрон крутанулся на 90 градусов, оглушив горстку шарахнувшихся ворон, и со скоростью 170 км в час помчал на юго-запад.

Через считанные минуты он уже был в самом сердце города. Пронесся над Кремлем и набережными, подмигнул глазком навигатора куполам Храма, проскочил над макушкой Петра. «Привет, тезка», – кивнул в иллюминатор Петя, дожевывая шоколад.

Дрон спустился и высадил его в Хамовниках. Остаток пути Зайцев решил проделать на метро. Так надежнее для дела. Он сел на «Фрунзенской» и через перегон вышел на «Воробьевых горах».

Отдел регистраций иногородних студентов располагался в сквере. В теплое время года здесь хватало гуляющих. Но в промозглом октябре народ предпочитал более комфортные места. Поэтому Пете почти никто не встретился на пути к беленой одноэтажке, хорошо заметной во тьме.

Он заглянул в светящееся окно. Дернул ручку двери – закрыто. Постучал. Еще раз дернул. Неужели старый черт так упился, что заснул?

К счастью, внутри что-то скрипнуло и зашевелилось. «Иду-г, иду-г», – послышался пьяно-икающий голос Мукло.

Старикан дошаркал до двери и стал возиться с замком. Ковырялся долго, целую вечность. Петя успел сплюнуть, рыгнуть (шоколад непросто умащивался на пельменях) и даже витиевато пукнуть. А Мукло все боролся с замком, звякая железной связкой ключей.

Наконец отпер.

– Сделай нормальный магнитный замок. Прошлый век же!

Зайцев раздраженно вошел и закрыл дверь, повернул щеколду.

– Петруха, – расплылся в улыбке Арсений Сергеевич. – Я думал… иг…ты уже не придешь.

– Арсений Сергеевич, что с тобой? Куда так налакался?

Старик хотел что-то ответить, но лишь вяло махнул рукой.

– Пойдем лучше выпьем, Петенька.

– А не хватит тебе?

– Идем-идем, – подтолкнул Мукло.

Они вошли в его кабинет. Пока Арсений Сергеевич разливал водку, Петя подошел к окну и надернул внахлест одну штору на другую. Оглянулся – на столе его ждал почти полный стакан.