Чтение онлайн

Наш отряд, усиленный мохнатым танком, вошел в разрушенный город. Я отчаянно мониторил карту, но здесь я был впервые, и деталей мне не показывали.

Винтик впереди настороженно водил ружьем из стороны в сторону, медведь, чувствуя настроение хозяина, тоже заметно нервничал. До чего все реалистично, даже не верится, что разрабы Патриама до таких мелочей прорабатывали игру.

Мы шли по довольно широкой улице, вдоль разрушенных двух и трехэтажных зданий, крыши на некоторых из них отсутствовали, кое-где строения вообще наполовину были разрушены. Улица, заваленная обломками, кое-где была прямо перепахана канавами, будто огромный червяк здесь прополз.

Впрочем, я скоро догадался, что такие разрушения нанесла городу Цитадель. Точнее, ее обломки, ведь если сравнить размеры башни с городом, то в некоторые рваные отверстия в ее теле наверняка можно засунуть по несколько городских зданий. Так что я даже не представляю, какого размера куски падали вниз, когда по Цитадели пришелся удар.

Мы вышли на небольшую площадь с разрушенным фонтаном посередине. Как это ни странно, но валяющаяся в большой бетонной чаше статуя, неплохо сохранившаяся, походила на большинство статуй в городах обжитых локаций. Какой-то эльфар, видимо, хорошо послуживший этому городу в его лучшие годы.

Площадь окружали четыре высоких, некогда красивых здания, с круглыми куполами, поддерживаемыми рядами колонн. Будто американские капитолии, как знаменитый Белый Дом, смотрели на площадь. Пробитые во многих местах крыши зияли огромными дырами, у одного здания купол и вовсе снесло.

— Вот тут меня в первый раз слили, когда я сюда летал, — сказал Винтик, потом покосился на своего лидера, — Ну, чуть не слили, и я еле смог дальше пройти…

— Молодец, Винт, — Вестник улыбнулся, но обиженно вздохнул, — Можно подумать, я вас прямо затерроризировал! Вы для клана стараетесь, не для меня. Мне, конечно, не нравится, что вы без дела иногда шляетесь, но нужно четко знать, чем топовые кланы отличаются от других.

— Да, да, шеф, — поджав губы, закивал гном, — Пока мы филоним, враг качается.

— Вот именно, поэтому я не жалуюсь, когда свое личное время трачу, чтобы составить для вас всех график на неделю, а то и две вперед!

— Но иногда же можно просто поиграть в свое удовольствие? — вставила свои пять копеек Мираж, заступаясь за гнома.

Я слушал перепалку гидровцев, понимая, что этот спор имеет уже давнюю историю. Стоило сделать выводы, а так ли уж необходимо вступать в топовый клан? Внешне все это красиво — города, осады, боевки. То, что я люблю. Хотя арена всегда для меня в приоритете!

Но что-то мне не особо нравились такие намеки, которые я услышал в их споре. Каждый мой заход в игру будет что, как по расписанию? Оно понятно, реал и работу никто не отменял, но, чувствую, Вестник все это учтет, составляя для меня личное расписание. Оставит в неделю пару окон с пометкой «личное время». Да, с таким графиком в игру лишний раз не полезешь, тошнить уже будет.

— Слушайте, когда Гидра станет брендом, как те же Мстители, вы по другому запоете! — не сдавался Вестник, — Каждый нуб будет мечтать таскать щит или меч с нашим гербом.

— Ага, который надо еще сделать, так ничего и не решили с ним, — язвительно напомнила Мираж.

— И сделаем! — отчеканил Вестник, — Когда надо будет, сразу сделаем. Художники, разбирающиеся в истории Патриама… Они, знаешь ли, денег стоят!

— А играть-то когда? — тихо возмутился Винтик, — Шаг влево, шаг вправо… Я вообще не нарадуюсь, когда с Антом меня отправляешь! Этот в каждую дырку лезет, ему пофиг на дела клановые, — в его словах сквозила нескрываемая зависть.

— Что-то, когда мы собирались на топовые позиции, вы так не вомущались, — чуть повысив голос, парировал Вестник.

— Я все понимаю! — Мираж повышенный тон не усмирил, а только раззадорил, — Но отдыхать-то когда? Куда не плюнь, везде дела клана!

— Ага! — поддакнул Винтик, но сразу чуть притих под пронзающим взглядом босса.

— Ну, прямо так и везде!

— А что, нет? Я вообще чуть не ливнула, когда ты сказал, что Антшоту нужно пожить у меня! — Мираж сама уже чуть не сорвалась на крик, — Дела клана, видите ли, так безопаснее!

Впрочем, она сразу же осеклась, поймав мой ошарашенный взгляд, остальные гидровцы тоже повернулись ко мне. А вид у меня, наверное, был то, что надо! Патриам отлично передает эмоции, чуть-чуть усиливая их. Если я чувствовал себя ошарашенным, то персонаж у меня, наверное, стоял с отваленной челюстью.

— Чего? — только и выдавил я.

На несколько секунд возникла пауза, тишину нарушало только удивленное сопение Рузика — медведь не особо понимал, что тут происходит.

Конечно, я понял, о чем только что обмолвилась Мираж. И сказать, что я совсем не обрадовался бы такой возможности, это нагло соврать. Такая возможность увидеть ее в реале, да еще и познакомиться получше…

Но только не так! Не по приказу, не по чужой воле. Пусть даже для моей безопасности. Видать, сильно уверен в моем успехе лидер Гидры, раз продумывает все варианты. Мне бы такую уверенность!

— Так, Вестник, — ко мне потихоньку вернулся дар речи, я повернулся к священнику, — Какого, спрашивается, хрена?

— Ну, Антшот, — лидер Гидры впервые, кажется, замялся, но тут же отбросил все эмоции и снова заговорил ровным тоном, — Ты должен понимать, что Мстители не оставят все на самотек. Я знаю Брутто, если он поймет, что ты реальная угроза…

— Это я уже понял, — я поднял руку, перебив Вестника, — Но я сам вполне могу за себя постоять!

Мираж молчала, заинтересованно глядя на меня. Если честно, мне было любопытно, она думает по этому поводу. В какой-то момент я даже испугался — а вдруг она обидится? Ну, типа, «с чего бы это вдруг он так отказывается, со мной что-то не так?»

К счастью, кинжальщица сделала правильные выводы:

— Я тебе говорила, Вестник. Такую помощь просто так не принимают!

Вестник покачал головой:

— Меня окружают одни упрямцы!

Гном скромно кашлянул в кулак:

— Ну, если бы мне предложили помочь набить побольше осколков, я от помощи не откажусь.

Лидер посмотрел на Винтика и усмехнулся. Мираж снова было начала:

— Поэтому, Вестник, иногда реально перебор с делами…

— Тихо вы! — вдруг прошипел гном и взял наизготовку ружье, — Рузик волнуется.